Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Изгой (страница 17)


Глава 9

Свежий ветер трепал волосы и конскую гриву, земля глухо стучала под копытами. Когда пронеслись по низкой лощине. Скиф оглянулся и захохотал. За ними неслась стая черных ворон, так показалось с первого взгляда.

Потом эти вороны падали на дорогу и рассыпались комьями жирной земли, но навстречу взлетали новые, выброшенные конскими копытами.

— Хорошо!

— Да, — согласился Олег, — если бы не погоня... Скиф дернулся, завертелся в седле во все стороны, как будто его усадили на раскаленную наковальню.

—Где?

Олег кивнул. Скиф проследил за его взглядом, оглянулся на Олега, снова начал обшаривать взглядом дали до самого горизонта.

— Вон там облачко пыли... — сказал он неуверен-но. — И вон там... Но может быть, просто караваны с товарами?

Олег покачал головой. Лицо было угрюмое. Скиф отметил, что за последние дни красноволосый друг похудел, осунулся. Совсем не тот уверенный в себе герой, с которым он выехал из ворот постоялого двора.

— Если бы... — проговорил Олег. Глаза его сухо блестели, он пугливо втягивал голову в плечи. — Вон то, справа, всего лишь конский табун, гонят на продажу... Потому и медленно, чтобы все кони смотрелись хорошо... А вон там за нами идет большой отряд.

Именно за нами?

Олег буркнул:

— Я в состоянии отличить одно облако пыли от другого. Хуже то, что нам никак не оторваться. Их как будто кто-то направляет...

Скиф вскинул голову. Безбрежная синь неба, крохотное облачко, едва заметное пятнышко парящей птицы...

— Так вот почему тебя бросало то вправо, то влево? А не может за тобой следить колдун в облике, скажем, орла? Вон там что-то растопырило крылья... Или ждет, когда мы падем?

Олег даже не поднял головы. Взгляд его упирался в далекую черту между небом и землей. По лицу пролегли суровые складки, дорожная пыль припорошила брови но ветерок тут же сорвал, очистил, однако морщины на лбу стали еще глубже.

Скиф невольно пришпорил коня.

На ночь Олег завел их в непроходимую рощу. Скиф смотрел непонимающе, когда красноголовый мудрец отыскал ямку, углубил ее, только тогда разжег на ее дне костер. Да и тот совсем крохотный, словно они не двое крепких мужчин, а два испуганных таракана.

Скиф расседлывал коней, бурчал, что возится в полной темноте, огонь освещает только нижние ветки ближайшего дерева.

— Но зато погоня нас потеряла, — сообщил Олег.

— Если только за нами совы не смотрят, — ответил Скиф язвительно.

— Сплюнь, — посоветовал Олег. — Что ты там застрял? Без ужина останешься.

Скиф вынырнул из темноты, на щеке две царапины.

— Твоего черта не стал стреноживать, — сказал он. — Укусит еще... Или лягнет. У тебя не конь, а что-то непонятное. Ты даже не разогрел?

— Да какая разница? Мясо все равно останется мясом, а хлеб хлебом.

Ночью Скиф дергался, пальцы сжимали невидимую рукоять топора и, не отыскав, загребали горсти земли. Олег долго сидел у крохотного костра. Притихшие было насекомые затрещали в траве песенки, над головой иногда вскрикивала спросонья птица. Даже под ногами он чувствовал некое движение, словно очень крупный крот продвигался через толщу земли.

Он всегда завидовал Мраку с его чуткостью и Таргитаю с его чувствительностью, сам же толстокожее толстокожих, но сейчас даже под его толстой шкурой все чувства просто кричат об опасности.

От погони оторваться не удалось. Напротив, она все ближе.

Отдохнувшие за ночь кони шли галопом. Когда над головой перестало мелькать зеленое, на землю пал яркий свет, впереди побежали две тени. Солнце только поднялось, и тени неслись длинные, с угловатыми плечами и лохматыми головами.

Олег посматривал в небо, отвечал невпопад. Скиф тоже несколько раз посмотрел вверх, крикнул сердито:

— Мы загоним коней!

Хочешь, чтобы загнали нас?

Скиф в панике огляделся:

— Погоня? Где? Олег оскалил зубы, его конь прибавил ходу и начал уходить вперед. И только тут Скиф увидел, что проклятое облако пыли, что преследовало их уже который день, совсем близко, но теперь не позади, а слева. Словно старается отжать их в сторону или же успеть забежать вперед.

Олег на скаку бросал по сторонам отчаянные взгляды. На плоской, как стол, равнине ни гор, ни просто отдельных скал. Для обороны подошла бы и россыпь огромных камней, что невесть откуда берутся в степях. Раньше он часто дивился, откуда взялись эти исполинские камни, гладкие, как будто окаменевшие яйца гигантских кур размером с горы. Похожие камешки он видел по берегам морей, но там намного мельче, к тому же где здесь море, волны, приливы?.. Да и где горы, с которых скатились эти камни?.. Только бескрайняя степь во все стороны да редкие рощи выживших деревьев.

Он шумно вздохнул, заставил себя думать только о погоне. Мелькнула мысль, что раньше замирал от ужаса, теперь же до того привык получать удары и раздавать зуботычины, что уже как-то все само собой, обыденно, не нарушая привычного и мучительного хода мыслей. А цепенеет от ужаса только при соприкосновении с неведомой опасностью... Но таких случаев с каждым прожитым годом все меньше.

Ветер уже не только трепал волосы, но свистел и ревел в ушах. Конь мчался все еще как гигантский стриж, что на лету почти задевает землю, только с морды вет-ром уже срывало клочья пены.

Скиф отстал, его конь несся из последних сил. Скиф нахлестывал его беспощадно, но конь уже храпел, глаза дикие, безумные от изнеможения.

Олег придержал коня, а

когда Скиф поравнялся, Олег прокричал:

— Вот за этой рощей... овражек!.. Я поскачу прямо, а ты давай вдоль рощи, а потом в овраг!

— Зачем? — крикнул Скиф.

— У тебя конь вот-вот падет! Я уведу погоню. Встретимся... если вдоль берега, там река, завтра вступишь на дорогу, по которой прямиком в земли Гелона! На перекрестке должна быть корчма... Жди меня там!

Он начал придерживать коня. В двух десятках шагов слева земля полого понижается, овражек уже старый, зарос высокой сочной травой, там кустарник и даже мелкий лесок. Некоторое время вершинки еще высовываются из-за края, потом исчезают. Этот овражек, судя по местности, тянется почти до горизонта.

Скиф оглянулся, снова посмотрел на Олега. В глазах молодого героя был стыд, что его опекают, и страх, что его бегство могут посчитать трусостью.

Он прокричал с беспокойством:

— А ты? Уверен, что сумеешь уйти?

— Ты же видишь моего коня?

— Вижу, — ответил Скиф рассерженно.

Он дернул повод, едва не оторвав коню голову, тот взвизгнул, но с облегчением пошел вниз. Зеленые заросли расступились, как зеленая тина. Конь и всадник утонули почти без звука. Олег послал своего зверя дальше легкой рысью, все в том же направлении, и почти сразу из-за леса вынырнула погоня. Олег даже обеспокоенно оглянулся, но черная голова уже не мелькает среди зеленых веток, а так никто не определит: один он убегает или по-прежнему их двое — мелкий лесок открывал убегающих только на короткие мгновения.

И все-таки он устал, а зной и липкий едкий пот с прилипающей пылью довели до бешенства. Когда грязные струйки пота текут в глаза, когда все тело зудит и чешется, не до высоких углубленных мыслей. Любой мудрец, сказал он себе, оправдываясь, будет искать, как самый грубый простолюдин, кого бы пнуть, на ком сорвать злость.

Встречный ветер уж не раздирает рот, всего лишь ласково треплет волосы и конскую гриву. Что значит, не в бешеном галопе, а на рысях, дает возможность догнать его, усталого, испуганного, уже даже не мечтающего уйти, но все же убегающего, как бежит от беды всякое испуганное нерассуждающее животное.

Он уже слышал грохот копыт за спиной, но не оборачивался. Шум, выкрики, конский храп — все это дает возможность оценивать расстояние не хуже, чем глазами. И он продолжал гнать коня все дальше и дальше, уже через голую степь, когда, наконец, инстинкт подсказал, что ближе подпускать опасно.

Правая рука цапнула лук, левая — стрелу. Он обернулся и, почти не целясь, быстро натянул тетиву и отпустил кончик стрелы. Губы почти сами по себе произнесли заклинание, но еще не договорил, как почувствовал, что теперь это просто слова, просто звуки, уже потерявшие силу.

Конь продолжал мчаться прежней рысью. Ногами Олег управлял так же, как поводом, пальцы быстро-быстро выхватывали стрелы, тетива звонко щелкала по кожаной рукавице, а стрелы исчезали из рук...

Конь остановился, бока тяжело вздувались, он всхрапывал и очумело тряс головой. Олег все так же хладнокровно выпускал стрелу за стрелой.

Два передних всадника, пораженные умело и жестоко, свалились с седел, а третий ухитрился так дернуть повод, что рухнул вместе с конем. Еще двое тут же наткнулись на живую преграду и упали, а еще трое влетели в это месиво из кричащего мяса, бьющих в воздух копыт, выползающих людей с разбитыми в кровь лицами, сломанными руками и добавили убитых и покалеченных.

Он быстро выпустил еще пять стрел, четверо зашатались в седлах, а у пятого лишь сорвало платок с головы. Из пыли выскочил человек с ошалелыми глазами, поднял за повод коня и вскочил на конскую спину в одно движение. Он еще не успел выхватить меч и броситься на дерзкую дичь, как Олег, угадав его намерение, пробил ему стрелой грудь с такой силой, что наконечник высунулся между лопаток.

Задние всадники, преодолев растерянность, закричали, несколько человек выхватили мечи, другие схватились за луки.

Олег тут же послал коня вскачь. Две стрелы догнали на излете, одна бессильно ткнулась в толстую шкуру волчовки, другая вовсе клюнула в седло и свалилась, не в силах даже воткнуться.

Снова за спиной грохот копыт, озлобленные крики. Он коротко обернулся. Теперь там двенадцать всадников, вполовину меньше. Но будут осторожнее, так близко не подпустят...

Он наложил на тетиву стрелу, выждал. Когда грохот стал настигать, обернулся и быстро выстрелил. В мгновение ока успел охватить взглядом всю картину, понял, что все оценил верно.

Они неслись уже цепью, у пятерых в руках луки. Его стрела ударила в горло среднему, вторая угодила соседу, после чего колени сдавили коню бока, тот наддал, медленно отрываясь от погони.

Когда он оглянулся снова, то с луками в руках за ним неслись только трое. Значит, остальные с седла стрелять не умеют, это хорошо. Он не самый лучший на свете лучник, а когда можно избежать опасности, ее избегать надо.

Похоже, они не поняли, зачем он остановил коня. Неслись в слепой ярости, горя мщением, и его три стрелы поразили их без труда. Конь тут же понесся вскачь, уходя от сверкающих мечей.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать