Жанр: Научная Фантастика » Константин Мзареулов » Хорек в мышеловке (страница 31)


13. Земля. Сентябрь 2026 года.

Ватага почти обогнула Гнилую Топь, когда в роще затрещали деревья, и Старшой, крикнув сдавленным шепотом: «Ложитесь, козлы! Хозяин пожаловал, Дядя Вася!» — повалился ничком, где стоял. Остальные, не мешкая, последовали его примеру, распластались в жиже, не подсохшей опосля вчерашней моросьбы. Четверо человек — не мертвы, не живы — изо всех сил вжимались в жирную грязь, раскинув крестами руки-ноги. Словно диагноз сифилиса в медицинской карточке.

Дядя Вася, промеж тем, подходил ближе и ближе, слышались гулкие удары шагов, невидимые ступни расплескивали булькающие брызги, оставляя на мокрой земле и поверхности трясины громадные, в метр длиной, отпечатки то ли подошв, то ли копыт. Бестелесное чудище шагало с передыхами — два-три шлепка, потом тяжелое натужное сипенье и снова звуки шагов.

Пронесло, однако. Дядя Вася, не заинтересовался четверкой сталкеров, мимо направился. Когда грохот шагов начал удаляться, людишки-крестики приподняли головы, вглядываясь вдогон жуткому капризу неведомых создателей Зоны. Цепочка шагов медленно, как бы неохотно, удлинялась — прозрачный Хозяин, колыхая воздушную рябь, топал ножищами аккурат на Желтый Дом, что стоял целехонький на горбе холма в двух с гаком верстах отсель. Но возле Поющего Оврага пунктир метровых вмятин вдруг оборвался, и стихли пугающие звуки.

— Ушел, родимый.

Старшой выпрямился, упираясь откинутым прикладом, и взялся счищать с гидрокостюма размокший чернозем, перемешанный с жухлой хвоей, листьями и прочими экскрементами осенней природы. Ватага тоже встала в полный рост, умело матерясь по всем адресам сразу. Толканув плечом Толяна, Одноглазый сказал, плотоядно подмигивая располосованной шрамами рожей:

— Понял, сопля, для чего резину надевать велено? А то каждая салажатина с дипломом юмор свой кажет: вы, мол, че, аквалангисты, али сталкера… Будешь теперь до завтрего мокрый шлендрать — авось поумнеешь, не станешь другой раз насмехаться.

— Не станет, — уверенно подтвердил Старшой, словно бы со смыслом. — Другой раз — не станет. Ну, пошли, мужики, мало осталось.

Тропа каким-то чудом даже не увлажнилась, хотя зарядивший со вчерашнего утра дождь становился сильнее, и все вокруг прямо-таки бурлило и хлюпало. Ох, не зря прозвали старики эту дорожку — Засушная Авеню.

Ватага привычно перестроилась в колонну по-одному, с интервалом в полдюжины шагов. Одноглазый шел первым и время от времени пускал веером щедрые очереди из пейнтбольного автомата. Шарики ложились аккуратными дугами с радиусом в полтора-два десятка метров. Только у последнего поворота дорожки очередь дала сбой. Две ампулы, брызнув краской, упали недолетом, остановленные на полупути всплеском подземной тяжести. Одноглазый пальнул повторно, потом еще. Сказал, не оборачиваясь:

— Комариная плешь сдвинулась, однако. Обход искать надо.

Обход нашли, потыкавшись по топями и утопив рюкзак с провиантом. После, как вернулись на Засушную Авеню, присмиревший было Толян решился подать голос:

— Слышь, Старшой, а что в Желтом Доме? Вроде, на чистом месте стоит…

Покосившись на дипломированного покойничка, Старшой поведал ласковым говорком:

— Там, родимый, Огненный Треножник обосновался. Бродил, понимаешь, и стрелял лучом по каждому, кто близко сунется… Видишь, вокруг горки кучи металла посверкивают?

— Ну…

— Антилопа-гну… Это ооновские гниды роботов за Треножником посылали. Цельный месяц, однако, осаду держали, чуть не сотню машин положили.

Одноглазый, сплюнув, добавил:

— На той неделе взяли трехножку. Мы с Бульдогом вона откуда всю разборку видели, как в кино. Стрельнули чем-то, он и заглохни. Запихнули в ящик — и на космодром… А какие бабки нам за него деловые отвалить обещали!

Он явно не мог успокоиться, да и Бульдога всего передернуло. Понятное дело, за такие деньжищи вся ватага не меньше месяца ужиралась бы лучшими плодами цивилизации. Печально вздохнув, Старшой приказал сталкерам идти вперед, и вскоре вывел их на голую макушку очередного бугра. Здесь он шумно сбросил рюкзак и велел разлить по маленькой.

— Пришли, — объявил вожак, согревая перчаткой граненный стакан. — Толяныч у нас по первому разу в серьезном деле — пусть первым судьбу свою попытает. За тебя, паря. Будь!

Они выпили-закусили, посля чего Толян намылился, как есть, сигануть со склона в рытвину, однако Одноглазый удержал сопляка, напомнив: до Кубика положено ходить без оружия. Толян быстро-быстро, путаясь в антабках, скинул автомат, ремень с кобурой, вещмешок и, не попрощавшись, побежал вниз.

Бульдог быстро обвел окрестности лазерным биноклем-сканером фирмы «Сони» и, ни слова не говоря, кивнул Старшому. Сигнал этот означал: на шухере спокойно, в радиусе мили, а это побольше полутора километров, никого постороннего не обнаружено. Трое перекрестились, как всегда поступали в таких случаях, и Старшой, вскинув свою Light Rifle-400, приложился к телескопическому окуляру.

Выстрелил он профессионально — точно и расчетливо. Срезанный экономной, всего в две пули, очередью Толян, не пикнув, ткнулся носом в траву. Всего-то каких-нибудь пару-тройку шагов до Кубика не добежал.

— Я ж говорил, не станет он в другой раз насмехаться, — степенно изрек Старшой. — Шевелись, братва. Торопиться нам особо некуда, но и мешкать не стоит.

Спустившись в котлован, они первым делом оттащили труп, сбросив в овраг, где за четверть века набралось порядком таких неудачников. Потом окружили

Черный Куб, нетерпеливо вглядываясь в матовую беспросветность обращенной к гостям грани.

Свершилось. Куб засиял, открывая принесшим жертву их будущее. Только непривычно смотрелось это самое будущее: скромный холм свежей земли, насыпанный в чистом поле.

— Не иначе, показывает нам место, куда пойтить надо, — предположил Одноглазый. — Видать, большие ценности там закопаны.

— Ценнее некуда, рожа кретинская! — прошипел Старшой, остервенело тыча во все стороны переключенной на автоматический огонь LR-400. — В таких могилах ооновцы нашего брата хоронят!

В них стреляли издалека, много дальше мили. Потому и лазерный сканер не помог. Вся троица легла быстро и безболезненно, так и не поняв, откуда пришла смерть.

Засаду в Желтом Доме оставили еще неделю назад, как только вывезли Огненный Треножник. Региональная штаб-квартира безошибочно рассчитала, что сталкеры обязательно попрутся к Черному Кубу, едва в этом квадрате станет чуток поспокойнее. И дождались — сам Старшой явился со своими душегубами. Огромные снайперские винтовки успокоили безжалостного ветерана сибирских сталкеров и всю его ватагу одним залпом. Впрочем, для порядка Ахмедбек, Иван и Хамфри сделали по одному контрольному выстрелу, хотя любому ясно — реактивные пули 75-го калибра гарантируют стопроцентную летальность, даже если имеешь дело со слоном.

Ассоциативная память порой играет диковинные шутки. Пока роботы маршировали к Черному Кубу, перед внутренним взором Жилина промелькнули яркие картины давней охоты на марсианских пиявок. Тогда у него была такая же винтовка «Уриэль», только с укороченным стволом…

— Есть, зацепили, — удовлетворенно ухнул Касуга.

Жилин лениво заглянул в стереотрубу. Двухсоткратное увеличение показало, как роботы аккуратно подхватывают манипуляторами коварное изделие чужого разума. Прежде чем скрыться в контейнере, облицованном изнутри тончайшим слоем «абсолютного отражателя», Черный Куб успел изобразить не то заводской цех, не то лабораторию — много разных приборов, машин, конвейерные линии. Вероятно, это было предприятие, куда роботов отправят для ремонта. Или на демонтаж. Так уж работал этот подарочек космических гостей: если убить рядом человека, то следующему зрителю Черный Куб покажет самую острую ситуацию, в которой означенный зритель окажется в ближайшие три-четыре месяца…

— Алла акбар, братишки, — Ахмедбек широко улыбался. — Можно сказать, эту Зону мы очистили.

— Курочка Ряба осталась, — напомнил пессимист Хамфри. — Такую махину голыми манипуляторами не скрутишь.

— Без нас возьмут, — отмахнулся Касуга. — Мы свою смену отработали по высшему разряду.

Лавируя между гравитационными провалами масконов, к месту работ приблизился тяжелый грузовой вертолет. Пилотов в кабине, само собой, быть не могло — одна автоматика. Умная машина с математической точностью зависла над копошившимися в котловане роботами, медленно снизилась, едва не касаясь грунта колесами. Похожие на многоногих пауков роботы проворно забросили контейнер в грузовой отсек, намертво закрепив, чтобы не шевельнулся. Вертолет снова набрал высоту и медленно направился к юго-востоку, строго выдерживая заданный курс.

Через час с командного пункта сообщили, что груз благополучно прибыл на аэродром, и спецгруппа окончательно избавилась от нервного напряжения. Дальнейшие операции были отработаны до мелочей: робот-самолет доставит добычу на Байконур, там другие роботы перегрузят контейнер в автоматическую ракету, и часов пять спустя Черный Куб будет замурован в одной из пещер на обратной стороне Луны.

Короткая стрелка на циферблате (в Зоне полагалось носить механические часы, потому как электронным здесь доверия не осталось) переползла за тройку, снова заморосила хлябь небесная. Неторопливо собрав поклажу, они взгромоздились на летучую платформу, и процессоры автоводителя повезли боевую группу восвояси по трассе, которая неделю назад была сравнительно безопасной. Только Зона, гадина, не могла успокоиться, без конца здесь что-то перемещалось, ежедневно и ежечасно выпирали новые каверзы, тогда как старые перетекали в совершенно неожиданное место.

Дважды налетал «горючий пух». Ахмедбек орал свое «алла акбар» и «аман алла», нажимая гашетку. Пневматическая мортира швыряла в огненные облака сферические дьюары с жидкой углекислотой, а Касуга, матерясь на шести с половиной языках, орудовал ручным управлением. Еще их атаковали «громовые рушники» — пришлось сажать платформу на брюхо и отбиваться струями переносных компрессоров. Отбились, продвинулись на полкилометра, где едва не вляпались в лужу «ведьминого студня», но исхитрились обогнуть заковыристым зигзагом, чудом увернувшись от порхающих серебряных паутинок.

Только под вечер, до предела измотанные, выбрались они к границе Зоны. Солдаты на Заставе старательно выдерживали дистанцию — мало ли какую заразу могли подхватить эти самоубийцы, побывавшие в самом пекле. Только майор «голубых касок» решился приблизиться, чтобы сообщить: генерал Родригес отдал приказ немедленно по прибытии отвезти полковника Айвэна Джилина на авиабазу.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать