Жанр: Детектив » Элла Никольская » Уходят не простившись (Русский десант на Майорку - 2) (страница 9)


Обратно Павел доплыл вдвое быстрее, не ленивыми саженками, а спорым, экономичным кролем, словно в бассейне, и, выбираясь на берег, успел услышать, как Лиза произносит отчетливо, адресуясь к плечистому блондину в роскошных белых шортах и нестерпимо яркой гавайской рубахе:

- Отвали, кому говорят! Я на пляже не знакомлюсь, понял? Если не понял, объясняю подробно: пошел на...

Вовсе уж непотребные слова, слетевшие с нежных уст, Павла не удивили. Крепко отбрила павлина. Моментально отчалил, услышав эту музыку сфер. Впрочем, может, ему просто не нравится, когда девушки матерятся...

- Он что, приставал? Больно уж ты его сурово...

- Пошли обедать, - не отвечая на вопрос, все ещё сварливым голосом сказала Лиза, с силой встряхивая полотенце, песок и сосновые иголки угодили Павлу прямо в физиономию, - Мать с утра борща наварила, а я голодная как пес.

Возвращаясь в Москву в битком набитой электричке - воскресный вечер, ничего не поделаешь, - Павел курил в тамбуре и страдал от обжигающих воспоминаний о том, как целовался и даже обнимался с Лизой, лежа на клетчатом байковом одеяле в душном, насквозь прокаленном солнцем саду, где, кажется, и трава, и цветы и даже деревья устали и поникли от жары. Черт, разбитная вроде девочка, и замуж сходила, как прояснилось, дважды, а ведет себя будто девственница. Мадемуазель "все можно, а это нельзя". Много чего позволяет - но чуть он осмелеет, его шкодливые пальцы тут же перехватит её рука, и взгляд, слегка поплывший, становится ясным и трезвым. Добро бы ещё вела с ним любовную игру, манила и отталкивала - по опыту знал Павел этот старый, как мир, прием, к которому прибегают женщины, чтобы привязать мужика покрепче. Но тут все проще - не хочу и не желаю...

- Лизок, а зачем это все? - сказал он, наконец, взяв себя в руки и поднимаясь с проклятого одеяла. - Интервал выдерживаешь? Мы же взрослые, умные, нам детсадик этот ни к чему...

Лиза легко поднялась вслед за ним, отклонив предложенную помощь, и как-то ловко обойдя его, направилась к веранде. В наступающих сумерках видно было, как там, за освещенными стеклами Лизина мать накрывает на стол. Расставляет чашки, чайник принесла из кухни. Как ни в чем не бывало, пили чай с пирогами. По дороге на станцию - Лиза пошла проводить его до ближайшего перекрестка - Павел неожиданно для самого себя попросил у неё прощения. В самом деле - его любезно пригласили в гости: на борщ, на чаек, в дачную прохладу из душной Москвы, а он вообразил, будто заодно и в койку... Ему стало стыдно, он так и признался.

- Ну и правильно, - засмеялась Лиза, - Правильно, что стыдно, - Она по-кошачьи потерлась щекой о его руку, легшую на её плечо, и эта мимолетная ласка взволновала его больше, чем все остальное, - Еще приедешь?

- Если пригласишь...

Вот об этом и вспоминал Павел, стоя, стиснутый со всех сторон в тамбуре. Теснота думать не мешала. Мысли его перекинулись на берег озера туда, где всего три недели назад расположилась среди других разомлевших от жары людей небольшая компания... Он нарисовал в своем воображении как бы выхваченную из неразличимой толпы группу. Вот эта блондинка с мальчиком. Как раз мальчик смазывает всю картину: откуда бы ему взяться? Может, у покойной Тамары Станишевской племянник какой-нибудь гостил? Надо бы спросить у её мужа. Впрочем, мало ли мальчишек на свете? Оставим его в уме, пойдем дальше...

То, что Лиза её не узнала, это нормально. Одно дело - кавалерственная дама на людях: на юбилейном вечере, на приеме каком-нибудь или на презентации. К такому событию она готовится загодя, ей выглядеть необходимо. Тем более, рядом с импозантным, женолюбивым супругом. Парикмахерская, массаж, макияж, туалет заморский - и не из дешевого магазина, а хорошей фирмы. Косметика тоже дорогая, и парфюм. Дама живала за границей, обучилась и никакой подделки и самодеятельности в отношении своего вида не допустит.

А на дачу, как известно, свозят старую мебель, черно-белые телевизоры, некомплектные сервизы - и сами хозяева позволяют себе расслабиться. Для дачи подойдет ситцевый сарафан, старая кофта, удобные разношенные туфли. Собираясь на озеро в жаркий день, кто ж станет заботиться о прическе, тем более о макияже? Стало быть, если Тамара Геннадьевна в тот день тоже была на озере - от её малаховской дачи минут двадцать ходу, столько же, сколько от лизиного дома в Удельной, - то вид у неё был самый натуральный, непритязательный: "вот мельница, она уж развалилась." Немудрено, что Лиза её не узнала. Ее и прочим взорам всегда предлагался экспортный вариант: высокие каблуки, подтянутый живот, стан закован в броню: грация или как там это...

Павел же своими глазами видел: отросшие, с темными корнями волосы давно пора подсветлить, линялые джинсы, старая куртка с карманами на молнии - удобно рассовывать ключи, деньги, там же и пенсионное удостоверение нашлось. Кроссовки старые, рюкзачок - типично дачный вид, Лиза могла бы её и в электричке не узнать.

А Тамара Геннадьевна Лизу, конечно, узнала - иначе и быть не могло, потому что молодая женщина в компании молодых людей не напялит на себя разное старье и не забудет навести красоту. Впрочем, Лизу вообще невозможно судить по общим меркам, её никогда ни с кем не спутаешь.

Стало быть, Станишевская - если допустить, что это была она, непременно должна была узнать, и не только Лизу, но и её рыжую спутницу, тоже в своем роде заметную, несмотря на малый рост, особу.

Потому супруга директора и села на траву, повернувшись спиной к честной компании: не хотела обращать

на себя внимания, а послушать, между тем, не мешало, о чем судачат знакомые молодые бабенки, подчиненные мужа, одна из которых, как ей было, возможно, известно, возымела на него виды.

Не исключено, правда, что она пока не в курсе. Пучок рыжих волос на расческе, забытая кем-то губная помада - никакое не доказательство, что именно Мира Дорфман побывала тайком в её доме. Может, мадам за двадцать с лишним лет совместного существования попривыкла к увлечениям муженька - он, кстати, моложе её лет на десять, - и согласилась смотреть сквозь пальцы, как он гарцует напоследок в свои "за пятьдесят". Кто их там разберет, эти пожилые супружеские пары, у них проблем не меньше, чем у молодых, только проблемы эти - другие... Взять хоть отца - после смерти жены одиночество до конца и его дней, справедливо ли это?

Тут электричка подоспела к Казанскому вокзалу, вкатилась под грязные своды. Вагон опустел, Павел зазевался и вышел одним из последних. Метро не привлекало - толпа сошедших с поезда устремилась под землю, а ему вдруг захотелось дойти до своих Чистых прудов пешком, благо путь недалек, да и жара, наконец, спала, а главное - на ходу думается лучше.

...Итак, четверо участников пикника бросили якорь на общем пляже, метрах в пятидесяти от берега, и некая особа с мальчиком - назовем её условно гражданкой Икс - расположилась на травке неподалеку. Случаен ли такой расклад? Скорее всего, совершенно случаен. Скорее всего даже, гражданка Икс и её малолетний спутник уже были здесь, когда подкатил "мерседес". И обеих его пассажирок сразу же опознала, а они её - нет. Во-первых, и не смотрели в её сторону, кому она интересна? Тетка как тетка. Во-вторых, и посмотрели бы - не узнали, поскольку практически она неузнаваема.

Гражданка Икс могла бы отойти, пересесть подальше от машины. Бензин, сами понимаете, громкая музыка, шумная нетрезвая компания: они ещё дома у Лизы поддали. Однако она остается: о передвижениях других Лиза ему доложила, про эту же ничего не сказала. Значит, она осталась на прежнем месте, только села на всякий случай к подъехавшим спиной. Замыслила ли она что-нибудь именно в тот момент? Вряд ли - скорее хотела подслушать разговоры, а ещё - рассмотреть соперницу. Может, сердце саднило, и понимала она, что лучше бы зажмуриться, отвернуться, уйти подальше - а сил не хватило. И без того разлучница все время на уме - а тут на тебе, собственной персоной, рыжая, наглая...

Гражданка Икс могла даже усмотреть в этой нечаянной встрече перст судьбы.

Компания, как известно, разделилась. Лиза с Гришей забрались в машину, вторая пара осталась на берегу отношения прояснять. Разговаривали, конечно, громко: а кого стесняться? И непременно упоминали, притом в непочтительном тоне дорогое для гражданки Икс имя. Как мог именовать любовника жены разгоряченный Борис? Да уж конечно не по имени-отчеству с добавлением ученого звания. Что-нибудь вроде старого козла, мышиного жеребчика, а то и просто - "твой мудак". Мира же вряд ли стала бы тратить энергию на защиту отсутствовавшего возлюбленного, тем более, что сама зла была на него по случаю его отъезда в экзотическую страну без нее. Она, должно быть, - не в первый, естественно, раз - излагала и отстаивала свое жизненное кредо. Ты, дескать, такой-то и такой-то, не можешь женщину обеспечить, я и работать должна, и тебя, бездельника, кормить и ублажать, а самой надеть нечего, и все знакомые по заграницам, а я в Малаховку на чужой машине. А с директором у меня будет то-то и то-то, он обещал...

Павел дал волю фантазии, а заодно представил, каково было выслушивать все это гражданке Икс.

Ну а потом, как известно, начавшийся дождь разогнал сидевшую на пляже публику, купальщики поспешили вон из воды, а разгоряченная спором Мира, наоборот, прыгнула с невысокого обрыва в воду. Лиза утверждает, будто Борис пошел было за ней, крича, чтобы воротилась немедленно, но она не послушалась, и он побежал к ним, спасаясь от хлынувшего уже по-настоящему ливня. А гражданка Икс впала в состояние аффекта - взбесишься тут, услышав эдакий кощунственный спор, эдакое поношение - и устремилась к озеру, где и утопила ненавистную рыжую...

Изложив мысленно вчерне эту версию, следователь Пальников поспешил заполнить пустоты и привести в порядок всякие несоответствия. Утопить молодую, сильную женщину, да ещё в людном месте, да ещё так, чтобы никто не заметил, - возможно ли?

Допустим, паника, вызванная внезапным ливнем, помогла убийце. Возможно даже, она сумела трезво оценить обстановку - все бегут, спасайся кто может, каждый за себя, никому ни до кого дела нет. В таком случае выходит, что никакого состояния аффекта и не было, умышленное убийство, исполненное с точным расчетом. Но доказать это невозможно, да и неважно это. Важнее другое - чтобы утопить плывущего человека, надо поднырнуть под него, ухватить за лодыжки, резко дернуть. Мира пьяна, к тому же у Станишевской большое преимущество в весе и объеме, это сказалось бы непременно. Закон Архимеда - "Тело, погруженное в жидкость..." и так далее. Но умела ли гражданка Икс плавать, а, главное - умела ли она нырять? Это следует прояснить.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать