Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Четвертая рука (страница 38)


А от чего еще Патрик Уоллингфорд прятался в этом отеле? Может быть, от того, что Эвелин Арбутнот с некоторым пренебрежением называла его жизнью?

Где же она, его жизнь?.. Нам не дано предугадать свою судьбу, лишь иногда кое-что приоткрывается нам — во сне или влюбленности. Впервые увидев миссис Клаузен, Патрик никак не мог предположить, что они когда-нибудь будут вместе. Полюбив ее, он уже не мог себе представить будущего — без нее!

От Сары Уильямс ему нужен был вовсе не секс, хотя он нежно гладил своей единственной рукой ее обвисшие груди. Да и сама Сара отнюдь не стремилась заниматься с ним любовью. Ей хотелось по-матерински его опекать — ведь ее дочери жили далеко и были обременены собственными семьями. Сердце ей подсказывало: именно в материнской заботе Патрик больше всего и нуждался. Кроме того, она чувствовала себя виноватой перед ним за свой прилюдный демарш во время завтрака и вдобавок корила себя за то, что слишком мало времени уделяет внукам.

Угнетала ее и беременность. Она была уверена, что не перенесет страха за будущего ребенка. И стыдилась дочерей, скрывая от них свои случайные связи.

Она рассказала Уоллингфорду, что состоит адъюнкт-профессором факультета английского языка и литературы Смит-колледжа, в Массачусетсе. Ее речь звучала как на уроке английского языка, когда она читала — сперва «Стюарта Литтла», потом «Паутину Шарлотты».

— Именно в таком порядке, — объяснила она, — эти книги и были написаны.

Сара лежала на левом боку, положив голову на подушку Патрика. В номере царил полумрак — горела только лампа на ночном столике; хотя день был в разгаре, занавески на окнах так и остались задернутыми.

Время ланча давно миновало, а Патрик все слушал, как профессор Уильямс читает «Стюарта Литтла». Голода они не чувствовали. Уоллингфорд голышом лежал рядом с нею, плотно прижавшись грудью к ее обнаженной спине, а бедрам — к ее ягодицам; правой рукой он поочередно сжимал или гладил одну из ее грудей. А между их телами — и они все время это чувствовали — была зажата искалеченная левая рука Патрика. Ему она упиралась в голый живот, а Саре — в спину.

«А ведь конец книги, — думал Уоллингфорд, — куда более понятен и интересен взрослым, чем детям; дети в конце обычно ждут большего, чем некое многоточие».

И все же книга «овеяна духом исканий», возразила Сара, «и написана для юношества, для тех, у кого все впереди».

Да уж, лексикон у нее был как у настоящего университетского профессора! А Патрик все думал о том, что конец «Стюарта Литтла» таит в себе второе начало, второй виток приключений — и возникает ощущение, что Стюарт вот-вот с ними столкнется, ведь путешествие еще далеко не закончено…

— Это книга для мальчиков, — промолвила Сара.

И мышам она бы тоже, наверно, понравилась, подумал Патрик.

К сексу их обоих не тянуло; но если бы кто-то один изъявил подобное желание, они бы, конечно, им занялись. Однако Уоллингфорду хотелось, чтобы ему читали вслух, как маленькому, да и Сара Уильяме куда естественнее чувствовала себя в роли матери, нежели сексуального партнера. Смешно: они, двое взрослых людей, почти не знакомых друг с другом, среди бела дня лежали голыми в полутемном гостиничном номере и увлеченно читали вслух книжки Э.-Б. Уайта! Даже Уоллингфорд не мог не признать уникальность ситуации. Нет, это, безусловно, было куда более оригинально, чем секс!

— Пожалуйста, не останавливайся, — сказал Уоллингфорд Саре Уильяме таким тоном, каким сказал бы это своей партнерше в самый разгар любовной игры. — Читай дальше. А потом ты начнешь «Паутину Шарлотты», а я закончу. Я хочу сам прочитать тебе конец.

Сара чуть подвинулась, переменив позу; пенис Патрика скользнул по ее бедру, а культя коснулась ее ягодиц Может быть, Сара и попыталась определить, что именно и в каком месте к ней прикасается — размер для нее значения не имел, — однако подобные мысли могли вернуть обоих к самым заурядным действиям и ощущениям, и она прогнала их прочь.

Телефонный звонок Мэри прервал чтение на той сцене из «Паутины Шарлотты», когда Шарлотта (паучиха), зная, что ей недолго осталось жить, пытается подготовить Уилбера (поросенка) к неизбежной разлуке.

«В конце концов, что такое жизнь? — спрашивает Шарлотта. — Мы рождаемся на свет, поживем немножко и умираем. Суетимся, маемся, хлопочем — а все для того, чтобы ловить и поглощать мух…»

И тут зазвонил телефон. Уоллингфорд вздрогнул и чуть сильнее сжал одну из грудей Сары, а она проявила свое раздражение тем, что, схватив трубку, резко спросила:

— Кто это?

— А вы кто такая, чтобы меня об этом спрашивать? — возмутилась Мэри. Она так заорала, что Патрику все было слышно. Он даже застонал. И шепнул Саре на ухо:

— Скажи ей, что ты — моя мать. (Ему, правда, тут же стало стыдно: в последний раз он пользовался этой отговоркой, когда его мать была еще жива.)

— Я мать Патрика Уоллингфорда, дорогая моя, — сказала в трубку Сара Уильямс — А вот кто вы такая? — Это «дорогая моя» снова напомнило Патрику Эвелин Арбутнот.

Мэри бросила трубку.

А миссис Уильямс продолжила читать ту главу «Паутины Шарлотты», которая завершалась словами: «Когда она умирала, рядом с нею никого не было».

Сара, утирая слезы, протянула книжку Патрику. Он ведь обещал прочитать ей последнюю главу, про поросенка Уилбера. «И вот Уилбер вернулся домой, к своей любимой навозной куче…», — начал Уоллингфорд. Он читал

ровным голосом, без эмоций, как сводку новостей. (Книга, конечно, была лучше, чем новости, но не в этом дело.)

Когда Патрик закончил чтение, они немного поспали; тем временем на улице стемнело. Проснувшись, Уоллингфорд выключил лампу на ночном столике, так что теперь и в номере стало совсем темно. Он лежал совершенно неподвижно. Спящая Сара Уильяме прижалась к нему сзади; ее груди упирались ему в лопатки, а выпуклый живот как раз умещался в выемке над поясницей; одной рукой она обнимала его за талию, а другой — сжимала его пенис, чуточку сильнее, чем нужно, но он, несмотря на это, крепко заснул.

Они, вполне возможно, проспали бы так всю ночь. А может, проснулись бы еще до зари и занялись бы любовью в предрассветных сумерках, понимая, что никогда больше не встретятся. Впрочем, все, что они могли бы сделать, значения не имело: снова зазвонил телефон.

На сей раз Уоллингфорд сам взял трубку. Он знал, кто звонит, он даже во сне ожидал этого звонка. Уоллингфорд рассказывал Мэри, как и когда умерла его мать, и даже удивился, что ей понадобилось так много времени, чтобы об этом вспомнить.

— Она же умерла! — донеслось из телефонной трубки. — Твоя мать умерла! Ты мне сам говорил! Она умерла, когда ты еще в колледже учился!

— Правильно, Мэри.

— У тебя просто любовная интрижка! — взвыла Мэри. И Сара, естественно, все слышала.

— И это правильно, Мэри, — не терял самообладания Уоллингфорд. Он не видел причин что-то объяснять ей, говорить, что влюблен вовсе не в Сару Уильямс. Мэри до чертиков ему надоела: слишком уж упорно она его осаждала.

— Это та самая молодая женщина, что уже звонила? — довольно громко спросила Сара. И одного звука ее голоса — расслышала Мэри ее вопрос или нет — оказалось достаточно, чтобы Мэри заверещала с новой силой.

— Судя по голосу, она действительно тебе в матери годится! — взвизгнула она.

— Мэри, ради бога…

— Этот кретин Эдди всюду тебя ищет! Тебя все ищут, Пат! Нельзя же уезжать на весь уик-энд, никому не оставив ни адреса, ни телефона! Ты что, хочешь, чтобы тебя уволили?

Именно тогда Патрик впервые подумал: а может быть, он и впрямь этого хочет? И в полутьме гостиничного номера идея эта засветилась перед ним, словно цифровой будильник на ночном столике.

—Ты же знаешь, что случилось, ведь знаешь же? — не унималась Мэри. — Или так затрахался, что все новости пропустил?

— Я вовсе не трахался! — Патрик прекрасно знал, что этими словами лишь подливает масло в огонь. Мэри ведь журналистка. А любой журналист тут же пришел бы к выводу, что все выходные Уоллингфорд только этим и занимался. Мэри давно уже научилась делать столь очевидные выводы.

— Так я тебе и поверила! — сказала она.

— Знаешь, мне все равно, поверила ты или нет.

— Но Эдди…

— Передай ему, пожалуйста, что завтра я буду на месте.

— Неужели ты и впрямь хочешь, чтобы тебя уволили? — снова спросила Мэри и сразу, как и после первого своего звонка, бросила трубку.

А Уоллингфорд — уже во второй раз — подумал об увольнении, сам еще толком не понимая, почему эта мысль манит его, как огонек в темноте.

— Ты не говорил мне, что женат или у тебя есть подруга, — сказала Сара Уильяме, и по ее голосу Патрик понял, что она уже не лежит в постели. Он смутно видел в темноте ее силуэт: она одевалась.

— Я не женат, и подруги у меня нет, — ответил он.

— У этой твоей подруги, видно, слишком сильно развиты собственнические инстинкты…

— Никакая она мне не подруга, У меня с ней ничего не было. У нас совсем другие отношения, — заявил Патрик.

— Так я тебе и поверила! — сказала Сара. (Не только журналисты торопятся с выводами.)

— Мне было очень хорошо с тобой, честное слово, — искренне сказал Патрик, пытаясь сменить тему; он действительно так думал. Но она только вздохнула; даже в темноте, не видя ее лица, он чувствовал: она ему не верит.

— Если я все же решусь на аборт, может быть, ты сходишь туда вместе со мной? — спросила Сара. — Правда, тебе придется через неделю снова прилететь в Бостон… — Она умолкла. Возможно, она просто хотела дать ему время подумать, но Патрик сразу же представил себе, как его узнают в больнице и как в газетах появятся заголовки: «ЛЬВИНЫЙ ОГРЫЗОК ВЕДЕТ НЕЗНАКОМКУ В АБОРТАРИЙ!», или что-нибудь в этом роде.

— Я даже представить себе не могу, как пойду туда одна! Хотя тебе, конечно, подобное «свидание» вряд ли доставит удовольствие, — продолжала Сара.

— Конечно же, я схожу с тобой, — промямлил Патрик, но она уже все поняла. — Если я тебе нужен… — Ох, как отвратительно это прозвучало! Конечно же, он ей нужен! Иначе она бы и просить не стала! — Нет, мы обязательно сходим туда вместе! — попытался он исправить положение, но сделал только хуже.

— Ничего страшного, — сказала Сара. — В конце концов, мы ведь едва знакомы.

— Но я действительно хочу проводить тебя! — солгал Патрик, но Сара уже не слушала.

— Ты не сказал мне, что в кого-то влюблен! — заметила она с упреком.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать