Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Сирены (страница 28)


— Однажды я позвонил домой маме — у нас не было телефона, и мы постоянно отмораживали яйца, стоя у автомата на углу квартала зимними вечерами, — и она сказала мне: «Сынок, твой отец вернулся. Просто заскочил, чтобы навестить нас. Он хочет повидаться с тобой и привез тебе рождественский подарок».

— Я побледнел как мертвец, поднялся в нашу квартиру и, даже не услышав вопрос Найджела: «Что случилось, старик?», вновь вышел, направляясь к матери.

— Я подождал на улице, пока эта скотина не выйдет из дома, и тогда молча врезал ему так, что сломал нос. Кровь начала хлестать из него, как из резанной свиньи. Зубы посыпались изо рта один за другим. Потом я еще пару раз изо всех сил пнул его ногой пониже живота. Найджелу с трудом удалось оттащить меня от него.

— В общем, представь себе такую картину. Мой папаша валяется на тротуаре, словно куча тряпок, весь в крови, с выбитыми зубами и все такое и стонет. Я, трясущийся от ярости, пытаюсь вырваться из рук Найджела, как вдруг он оттаскивает меня в сторону и вытаскивает пистолет — немецкий «парабеллум» — и целится в голову отца. Я едва успел схватить его за руку, прежде чем он нажал на курок. Бах!

— Осколки щебенки брызнули нам в лицо, и я сказал Найджелу: «Ты окончательно спятил? Ты ведь мог прикончить его». Он ответил мне: «Ну и что? Посмотри, что он сделал с тобой и твоей матерью!»

— Это было только оправдание. Боже, ему до смерти хотелось попробовать, но я понял в чем дело. — Крис взглянул на Дайну. — У него была более чем уважительная причина, по крайней мере я так считаю. Отец Найджела бросил его мать, не оставив ей ни пенни, и той пришлось работать всю жизнь, чтобы прокормить семью.

— Что же случилось с твоим отцом?

— Это довольно смешная история. Он признал мою правоту и убрался прочь, так что я никогда больше его не видел. Однако через пару недель мать как-то в разговоре сказала мне: «Я слышала, что возле нашего дома была драка. Это ты дрался с отцом?» «Он рассказал тебе?» — поинтересовался я. «Да нет, сынок, он не обмолвился ни словечком. Миссис Фэйтфул видела вас». Тогда я подумал про себя: вот это да! Старый пьянчуга не сказал ей ни слова. От этого известия у меня на душе даже как-то потеплело.

— А мать продолжала говорить: «Сынок, я думаю пришла пора узнать тебе все о твоем отце». Она рассказала мне, что он был моряк. Море звало его. Что ей было делать? Стоять у него на пути, мешая заниматься единственным ремеслом, которое он знал и которым мог зарабатывать себе на жизнь? На это она была неспособна, поверь мне. Однако, она сказала мне, что каждый месяц получает от него денежный перевод. Конечно, она не стала говорить ничего о его пьянстве — мне пришлось самому узнавать правду об этом.

— Ему было суждено утонуть в семьдесят семь лет неподалеку от мыса Доброй Надежды. Мать показывала мне письмо, написанное капитаном его корабля. Однажды в разгаре сильного шторма он спустился за борт в шлюпке, пытаясь спасти двух членов экипажа, но тут же сам исчез в волнах, «точно море похитило его», — как поэтично высказался в письме капитан. — Крис фыркнул. — Прямо-таки героем стал. — Он откинул голову и закрыл глаза. Некоторое время он сидел, не двигаясь, дыша ровно и глубоко, словно заснул, но затем нажал на маленький рычажок на пульте, и музыка вновь грянула из огромных колонок.

Дайна опустилась на кушетку и потеряла его из виду. Обхватив голову руками, она зажмурилась, чувствуя, как волны музыки ударяются о ее веки, будто лучи яркого света.

Точно издалека до нее донесся звук открывшейся двери. Кто-то вошел в комнату, и музыка стихла, сменившись шуршанием ленты.

— А, Крис, вот ты где.

Судя по голосу, это был не Пэт: тот как истинный южанин растягивал слова. Вошедший же глотал согласные и неясно произносил гласные звуки, что напоминало Дайне манеру говорить, типичную для жителей окрестностей Лос-Анджелеса.

— Могу ли я узнать, что здесь творится? — продолжал незнакомый Дайне человек. — Каждый день между вами, ленивыми негодяями, происходит новая ссора, которую мне приходится улаживать. — Раздалось щелканье зажигалки. — Крис, мне очень не хотелось бы повторяться, но видимо без этого не обойдешься. Если альбом не будет завершен через неделю, то мы отправимся в турне, не имея на руках ничего нового. Ты знаешь, что это означает? Даже без какого-нибудь завалящегося сингла...

— Иди ты куда подальше, Бенно. В конечном счете, это не будет иметь никакого значения.

— Вот тут ты как раз ошибаешься, дружище. Послушай, почему бы вам не заняться музыкой, а бизнес предоставить мне, а?

— В том-то и загвоздка, дружище. Музыки уже нет, остался один бизнес.

— О, Крис, ты просто убиваешь меня. Без правильного ведения дела группа уже разорилась бы. Вы спускаете деньги, прежде, чем заработаете их. Один бог знает, сколько всасывает твой ненасытный нос.

— Убирайся к черту! Я вовсе не трачу так много.

— Говорю тебе, Крис, альбом надо закончить.

— Разве ты не видишь, что он целиком висит на мне? Никто из них не готов к нему, разуй глаза. От меня ждут, что все будет сделано, в то время как Найджел палец о палец не ударяет, а Ян даже не хочет слушать мои новые вещи.

— Послушай, Крис...

— Нет, черт возьми, это ты, козел, послушай меня! Мне осточертело тащить группу на своем горбу. Мне надоело выполнять чужие обязанности. Зачем им беспокоиться? Они прекрасно знают, что все будет в порядке и без них.

— Что ты хочешь сказать?

— Я не желаю больше барахтаться в этом дерьме и хочу уйти из

группы.

— Понятно.

— "Понятно"? Что значит «понятно»?

— Я впервые слышу от тебя об этом. Что же мне еще сказать?

— Перестань. Я вижу тебя насквозь...

— Ты не можешь покинуть группу, Крис. У тебя есть определенные обязанности.

— Только не надо напоминать мне о моих возможностях, дружище!

— Я говорил о всех ребятах...

— Ты — тяжелый случай, Бенно. Просто поразительно. Тебе ведь глубоко наплевать на ребят, не так ли? Ну да. Тебя волнуют только доходы.

— Крис, «Хартбитс» сопутствовал успех в течение, м-м, семнадцати лет отнюдь не случайно. Даже ты должен признать это.

— Допустим.

— Все дело в музыке. Ребята живут ею. Ты стал отходить от того, гм, к чему все привыкли, и это приносит одни неприятности всем нам. Господи, я думаю не о себе. Мы превратились в проклятую индустрию. Судьбы многих людей зависят от успеха или неудачи очередного альбома. И вот я послушал несколько твоих собственных новых вещей, которые...

— Теперь мы, наконец, добрались до самого туманного вопроса, не так ли, дружище?

— Пэт ставил мне черновые записи...

— Моих песен...

— Я имею право услышать их. Ты забыл, черт возьми, кто я такой?

— Как я мог, Бенно.

— Так-то лучше.

— Музыка — это не твоего ума дело...

— Мое, когда мне кажется, что она может повлиять на...

— Кто тебе сказал, что ты — господь бог, чтобы судить?

— Вы — обнаглевшие негодяи, полагаете, что обладаете монополией на божественный престол или как? Определенные решения должны быть приняты. Затем-то я и пришел сюда.

— Да, и что касается музыки...

— Решения, касающиеся продолжения карьеры.

— Послушай, ты, ублюдок...

— И одно такое решение уже принято...

В контрольной комнате воцарилось молчание, и воздух вдруг стал густым и удушливым. Сердце Дайны тревожно забилось, словно птица, попавшая в силок.

— Что ты имеешь в виду, черт побери?

— То, о чем я только что говорил. Группа не позволит тебе порвать контракт.

— Группа?

— Видишь ли, по этому вопросу прошло голосование.

— Без меня? По чьей инициативе?

— Найджела и... моей. Это было необходимо. Надо было прояснить...

— Убирайся ко всем чертям, козел. Ты вызываешь у меня отвращение.

— Это ничего не решит.

— Прочь, Бенно. Сейчас же. Или через минуту тебе придется ползти на брюхе...

— Когда ты останешься, то поймешь...

— С этого момента тебе не удастся извлечь из меня никакой музыки.

— Крис...

— Ни единой ноты! Ни единой, пока я не обрету свободу.

— Существуют законные способы, но я не хотел бы прибегать к их помощи сейчас. Когда ты...

— Знаешь что, Бенно? Я внезапно неважно себя почувствовал, понимаешь? Возможно, что-то серьезное, вроде вирусного гепатита. Так что, по крайней мере, в течение шести месяцев на меня рассчитывать не приходится.

— Я могу позвать врача, чтобы...

— Альбом, Бенно, новый сингл и проклятое турне — все коту под хвост. И привет!

Вновь наступила тишина, в которой зазвучал голос Бенно, удивительно ровный и спокойный.

— Я даже на мгновение не допускаю, что ты говоришь серьезно, Крис. Стоит турне начаться — первый концерт в Сан-Франциско на следующей неделе — и твое настроение совершенно изменится.

— Ты просто не слушаешь меня. Я сыт по горло всей вашей компанией и не желаю иметь с ней больше ничего общего.

— Ты совершаешь серьезную ошибку, Крис.

— Господи, ты заговорил, как армия твоих придурков адвокатов. Исчезни. Просто исчезни.

— Ладно, поговорим через пару дней.

Дайна услышала, как за спиной Бенно захлопнулась дверь, и в ту же секунду задыхающимся от ярости голосом Крис прорычал:

— Чтоб им всем провалиться!

Она села на кушетке в позе человека, выскакивающего из игрушечной детской шкатулки и, вывернув шею, попыталась заглянуть на пульт.

— Ты еще здесь? — Обойдя вдоль стены, Крис очутился перед Дайной. — Да, — он усмехнулся. — Единственная из всех. Я был уверен, что ты уже испарилась. — Он почесал кончик носа. — Что за ублюдок этот наш менеджер! — Вдруг из его горла вырвались лающие звуки, изображавшие смех. Потом он пожал плечами. — Черт побери. Сегодня вечером я не в состоянии сделать что-либо по этому поводу. Как насчет того, чтобы смыться отсюда, только живо.

* * *

Крис привез ее в «Дансерз» — клуб, расположенный неподалеку от Родео-драйв, в который был открыт вход только для его членов. Внутри он походил на дворец с зеркальными комнатами. Главная из них имела круглую форму и была опоясана вдоль стен стойкой бара. Сквозь прозрачный пол комнаты открывался вид сверху на заросли тропических растений, поэтому каждый взгляд под ноги вызывал ощущение потери ориентации. Стены, выкрашенные черной блестящей эмалью, были покрыты электрическим мхом бесчисленных переплетавшихся нитей цветных огоньков, двигавшихся бесконечными волнами по кругу. Каждый час, словно напоминая посетителям о времени, на танцевавших в середине площадки проливался сверкающий дождь из «звездной пыли», источник которой прятался где-то наверху.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать