Жанр: Научная Фантастика » Дэймон Найт » Аналоги (страница 1)


Найт Дэймон

Аналоги

Даймон НАЙТ

АНАЛОГИ

На кушетке ворочался и стонал человек. Его голова но самые уши была покрыта яйцевидным каркасом. Из каркаса выходил пучок изолированных проводов, стекавшихся к контрольному табло, установленному в ногах у пациента.

- Нет! - закричал мужчина. Потом забормотал, расслабленные черты его лица исказились словно от боли. II вдруг: - Я и не думал!.. Нет! Не надо!.. - Он снова забормотал, попытался привстать, жилы у него на шее сильно напряглись. Ну пожалуйста, - произнес он, и слезы показались у него на глазах.

Врач склонился к мужчине и шепнул ему на ухо:

- Вы сейчас уйдете отсюда. Вот сию минуту.

Пациент успокоился и, казалось, заснул. Слеза медленно ползла по его щеке. Врач встал, кивнул технику, стоявшему у табло, и тот, прежде чем вырубить ток, медленно перевел стрелку реостата на ноль.

- Хорошая работа, - тихо сказал врач.

Техник кивнул, улыбнулся, почесал себе ногу.

- Испытаем его завтра?

Врач писал.

- Ага. Пока что не скажу наверняка, но, кажется, мы из него сделаем человека.

...Олфи Странк сидел на жестком стуле и, уставившись в пустоту, ритмично зевал. Брат пошел в холл за доктором и велел ему подождать здесь. Олфи казалось, что с тех пор прошла целая вечность.

Было тихо. Комната, где он сидел, почти совсем пуста: его стул да два столика с книгами. В комнате две двери: одна, открытая, вела наружу, в длинный пустой коридор. Там, в коридоре, тоже двери, но все они закрыты, а в самом конце коридора находилась еще одна дверь, теперь тоже закрытая. Но Олфи помнил, как громко она захлопнулась за его братом.

Олфи чувствовал себя в полном одиночестве и в безопасности. Вдруг он уловил какой-то звук, какое-то движение, и мгновенно, не размышляя, повернулся в ту сторону. За второй, чуть приоткрытой теперь дверью его комнаты кто-то был.

Очень осторожно он встал. На цыпочках подошел к двери, заглянул в щель. Сначала он ничего не увидел. Но опять раздались шаги, и перед ним промелькнула голубая юбка в цветочках, белый свитер и блестящие рыжие волосы.

Тихонечко Олфи расширил щелку. Сердце ускорило свой бег, стало трудно дышать. Он видел уже всю комнату. Кушетку. Девочка теперь сидела на ней, держа на коленях раскрытую книгу. Девочка была одна.

Толстыми короткими пальцами Олфи ощупал карманы. Напрасно: они забрали нож. Случайно бросил взгляд на столик возле двери - и затаил дыхание. На столике среди книг лежал его собственный, с лезвием на пружине нож. Это, наверное, брат его там оставил. Олфи потянулся к ножу.

Гневный женский голос произнес:

- Олфи!

Он в страхе обернулся и увидел свою мать. Ростом вдвое выше него, она гневно сверлила Олфи. Своими серыми глазами - каждая черточка ее лица такая четкая, такая настоящая, что он ни на секунду не усомнился, что это его мать, хотя знал, что вот уже пятнадцать лет, как она умерла.

В руке она держала ивовый прут.

- Ты мерзкий, мерзкий, мерзкий! - выкрикнула она. - В тебя вселился дьявол, сейчас я его из тебя выбью.

- Ну пожалуйста, не надо! - умолял Олфи, и слезы хлынули у него из глаз.

- Оставь в покое эту девчонку, - говорила она, наступая. - Оставь навсегда и не вздумай сюда возвращаться. Катись!..

Олфи повернулся и побежал, сдерживая рыдания.

В соседней комнате девочка продолжала читать книгу, пока чей-то голос не сказал:

- Все, Рита, молодец.

Она оторвалась от книги.

- Как все? Я же ничего не сделала.

- Сделала все, что нужно, - возразил голос. - Когда-нибудь мы тебе объясним. А пока пойдем.

Она встала, улыбнулась и - исчезла, потому что находилась девочка этажом ниже, а здесь было только отражение, созданное целой системой зеркал. Две комнаты, где Олфи проходил испытание, были пусты. Ушла мать Олфи - ушла в глубину его сознания, и ему теперь никуда не сбежать от нее, никуда и никогда, всю его жизнь.

...Длинные, холодные пальцы Мартина сжимали круглый как шар бокал. Бокал чуть-чуть поддавался давлению пальцев, и жидкость в нем едва заметно поднималась. Мартин знал, что разбить такой бокал невозможно. У бокала не было острых краев и, если запустить им в кого-нибудь, он не поранит. Казалось, он был символом... впрочем, в той же степени, как и все, что окружало Мартина.

Музыка пятипрограммного автомата в другом конце зала была как этот бокал приглушенная, мягкая, расслабляющая. И виски было крепостью всего в двадцать четыре с половиной градуса.

Но люди все еще ухитряются напиваться, люди все еще инстинктивно тянутся к оружию для того, чтобы убивать.

И - хотите верьте, хотите нет - есть вещи похуже. Например, лечение порой оказывается пострашнее самой болезни. "Операция прошла успешно, но больной скончался, - думал Мартин. - Мы знахари. Мы еще этого не понимаем - многие из нас, - но мы-таки знахари, это точно. Врач, который только лечит, это слуга, но врач, в руках которого жизнь и смерть пациента, - тиран".

Маленький темноволосый человек, сидевший с Мартином за одним столиком, способен это понять. Так, по крайней мере, думал Мартин. Пусть это не профессиональный политик, но в его руках колоссальная сила - сила миллионов читателей, сила друзей из правительственных кругов, - и ведь это истинный борец за демократию...

Маленький партнер поднял бокал, привычным движением опрокинул его себе в рот. Мягкий розовый свет бара заставил засверкать его очки.

- Так о чем вы, мистер Мартин? - спросил он.

Говорил он торопливо, скрипучим голосом, но дружелюбно. Этот человек жил напряженной жизнью, но приспособился к ней, как пловец приспосабливается к быстрому течению.

Мартин поднял свой бокал медленным размеренным движением.

- Прежде всего мне хочется кое-что объяснить вам - сказал он - Я попросил вас прийти именно сюда по двум причинам. Во-первых, сюда мало кто ходит, а осторожность, как вы скоро сами убедитесь, нам не помешает. Во вторых, здесь каждый вечер бывает один человек. Его зовут Эрнст Фокс, он работает машинистом. Посмотрите, вон он у бара. Крупный мужчина в клетчатой рубашке. Видите?

Темноволосый не поворачивая головы, бросил взгляд в сторону бара.

- Ага. Пьяная морда, да?

- Да. Вы правы, он очень пьян. Думаю, ему теперь немного надо...

- Почему они продолжают обслуживать его?

- Это вы скоро поймете, - сказал Мартин.

Эрнст Фокс слегка раскачивался на высоком табурете. Его лицо, лицо холерика пылало, а ноздри заметно раздувались при каждом вздохе. Суженными глазами он уставился на соседа слева - маленького сморщенного человечка в шляпе с загнутыми полями.

Фокс неожиданно выпрямился и грохнул бокалом по стойке - напиток разлился по прилавку сверкающим потоком. Сморщенный человечек с тревогой посмотрел на Фокса. Тот уже занес над ним свой кулак.

Гость Мартина повернулся на стуле. Он с интересом наблюдал за разыгрывающейся сценой.

Лицо скандалиста вдруг резко изменилось, как если бы кто-то в этот момент обратился к нему. Он уставился на невидимого собеседника и медленно опустил занесенную для удара руку. Он явно к чему-то прислушивался. Постепенно гнев на его лице сменило мрачное выражение. Он что-то пробурчал, посмотрев вниз на свои руки. Снова слушал. Потом повернулся к сморщенному человеку, что-то сказал, по видимому, извинился, человек махнул рукой, как бы успокаивая "Да стоит ли об этом говорить!" - и потянулся к рюмке.

Скандалист рухнул обратно на свой табурет, тряся головой и что-то бормоча себе под нос. Потом собрал со стойки причитавшуюся ему мелочь, встал и вышел из бара.

Тут же его место занял кто-то другой.

- Каждый вечер как часы, происходит одно и то же, - объяснил Мартин - Вот почему его продолжают обслуживать. Никогда и никому не причинил он вреда и не причинит. Удобный завсегдатай.

Темноволосый выжидающе смотрел на Мартина.

- В чем же дело?

- Полтора года назад - сказал Мартин, - его не пустили бы ни в одно заведение города, а в полиции на него было "дело" толщиной в вашу руку Он любил выпить, а напившись, лез в драку. И это уж обязательно. Излечить его не удавалось, хотя, бывает, излечивают. Он и сейчас неизлечим. Он и сейчас такой же, как прежде - маньяк, убийца. Но теперь он безопасен.

- Понятно, доктор, я слежу за вашей мыслью. Как это получилось?

- У него теперь есть аналог, - продолжал Мартин - Если говорить всерьез, сейчас он еще менее разумен, чем прежде. У него слуховые, зрительные и осязательные галлюцинации - полный совершенный набор. Этого достаточно, чтобы засадить его в сумасшедший дом, а сумасшедшие дома, как известно, и так переполнены. Но, видите ли, это галлюцинации, полезные для общества. Они вызваны умышленно. Теперь больной может оставаться членом общества именно потому, что они у него есть.

Гость был заинтересован и возбужден. Он спросил:

- Что же он видит, что слышит?

- Никто кроме него самого этого не знает. Может быть, полицейского, может быть, мать, такую, какой он помнит ее с детства. Словом, того, кого он боится, чей авторитет признает. У подкорки есть свои способы создания таких ложных образов, мы только стимулируем подсознание - остальное делает оно само. Мы считаем, что обычно достаточно предупредить преступника. Одного слова нужного человека в нужный момент, как правило, хватает, чтобы в девяноста девяти случаях из ста не допустить преступления. Но бывают обстоятельства, когда аналогу приходится воздействовать на своего подопечного и чисто физически - в той мере, в какой необходимо. Так-то вот. Галлюцинации, как я уже говорил, совершенные.

- Неплохая идея.

- Идея очень хорошая, если ее правильно использовать. Мы надеемся, что лет через десять число больных в психиатрических лечебницах сократится настолько, что оставшихся можно будет более эффективно и учить и лечить.

- Значит, вы создаете для каждого нечто вроде личного ангела-хранителя?

- Абсолютно точно, - согласился Мартин. - Аналог всегда соответствует пациенту, потому что он сам и есть этот пациент, во всяком случае, частичка его сознания, выступающая против его намерений, когда они вступают в противоречие с предписанными нами запретами. Даже исключительно интеллектуальный человек не может противостоять своему аналогу, потому что его аналог не менее интеллектуален, чем он. Вам не поможет, если вы знаете о проведенном с вами курсе лечения, хотя обычно больной о нем и не догадывается. Для пациента его аналог - реально существующая личность, в действительности же аналог даже совершеннее, у него нет недостатков, свойственных реальным личностям.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать