Жанр: Детектив » Элла Никольская » Уходят не простившись (Русский десант на Майорку - 2) (страница 8)


Всякий раз, выслушав беспощадно правдивую фразу вроде того, что, вот, мол, какая она, Лиза, дура, упустила Гришку, сидела бы сейчас в Аргентине, в Рио-де-Жанейро (в Буэнос-Айресе, мысленно поправил Паша), а не в этой пыльной и грязной дыре - российской столице, Павел говорил себе: конечно, дура, ещё и хамка, беспросветно темная, к тому же. Сейчас допьем кофе, мороженое доедим (другого угощения Лиза не признавала) - и по домам, и довольно с него. Но стоило дуре и хамке через пару дней позвонить - и он летел на рандеву, будто бабочка в огонь, и вопрос о том, может или не может он влюбиться в столь чуждое ему существо, снова повисал в воздухе. Да, красота - это страшная сила, как говаривала великая Фаина Раневская в старом-престаром фильме "Весна"... А Лиза в самом деле хороша была несказанно, напоминая всем обликом - те же безупречные черты и линии, нежные, будто восковые краски - юных японок, украшающих собою настенные календари. Только те кокетливы, манящи и загадочны, российская же их подружка этих достоинств начисто лишена. Взгляд ясных, великолепно от природы оттушеванных глаз не затуманится, не позовет безмолвно "иди ко мне", а ведь это умеют девушки куда менее красивые. И в улыбке никакой тайны - холодна и часто насмешлива, а уж откроет красавица рот, если, не дай Бог, разгневать, - святых выноси...

Недаром же у Павла соперников нет - если не считать тех, что на его спутницу на улице оборачиваются. Но и его - единственного на данный момент вздыхателя (ему, впрочем, все ещё приходилось считать их отношения чисто деловыми) не слишком ценит эта Лиза, которой Бог будто в насмешку подарил внешность кинозвезды, а ум и характер малообразованной, не слишком интеллигентной подмосковной девчонки.

Были и ещё несообразности, занимавшие Павла. Вот, к примеру, как это у простенькой курносой медсестры из местной больницы и угодившего в эту больницу с травмой строителя-лимитчика, сбежавшего в ридны Карпаты при известии, что ему предстоит стать отцом, уродилась эдакая красавица? Западенцы, впрочем, красивый народ...

Одним словом, мысли молодого следователя безостановочно толклись на этом пятачке, чего бы, безусловно, не происходило, будь Лиза обычной, даже просто хорошенькой секретаршей. Но обычными, вполне даже вульгарными были только её манеры. Это Павел видел отчетливо, но устоять не сумел, хотя и сам себе не признался пока, что влюблен по уши.

...Сейчас они сидели на берегу озера - того самого, между прочим, в котором несколько недель назад утонула молодая женщина, едва не разбившая семью Станишевских. Странная это история, и Павел несказанно удивился, когда после очередной размолвки, вызванной неуместной Лизиной прямолинейностью, услышал в телефонной трубке знакомый голос, звучавший как обычно, лениво и небрежно:

- Чего в Москве-то маяться в такую жару? Приезжай давай, я тебя на станции встречу, только не перепутай электричку, а то укатишь в Гжель.

По правде сказать, Павел согласился бы и в том случае, если бы над Москвой разразилась снежная буря. А тут и впрямь Москва стала местом, неудобным для жизни: субботним вечером объявили завтрашние тридцать два тридцать четыре без осадков, и он поспешил с утра пораньше за город, на электричку ровно в семь тридцать с Казанского вокзала. Черт возьми, не каждого молодого человека встречает на подмосковной станции такая красотка!

- Так это здесь произошло? - спросил Павел, не получив ответа на вопрос о безутешном вдовце. Лиза как раз, завернувшись в махровую простыню, стягивала с себя мокрый купальник, и эта процедура отвлекла обоих от предмета разговора. Но когда, наконец, махровая простыня упала на траву и обнаружилось, что Лиза не только мокрый купальник сняла, но и в сухой успела облачиться, слегка разочарованный молодой человек задал новый вопрос, так или иначе развивая тему:

- Машина ваша где стояла? Покажи.

- На том берегу, как раз напротив, - безучастно ответила Лиза, грызя травинку, - Туда подъезжать удобнее. А вдовец наш ничего, оклемался, вышел всего на один день и в отпуск отбыл, в Малаховку укатил, сказал - книгу напишет за лето.

- Куда-а? Почему в Малаховку?

- Там дача у него. Между прочим, эту дачу я ему сосватала.

- Тоже мне - сватья... Откуда взялась дача?

- А что такого? Матери моей подруга умерла, а сын её давно уже в Прибалтике живет, женился там. Так что дом пустой стоял - вернее, полдома, а на другой половине родственники какие-то.

- Рассказывай, рассказывай, - подбодрил Паша, слыша по голосу, как угасает интерес рассказчицы к предмету разговора, - Как ты их познакомила?

Померещилось что-то ему. Малаховка и Удельная рядом, две соседние станции, озеро одним концом в Малаховку упирается, а другим - в Удельную. Может, это и есть связующее звено между двумя смертями. Или даже между двумя убийствами. Твердит же старик Коньков, что непременно существует такое звено, только поискать... И потому следователь с любопытством стал слушать дальше, и на подробностях начал настаивать. Выходило так. Однажды Юрий Анатольевич Станишевский, директор, в присутствии своего заместителя и секретаря-референта этого заместителя, а именно Лизы высказался в пользу приобретения дачи поближе к Москве. Сослался на желание супруги. Всегда, мол, дачу снимали, а теперь ей загорелось свою завести. Якобы воля жены для него - директора - закон,

любит этот дамский угодник пыль в глаза пустить... И как раз наследники мамашиной покойной подруги объявились сколько лет о них ни слуху, ни духу, а тут в. Прибалтике заварушка, русских без работы оставили, вот они и вспомнили про выморочное именьице, продать решили, чтобы перекантоваться в ожидании лучших времен.

Лиза, услышав новость от матери, пересказала её директору, тот супруге, и она, Лиза, с их разрешения передала приезжим наследникам, опять же через мамашу, домашний телефон Станишевских. Вот и вся её роль, а то "сватья, сватья"..."

Кстати, ей даже неизвестно, за сколько купили-продали. Но наверняка недорого. Мать говорила - родственники, занимавшие вторую половину дома, начали возникать, согласия на продажу не давали, дошло дело до суда, но занималась всем этим мадам...

- Лизок, - задал Паша вроде бы не относящийся к пространному повествованию вопрос, - А все же как вы тогда на берегу располагались? Кто возле вас сидел, не припомнишь?

- Припомню, чего ж? - согласилась Лиза, - Хотя народу много было, кто где... Пацанва сидела кучей, человек десять, ребята и девчонки. Матерились жутко, аж в воздухе висело, Борис к ним ещё подходил урезонивать. Дальше семейство с детишками - эти вообще слиняли, пересели на другую сторону, но неподалеку. Потом тетка с ребенком, дальше ещё две тетки, ещё компания, вроде нас, двое-надвое, машина у них красный жигуль, раньше нас приехали раньше и уехали, ещё до дождя.

- До дождя - скатертью дорога. А эти две тетки - как они выглядели?

- Старые, толстые. Да я их знаю - одна продавщица из овощного, другая - кассирша на станции. Чего ещё желаете узнать, господин следователь?

- А та, с ребенком? Старая, молодая?

- Эту я не разглядела, она спиной сидела, но и с тылу видно, что коровища.

- А ребенок - мальчик, девочка? Возраст какой примерно?

- Лет десяти мальчишка, чернявенький, глазастый. Все зыркал на нашу машину, как будто "мерседеса" не видал. - Лиза задумалась, припоминая, и добавила: - Лицо кавказской национальности. Или цыганенок. А тетка, между прочим, белесая. И не мать ему, это точно. Старовата. Чую, чую, где собака зарыта: киднэппинг, похищение ребенка. Глубоко роете, господин следователь!

- Да ладно тебе, - вяло отбился раздосадованный Паша. В самом деле, человеку со стороны его вопросы кажутся дурацкими, чтобы большего не сказать. - Жарко стало, пошли ещё искупаемся?

- А не страшно? У нас тут тонут, бывает...

Лизин неуместный юмор определенно начал ему надоедать. Паша поднялся с особым шиком, не коснувшись руками травы, и направился к воде один, не оглядываясь: мол, хочешь - иди со мной, а не хочешь - как хочешь. Лиза предпочла остаться и он отправился в воду один, переплыл размашистыми саженками озеро и вылез на другой берег, более крутой - пришлось карабкаться вверх по осыпающемуся под ногами песку.

Так вот где все это случилось. "Мерседес" стоял вероятно под теми деревьями. А где находились все эти люди? Подростки, напугавшие родителей с малыми детишками? Эти вполне могли охотиться за цепочкой. Боролись за побрякушку, невзначай утопили её нетрезвую хозяйку - долго ли? И сбежали, испугавшись содеянного. Стоит проверить. Далее - продавщица с железнодорожной кассиршей - пожалуй, отпадают. Белобрысая толстуха с чернявым, нездешнего вида мальчуганом - ну, вряд ли. Еще одна компания на машине - эти уехали ещё до того, как произошло несчастье... Невелик выбор, но ведь были и ещё какие-то люди, которых Лиза забыла или попросту не видала...

Между тем, Лиза на той стороне тоже пошла купаться. Павел помахал ей призывно: плыви, мол, сюда. Но она то ли не заметила, то ли обиделась, а может, просто остерегалась заплывать далеко в этом несчастливом месте поплескалась возле самого берега и вернулась к оставленным вещам.

Даже отсюда, издалека видно было, какая она вся ладная: тоненькая, длинноногая, держится прямо-прямо, как танцовщица. Сутуловатый, не больно складный Павел - правда, теннис и плавание помогли ему довести себя до приемлемых кондиций, - с первого взгляда оценил эту её стать: гордую посадку головы, легкую походку. Будто не грешную землю, а облака попирают небольшие, с высоким сводом ступни, и ноготки на пальцах такие круглые, умильные, чистые, ни один не искривлен, не изуродован. Положительно все в ней прекрасно - от выгнутых ресниц до этих самых ноготков, но характер! Господи, сущая мегера и язык как помело. Не злая, впрочем, - злых Павел не переносил... Чего он, собственно, хочет - розу без шипов? ... Ах, да черт с ними, с покойницами этими, пусть старик Станишевский сам разбирается. День нерабочий, и такая девушка пригласила, а он, как последний идиот, терзает её неуместным своим любопытством. И как ещё она его терпит, Пашку-дурачка? На другой берег зачем-то рванул, оставил её одну - вот перехватит её какой-нибудь резвый прохожий. Накликал, гляди-ка: один уже рядом с ней торчит, хвост распустил как павлин...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать