Жанр: Разное » Елена Навроцкая » Бегущие сквозь грозу (страница 15)


- Эй, герои-любовники! Кажется, мы их засекли... - Митя выглядывал из своего водительского закутка. - Где? - Алекс, отпустив Карину, бросился к нему. - Вон, видишь, - светлый мерседес. Телепат утверждает, что это они. Александр облизал пересохшие от волнения губы. - Держись на расстоянии. Если они заподозрят, что мы за ними следим, то... То аташке не поздоровится. - Они нас обязательно заметят! Тут, кроме нас и их никого нет. Все будто вымерли, а тачка наша еще и не шибко маленькая, маячит дай Боже! - Тогда отстаем, скроемся из виду настолько, насколько может контактировать с ними Квато. - Он старается, поверь мне! - Верю. Алекс обернулся и поймал насмешливый взгляд Карины. Она кормила ребенка грудью. Зрелище не из приятных, но андрогин, сдерживая желание зажмуриться, сел рядом. - Тебе лучше не видеть этого, - Карина криво улыбнулась, Алекс вдруг подумал, что она испытывает предел его терпимости. - Все нормально. Он же твой сын. А его это не отвлекает? - ет. Его умственные способности не зависят от физических потребностей. - Понятно, - Алекс встал и поправил сползшего от тряски набок Валю. Парень, как обычно, смотрел сквозь предметы своим отрешенным взглядом, неподвижный и тихий. Живой манекен. Ветерок, сквозивший из приоткрытого окна, трепал его длинные светлые волосы, и это придавало хоть какое-то движение застывшей статуе. Алекс машинально убрал прядь с бледного лица Вальки. Глаза, обрамленные острыми, как стрелы, ресницами, у него были такие же серые, как и у сестры, но внешние черты отличались большей утонченностью. аверное, он имел большой успех у девушек, пока не случилась беда... - Я хотела обрить его налысо, но не смогла. - Карина уложила Квато на соседнее сиденье, оправила на себе свитер. Алекс кивнул. - Понимаю. - Проверь, он там... нормальный? - Карина пристально проследила за действиями Александра. Какого черта она его экзаменует! Он бы и без того, если бы попросила, посмотрел. - ормальный. - Он редко... хмм... ходит в туалет. о помногу. - Как же ты все это выносишь? - Алекс снова подсел к Карине, взял ее тонкую руку в свою. - Ты, наверное, думаешь, что я только и жду, чтобы он поскорее концы отдал? - ичего такого я не думаю! Как ты любишь извращать слова! - Извини. - Девушка нахмурилась. - Может, это и хорошо было бы, если б он сразу умер. о я ведь эгоистка. Я люблю брата, и не хочу, чтобы он умирал. Пусть такой, но живой. Я что угодно для него сделаю - убью даже, лишь бы Валька подольше жил! В душе Алекса вдруг поднялась такая волна нежности, какой он еще никогда и ни к кому не испытывал. Именно нежности, а не жалости или страсти. Он подался вперед и, не отдавая себе отчета, принялся целовать девушку, в губы, в глаза, в лоб... Ему хотелось сказать ей чтонибудь очень приятное, но язык будто к небу присох. Карина поняла его жест по-своему, вцепилась пальцами в грудь. - Пойдем на заднее сиденье? Да, этот ребенок неисправим... - Мы отстали, - крикнул Митя, - но Квато их ведет... Вернее, они уже остановились. Алекс поднял лицо, посмотрел в окно. Он знал этот район. Вскоре покажется поворот, а за ним находится городская больница в окружении соснового парка. - Больница? - Именно! Какого черта они привезли ее сюда? В груди похолодело от неприятной мысли, а воображение услужливо нарисовало тошнотворную картинку... еподалеку от больницы стояла церковь, возле нее Алекс и Карина решили высадиться и отправиться на разведку; Митя, тем временем, спрячет автобус в парке и будет ждать их возвращения, задача телепата - диктовать координаты местонахождения аташи. Алекс не хотел, чтобы Карина шла с ним, но эта упрямая девица заладила: я не отпущу тебя одного, пойдем вместе. Александр проверил боеготовность оружия - почти никакой готовности. Его охотничье ружье с несколькими патронами, и "макаров" с одним, для себя, как выразилась Карина. Правда, еще оставался обрез, который Митя забрал у покойной девушки-инквизитора, но он оказался пустым. - Ты стрелял из него? - спросил Алекс у заразного. Он помотал головой. Карина, стиснув зубы, простонала. - Господи... Зачем?.. Алекс молча взял ружье, подал пистолет Карине. Она погладила брата по голове, прошла вслед за Алексом мимо Квато, даже не обернувшись в сторону сына.

Девушка и андрогин шагали по дорожке к церкви. Ее позолоченные купола отбрасывали праздничное пятно на агонизирующий город; и становилось как-то не по себе, взирая на такое благостное величие, имеющее своей основой показать людишкам, что они и гроша ломаного не стоят, и пусть хоть все человечество вымрет, доказательство божьей незыблемости будет стоять вечно. Законное обиталище Бога среди людей всегда действовало на Карину угнетающе и вызывало дикое желание убежать подальше, скрыться и забыть нечто, рождающее в душе непередаваемый ужас. Скорее всего, она была одержимой, так сказали бы многие верующие. Возле входа в церковь толпился народ. В основном незаразившиеся женщины и их дети - носители монстра; они крестились, почти все Лукас неприлично громко засмеялся, а Георгий Петрович опять уселся рядом, невозмутимо разглядывая меня. - Клятва Гиппократа? Ты о чем, девочка? Почему мою совесть должен мучить какой-то рассыпавшийся в прах покойник? Да уж, подобных тебе вряд ли что-либо растревожит! - е легче ли найти источник инфекции и уничтожить его? - ет времени на поиски, это дело тех самых правительственных организаций, пусть они обнаруживают причины и связи. аше дело - избавить город от уже заразившихся, причем не отлавливать их по одиночке, а искоренить сразу, в одно мгновение! - Биологическое оружие, - подсказал Лукас. - Оставь свои журналистские определения! - с досадой махнул рукой врач. - Я не журналист, я программист, - осторожно заметил парень, но Георгий Петрович, не обратив внимания на его замечание, продолжил: - икакое не оружие, просто радикальная чистка. Сжигание чумных напалмом. Большего идиотизма я отродясь не слышала. - Тогда стоит убить всех зараженных СПИДом и вообще... всех неизлечимо больных, зачем тратиться на поиски лекарства? - Девочка моя, неужели я об этом не думал? Думал. о дело даже не в них, а в тех,

кто позволяет существовать таким людям. Вирус гуманизма уже прочно засел в человеческом сознании. А настоящий гуманизм заключается не в этом, а в том, чтобы дать жить другим, наиболее полезным членам общества. О них надо заботиться, а не о тех, кому не повезло! Лелеять надо тех, кто приносит реальную пользу, а прочих, как раковую опухоль - под нож! И тогда мы сможем не беспокоиться о будущих поколениях! У меня уже не осталось никаких сомнений в его нормальности. - Вы - псих! - апротив, детка, все логично, я никогда еще так ясно не мыслил... - Он запнулся, наморщил лоб; сейчас врач выглядел весьма жалко, потом быстро, глотая слова, словно жизнь предоставила ему последнюю возможность высказаться, заговорил. - Я... я даже рад, что с этим городом, с этим мафиозным гнездом всех отвратительных человеческих пороков, случилось такое несчастье. Я близко соприкоснулся с несправедливостью, с наплевательским отношением к порядочным людям... я бился в закрытые двери, а когда они открывались, я зрил лишь мерзкие самодовольные ухмылки... Зачем мне сожалеть об умерших подонках, которые доставляли всем одни неприятности? Которые мешали жить мне и другим честным людям? - о заразились ведь и честные люди тоже? По мне такая фильтрация заболевших на честных и подонков являлась верхом цинизма, но с волками быть - по-волчьи выть. - Это, к сожалению, неизбежно. Поэтому надо как можно скорее выявить "лекарство" и пустить его в ход. Поэтому, красавица, ставшая чудовищем, ты будешь машиной, которую мы разберем по винтикам, но доберемся in medias res, до самой сути! Георгий Петрович встал, забрал пробирку, бросил Лукасу: - Я в лабораторию, а ты пригляди за этой... Я прикрыла глаза, испытывая страшную тошноту. Вот говорят, не бывает чистого черного и чистого белого. е бывает абсолютных зла и добра. у вот же оно, чистое зло, - родившееся в одночасье в обывательском разуме не без помощи зависти и злобы на собственную судьбу. Ты отчаялся найти выход из бытовой проблемы, а кругом жируют какие-то гады. Давить! Ты спокойно шел по улице, а тебя избили отморозки. В морду! Тебя предали. Мстить! Тебя морально уничтожили. Самоутверждаться! И неважно, что это будут другие люди, они ведь все одинаковые - подонки, у них нет ничего святого. Убивать, убивать, убивать до тех пор, пока Земля не наводнится кровью подлецов всех мастей и сословий. Убивать до тех пор, пока не останется никого, кроме тебя самого. И твоя кровь будет последним ручьем в этой бесконечной реке зла. Я перевела взгляд на Лукаса, рассеянно перебирающего какие-то предметы на столе. - у а тебе, красавчик, какая бабушка в трамвае наступила на больную мозоль? - Что? - он обернулся как-то потеряно взирая на мое беспомощное, скованное тело. - ет, я не такой чокнутый, как Жора. Значит, Жора. Так ласково называют нашего доктора Зло. - Я хочу выбраться из города, а Георгий Петрович - единственная моя надежда. - Вам не позволят! - Сенсационное открытие будет гарантией моей безопасности, глупышка! Или ты думаешь, что "повезло" только нашему городу? - Тебе не позволят, - повторила я, - вдруг тварь уже сидит в твоем теле, просто еще не проявилась? Он испуганно вскинул голову. - Они скорее сбросят на город атомную бомбу, чем выпустят отсюда кого-либо. е надо искать напалм против чумных, он уже существует. - Замолчи! Попробовать его уговорить, убедить, может, он не так безнадежен - отчаявшийся человек, готовый на все, лишь бы поскорее выбраться из ада. - апрасно ты пресмыкаешься перед этим... этим несчастным... Мы все тут заживо похоронены. Заразные, здоровые, добрые, злые, невинные, виновные... Все! Дело времени, чтобы оставшиеся превратились в тварей. Лукас танцующей походкой подошел ко мне, устроился рядом. - Ты не знаешь людей, дорогая! За то, чтобы обрести положение в нашем мире, они мать родную продадут, а уж выпустить джинна из лампы - вообще пара пустяков! Я знаю, о чем ты думаешь - о том, какие мы циничные уроды, о том, что потеряли всякую совесть и тому подобное дерьмо? Ты, наверное, ненавидишь нас? Я покачала головой. - Мне жаль вас. Он опять рассмеялся. - О-оо! Какая банальная отмазка для того, чтобы остаться чистенькой и не встать с нами на одну ступень! - Мне абсолютно все равно. Я просто хочу покоя, чтобы мне дали дожить отпущенное время. Лукас погладил ремень, которым была затянута моя нога, зло промолвил. - Ты меня не разжалобишь, тварь. Тут я согласен с Жорой, что монстров надо истреблять. "е стоит договариваться с чужим, просто убей его!" Помнишь? - Помню... - А вы - чужие, другие, не такие! Вы ничего не порождаете, кроме страха и отвращения! Все, что представляет даже малейшую угрозу для человечества, все н е п р а в и л ь н о е, должно быть уничтожено. Все, без исключения! ачни договариваться, и окажешься в руках неизвестно чего. Очень верно, что вас здесь заперли, бросили на произвол судьбы. Жаль только, что из-за таких, как вы, страдаем мы... - Кажется, тварь уже давно поселилась в тебе... - Когда кажется - креститься надо! Поняла? Отвернувшись к стене, я рассматривала трещину на кафеле и чуть пониже шершавый откол с гладкой поверхности, вокруг розоватые пятнышки - чья-то засохшая кровь. И кафель этот тоже неправильный, некачественный - содрать его, ломая ногти, и поставить другой - розовый, идеально ровный, сверкающий, радующий глаз. Как было бы хорошо, если бы все вокруг оказалось розовым и идеально ровным! И тогда не надо продираться сквозь толщи морали и слои этики. - Эй, ты жива?.. - Да... - связанное тело уже стало онемевать. - Развяжи меня, Лукас, мне плохо... - С какой стати? - Может быть, я тебя пожалею потом... - Ты что это, угрожать вздумала?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать