Жанр: Научная Фантастика » Евгений Нестеренко » Тень ведьмы (страница 22)


- Забавно, забавно! - маркиз рассмеялся. - То есть вы хотите сказать, что в обществе зайцев волк всегда будет безнравственным, и точно так же заяц - в обществе волков.

- Если вам больше по душе аналогии с животными, то можно сказать и так, согласилась графиня.

- А как насчет самоотверженности? - спросил герцог.

- Самоотверженность - это действительно вещь мифическая. Пренебрежение собственными выгодами в интересах других принципиально невозможно. Это просто пренебрежение явными выгодами в расчете на выгоды тайные. Когда я вижу проявление самоотверженности, я всегда задумываюсь, какие тайные причины могли ее вызвать. Миф же о самоотверженности возник из-за людской глупости, точнее, из-за неумения тайные выгоды разгадать. Самоотверженность на самом деле всегда таит в себе возможную опасность. Из-за этого я не люблю самоотверженных людей.

- Хорошо, что я не принадлежу к их числу, - шутливо протянул маркиз. - Что у нас осталось? Честность?

- Да, честность.

Графиня задумалась.

- Честность - это, пожалуй, единственное, что я уважаю в людях. Честность упрощает нам жизнь. Животные, например, не могут притворяться или лгать, это чисто человеческая привилегия. В той самой природе, которой вы, маркиз, восхищаетесь, всегда известно, кто тебе враг, а кто друг. Человек же может расточать перед вами любезности, а сам за спиной точить кинжал. И только глупые люди не могут оценить всех достоинств честности.

- Почему так?

- Потому что люди не любят правды. Иногда даже ненавидят. Я считаю, что всегда нужно прямо говорить дураку, что он дурак, а подлецу - что он подлец. По крайней мере, это может дать ему шанс исправиться. Дурак, которому все из желания угодить твердят, что он умен, сам начинает в это верить. Но, желая угодить, они делают ему большее зло, поскольку отнимают трезвость суждений.

- Можно подумать, что вы сами никогда не лжете... - сказал маркиз.

- Никогда. Если я не хочу чего-либо говорить, то я, возможно, промолчу, но лгать не стану. Ложь - это суррогат жизни. Иногда она может даже заменить саму жизнь, но ложь всегда является признаком слабости. Там, где человек бессилен, он призывает на помощь ложь. Поэтому ложь, иллюзии, самообман - явные признаки вырождения.

- Но ведь иллюзии помогают выжить, - возразил маркиз.

- Иллюзии помогают выжить слабым. Сильным они только мешают, расслабляя волю, - ответила графиня, с неопределенной улыбкой.

- Мне кажется, вы забываете о другой роли иллюзий, - в голосе герцога послышалось волнение, - ведь они делают мир лучше. Иллюзия может дать человеку совершенство, которого в реальной жизни не бывает.

- Так ведь от этого реальный мир не изменится, правда?

- Но изменится сам человек! - Да ничуть он не изменится, - презрительно ответила графиня. - Он только будет все чаще и чаще погружаться в свой выдуманный мир, забывая реальность. Человек же сильный, лишенный иллюзорных надежд, будет менять именно реальный мир, будет менять то, что его не устраивает.

- В таком случае ваш "сильный человек" будет выступать против властей, сказал маркиз и допил вино. - Власти не любят, когда кто-то меняет положение вещей.

- А сильный человек всегда выступает против властей. Государство было придумано именно слабыми - объединившись, им легче было выжить. Сильному государство не нужно, оно лишь мешает ему. У него два выхода - либо победить власть, либо примкнуть к ней, что, в сущности, одно и то же.

- Вы, графиня, наверное, относите себя к сильным? - с кривой улыбкой спросил маркиз.

- Возможно, - произнесла графиня, уставив на маркиза тяжелый взгляд. - А вы себя таковым не считаете?

Маркиз театрально вздохнул.

- Видите ли, графиня, я по природе человек сильный, но, как бы это поточнее... слабохарактерный. Уж очень я падок на "земные блага". А на философствования у меня как-то не остается ни времени, ни желания. Нет, я не отрицаю, иногда бывает приятно поболтать о том, о сем в хорошей компании, но мне кажется, что в реальной жизни всем этим принципам, всем этим рассуждениям не место. Большинство людей прекрасно обходится и без этого...

- Да, вот тут я с вами согласна, - прищурилась графиня, - большинство действительно не задумывается об этом. Я подчеркиваю - именно не задумывается. Они руководствуются лишь внутренним чутьем, которое заменяет им интеллект. Но разум дан человеку для того, чтобы им пользоваться. - И между тем, графиня, именно разум, как ни странно, толкает человека на изобретение абсурдных, противоестественных и безумных вещей, заставляет совершать воистину дикие поступки. Разнузданная фантазия страшнее войны.

Графиня пристально посмотрела на маркиза.

Герцог молчал, с интересом наблюдая за дискуссией.

- И тем не менее, она руководит прогрессом, - сказала графиня. - В еще большей мере - искусством. Многие плоды человеческой фантазии казались безумными, но со временем их признавали гениальными и начинали всячески развивать их и подражать им. Где граница между безумием и гениальностью? Между извращением и мудростью? Кому дано об этом судить?

- Судить, конечно, потомкам - с высоты веков взгляд более ясный. Но жить-то во всем этом нам...

Графиня не отвечала.

- Валерия, а как вы объясняете происхождение искусства? - спросил герцог. - Хотелось бы услышать ваше мнение по этому вопросу, - добавил он.

Графиня улыбнулась.

- Искусство остается одной из самых больших загадок человечества, сказала она протяжно. - Ибо непонятны

причины не только его происхождения, но и причины его популярности. Человек обладает врожденной любовью к прекрасному, но вот понятия о прекрасном могут довольно сильно варьировать. А какой именно вид искусства вы имеете в виду, Владимир?

- Предположим, живопись.

- Живопись проще всего объяснить. В принципе. Человек увидел великолепный природный пейзаж и решил его повторить, дабы иметь пред собою в наличии постоянно. Зрители его работы получают удовольствие от созерцания данного пейзажа. Неясными остаются лишь истоки этого чувства - чувства наслаждения прекрасным. Возможно, они кроются во врожденном человеческом стремлении к исследованию окружающего мира.

- А что вы скажете о литературе? - присоединился к герцогу маркиз.

- Вы, конечно, имеете в виду художественную литературу, - уточнила графиня. Потому как цели литературы научной вполне ясны. Истоки художественной литературы - в обычном повествовании. Людям нравится слушать интересные истории. Книга же превосходит по возможностям живого рассказчика, являясь доступной всем, и даже после смерти автора. К этой же категории можно отнести и театральное искусство, только там рассказ иллюстрируется более наглядно. Вот чего я действительно не могу объяснить, так это музыки... Что человек извлекает из хаотичного набора звуков - непонятно.

- Может быть музыка каким-то образом сродни речи - определенные звуки напоминают нам слова, интонации, - осторожно предположил герцог.

- Зачем же повторять то, что уже есть? - возразил маркиз.

- А что, если музыка не повторяет, а заменяет? Что, если мелодии говорят нам о том, чего нельзя высказать словами, заменяют те слова, которых нет в человеческой речи? - тихо сказала графиня.

- Однако, чтобы эти тайные слова слышать, нужно иметь по меньшей мере музыкальный слух, - произнес маркиз. - Я же, к сожалению, сего дарования лишен и вынужден пользоваться обычной речью. А говоря обычной речью, - добавил он, хитро подмигивая, - следует, пожалуй, признать, что наступает время обеда...

Распрощавшись с хозяйкой, вельможи покидали замок.

- Надо же, проделать две сотни верст для того, чтобы встретиться с очередной занудой, - недовольно ворчал маркиз.

- Вы неправы, маркиз, - не соглашался герцог. - Графиня Валерия очень интересная женщина...

Маркиз бросил на него косой взгляд.

- Да бросьте вы! Я сыт этими заумными разговорами по горло. При дворе такие разговоры становятся хорошим тоном, с поощрения короля. Я думал, хоть здесь, в провинции, люди попроще, так нет же.

- Ну что значит "попроще"? - возмутился герцог. - Общайтесь тогда с купцами, или крестьянами - они действительно "попроще"!

Маркиз хохотнул.

- Ну, я вижу, вы - лицо предвзятое. Что, - неприятно подмигивая, спросил маркиз, - запала вам графиня-то в душу? Впрочем, она очень даже ничего...

- Я тоже так считаю, - сухо сказал герцог.

Они подходили к воротам, где их ждали провожатые с лошадьми наготове. Тут маркиз заметил симпатичную девушку в одежде фрейлины.

- Эй, красавица, поди-ка сюда! - позвал он ее, останавливаясь.

Девушка робко подошла.

Маркиз взял ее рукой за подбородок, повернул.

- А хороша! - воскликнул он.

Девушка вырвалась.

- Что вам угодно, сударь? - спросила она, стараясь придать голосу холодное звучание.

Но в голосе все равно сквозили легкая обида и испуг.

- Мне угодно пригласить тебя в гости, - сказал маркиз, оскалясь.

- Нам нельзя покидать замок, - девушка собралась уйти.

- Стой, ты куда! - маркиз схватил ее за руку, - не спеши...

- Маркиз, да бросьте вы ее! - не выдержал герцог. - Она из фрейлин графини, здесь у них школа.

- Ничего, мы позаимствуем у графини одну фрейлину. На время, для личных нужд... - сказал маркиз, потянув девушку за собой.

Девушка уперлась, пытаясь высвободиться.

- Сударь, пустите! - вскричала она.

- Ну чего шумишь? - мягко произнес маркиз. - Завтра мы тебя привезем в целости-сохранности. В карете привезем... Десять золотых, а? - неожиданно предложил он. - Ну, двадцать! Идем, говорю!

- Сударь, я сейчас закричу, - предупредила девушка отчаянно.

- Вот дура! - прикусил губу маркиз. - Глеб, иди сюда! - позвал он своего оруженосца.

Глеб - плечистый, рослый, подошел, взял девушку за руку.

- Пойдем, красавица, - проговорил басом.

В это время на шум вышел графский дружинник.

- Что такое? - спросил он, хмурясь.

Подошел к Глебу, встал между ним и девушкой.

- Пусти ее, - протянул руку.

- Да пошел ты! - Глеб с силой оттолкнул дружинника.

Тот покачнулся и упал. Но тут же вскочил и выдернул из ножен меч.

- Назад! - резкий хриплый голос заставил дружинника замереть.

От замка к ним шел худой человек в белой просторной рубахе и темных штанах, заправленных в высокие сапоги. На поясе с обеих сторон у него висело по кинжалу в ножнах. Коротко подстриженный, он в то же время имел обширную черную бороду. Подойдя ближе, он остановился и злым взглядом обвел маркиза, его оруженосца и герцога.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать