Жанр: Научная Фантастика » Константин Мзареулов » Хорек в мышеловке (страница 36)


15. Страницы из дневника.

Кажется, я в седьмой или восьмой раз принимаюсь надиктовывать эти записи и каждый раз возникает одна и та же проблема: с чего начать. Попытаюсь хотя бы сейчас, оставшись один на один с киберблоком, честно разобраться, для чего я взялся за эти мемуары.

В нашей среде принято читать воспоминания великих предшественников — таких, как Ронге, Шелленберг, Судоплатов, Родригес, Жилин. На полках моей кристаллотеки хранится не меньше сотни мемуаров руководителей спецслужб прошлого. Читаешь-перечитываешь и постепенно проникаешься духом профессии, нередко узнаешь кое-что такое, что можно применить в текущих делах. Но не это, наверное, главное. Из этих книг лучше понимаешь цивилизацию, которой служишь.

Лет десять назад, когда меня только назначили руководить Чрезвычайным Розыском, я перечитал мемуары Ивана Жилина и наткнулся на чудовищную фразу. Его шеф, легендарный генерал Мария Родригес сказал в порыве откровенности: мол, потомки узнают о нас лишь то, что мы сами соизволим рассказать. В те времена я еще не растратил огрызки романтической восторженности и посчитал данную посылку в корне аморальной. Кажется, я даже дал себе слово, что мои мемуары, если я за них когда-либо возьмусь, будут выдержаны в духе древней формулы: всю правду и ничего, кроме правды.

Наверное из этих соображений я по горячим следам описал инцидент с поисками Льва Абалкина. Просмотрев тот файл спустя годл с небольшим, я с ужасом обнаружил, что всей правды не получилось. Внутренний цензор заставил меня промолчать о некоторых пикантных обстоятельствах и даже слегка приукрасить собственную роль в очень некрасивой истории. Я словно бы пытался самооправдаться, переваливать ответственность за трагическую развязку на кого угодно, лишь бы самому предстать в относительно привлекательном свете. Наверняка так будет происходить и впредь, как бы не старался мемуарист оставаться честным. Тем не менее, я продолжаю изредка диктовать свое восприятие самых неприятных событий, дополняя устный рассказ видеокадрами, текстом документов и прочими подручными материалами. Возможно, кому-то будет интересно ознакомиться с этими опусами…

Все наши дела начинаются одинаково — с вызова к руководству. Так случилось и в этот раз. На третий день после совещания в Торонто меня пригласил Этернал. Как обычно, шеф выглядел растерянным, он тоже понимал, что такая работа не для него, но ничего изменить не мог.

Помявшись, Этернал сообщил, что есть решение Всемирного Совета: приняв дополнительные меры предосторожности, повторить условия, при которых активизировалась программа Голика,. Я поинтересовался, кого избрали жертвой на этот раз.

— Корней Яшмаа согласился добровольно, — сказал Этернал, опуская глаза. — Мак, мне тоже не нравится эта авантюра, но решение принято. Если мы откажемся, нас выгонят и найдут более покладистых исполнителей.

— Пускай, — сказал я. — Надеюсь, мое участие не обязательно?

— В самом эксперименте — нет. Но решено использовать средство, которым прежде занимался ты. Найди Пильгуя и уговори его сотрудничать.

Это было неожиданно, хотя и разумно. Я почувствовал какую-то робкую надежду, что на этот раз эксперимент обойдется без жертв. Поспешив к себе, я вновь просмотрел материалы по старому делу «Капитан Немо». Память не подвела — запрета на разработки не накладывали, Пильгую просто посоветовали не проводить опыты на людях. Пильгуй согласился, и дело было закрыто.

Услышав, о чем его просят, Капитан Немо не стал кочевряжиться или злорадствовать. Только пожал плечами и проворчал:

— Оборудование у меня громоздкое… Придется здесь, в лаборатории работать. Привозите, посмотрим, что получится.

Поначалу был шок: Мировой Совет собирался проводить инициирование на какой-нибудь дикой планетке у черта на куличках. Мы с Этерналом с трудом убедили вице-президента, и руководство, скрипя извилинами, согласилось. Все равно, как показала Моргана, «подкидыш» при желании найдет способ сбежать, так что не суть важно, где произойдет превращение Корнея в супер-хомо. Впрочем, Пильгуй гарантировал благополучный исход.

Эксперимент не произвел на меня впечатления. Корней держался уверенно, сам залез в ванну биогенератора, изредка шутил. Как и на Моргане, детонатор присосался нитями к телу «подкидыша», приборы опять показали начало процесса мутации. Организм Корнея медленно трансформировался. Насколько мы, дилетанты, смогли разобраться, в его хромосомах появились новые гены, спектр биотоков тоже изменился. Кто-то из ксенобиологов «первой комиссии» сказал, что похожие ментограммы свидетельствуют о проявлении экстрасенсорных качеств — аналогичные «зубцы» имеются у ридеров, психокинетиков, даже у голованов.

Потом детонатор вернулся в коробку, а наши ученые продолжили обследование. Корней без конца рассказывал о своих ощущениях, но все ждали другого — когда у него появятся нечеловеческие намерения. Сценарий эксперимента предполагал, что заложенная Странниками программа посоветует «подкидышу» не слишком откровенничать, поэтому несколько телепатов постоянно контролировали его мысли и желания. Однако, позже все они подтвердили, что Корней ни разу не солгал — намерения лететь на Гараж у него не возникло.

Когда медицинская комиссия накопила достаточно информации, Комов и Этернал решили прервать эксперимент. Пильгуй запустил свою аппаратуру, и процесс был подавлен с помощью биогенераторов.

Постепенно организм Корнея вернулся к нормальному человеческому состоянию. Все бурно радовались, однако, на мой взгляд, это была только имитация успеха. Эксперимент оборван на самом интересном месте. Впрочем, биологи считали иначе — я слышал разговоры о принципиально новом подходе к дальнейшей эволюции Человека Разумного, как вида. Вроде бы появилась надежда использовать проявившиеся у Корнея гены для возбуждения экстрасенсорных способностей. Этернал подмигнул, и я ответил тем же: все исследования генных инженеров в данном направлении, безусловно, будут проводиться под самым плотным контролем моего отдела.

Потом было короткое обсуждение. Дальнейшие эксперименты с детонаторами признали опасными. Три вице-президента Мирового Совета заверили, что больше «подкидышей» трогать не станут. Как я понял, им нужно было завершить программу относительно благополучным результатом, и они своего добились. Отныне «подкидыши» интересовали только профессионалов.

Все разъехались, очень довольные собой, а мы собрались своей компанией в вестибюле института: Комов, Этернал, Марта, Вандерхузе и я. Похоже, все чувствовали себя примерно одинаково: сильное облегчение, что Яшмаа не попытался прорваться на Гараж, и легкое удивление от того, что он не стал этого делать. Мы обменялись мнениями, а потом Вандерхузе вдруг сказал:

— Теперь ясно, что детонаторы были средством связи между Странниками и «подкидышами». Голика подлечили от болезней, придали необходимые свойства и приказали отправляться на Гараж. Эксперимент окончился гибелью «омеги», и Странники поняли, что таким путем они к артефактам не подберутся. Поэтому Корнею соответствующего задания не давали.

— Однако, детонатор изменил его организм, — темпераментно добавила Марта. — Уж поверьте моему профессионализму, если бы трансформация продолжалась, Корней превратился бы в принципиально иное, нечеловеческое существо.

— Между прочим, детонатор Голика самоликвидировался, — заметил Комов.

Он мог бы не говорить об этом — все мы видели новую пустоту в обойме, где покоились эти шайбы. Этернал задумчиво произнес: дескать, надо поставить на уши нуль-физиков, чтобы разобрались, каким образом Странники управляют детонаторами на галактических расстояниях. Никто не стал спорить. Тогда я напомнил о Гуроне. Меня интересовало, какие гипотезы на этот счет появились у первой комиссии"?

— Он подвергался самому сильному прессингу, — ответил Комов. — Остальным «подкидышам» позволили выбрать работу по вкусу и свободно посещать Землю. Эффект был усилен радиацией Саракша и экстрасенсорным влиянием голованов. Мы построили виртуальную модель менталитета «подкидышей», и получилось, что все эти факторы вполне могли активизировать «включатель» в его сознании даже без участия детонатора.

Мне очень хотелось спросить, почему Комов выбрал для столь сильного, как он выражается, прессинга именно Абалкина, но не стал обострять беседу. Наверняка тут сыграло роль соперничество из-за Суок — Комов всеми силами старался держать Абалкина подальше от Глумовой.

Между тем Комов как-то странно поглядывал на меня, будто хочет поговорить, но не желает делать этого в присутствии столь многочисленной компании. Когда все расходились, я замешкался, и он тотчас подошел ко мне, предложив обсудить некоторые нюансы возможного сотрудничества.

Мы завалили в его апартаменты на сорок последнем этаже, и шеф конкурирующей фирмы принялся рассказывать, как это ужасно, когда два ведомства, делающих общее дело, не могут найти общий язык. Я меланхолично поддакивал, эпизодически напоминая о ляпах, допущенных КОМКОНом-1. В ответ он вежливо перечислял не менее прискорбные оплошности нашей Конторы и прочих братских организаций. Когда мы завершили ритуальный обмен взаимными претензиями, начался деловой разговор, который я записал на киберблок. Вот эта запись:

Я: Исследования по Странникам топчутся на месте.

КОМОВ: Согласен, это наша большая проблема. Нет свежих идей, поэтому мы варимся в собственном соку.

Я: Один ксенолог из числа независимых жаловался, что новые идеи КОМКОН-1 отвергает с порога.

КОМОВ: Вы, конечно, имеете в виду Мерлина Кондратьева… В чем-то он, наверное, прав. Я слишком долго ждал новых действий Странников, а потому тянул время. Сейчас мы активизируемся.

Я: И вы не догадались проследить гиперканалы Саулы? В прежние времена такая промашка вызвала бы самое пристальное внимание Галбеза.

КОМОВ: Не сыпьте хлорид натрия на повреждения моего эпителия… Это не промашка, это глупость. Не могу себе простить, что та догадка пришла не в мою тупую башку. Для нас было шоком, когда Бенсон, этот дилетант-неудачник предложил такую простую до гениальности идею. Вообще сама мысль о подобном поиске совершенно выходила за рамки действий, которые мы привыкли осуществлять при изучении артефактов. Когда открыли Надежду, мои мысли были заняты другим — создавать смешанные группы из людей и голованой. Наша техника, усиленная их менто-способностями открывали слишком интересные перспективы.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать