Жанры: Иронический Детектив, Боевики » Фредерик Дар » Подлянка (страница 20)


Я в свою очередь останавливаюсь перед ступенями. Военный в форме старшего офицера открывает дверцу, отдает честь и протягивает моей белокурой пассажирке руку в белой перчатке. Разряженный охранник делает мне знак поставить мой гроб на колесиках на специально отведенную стоянку. Я подчиняюсь. Из огромных окон Елисейского дворца льется свет. Повсюду охрана, снаружи в военной форме, внутри в штатском. Один из моих коллег (шофер) подходит к моей горе металлолома.

– Ты Алабания? – спрашивает он меня. Я отвечаю, что да, временно.

– А я Марокко.

Каждый есть то, чем может быть.

– Я знаю одну лазейку, как удрать отсюда. Хочешь пропустить стаканчик? – предлагает он.

– Не откажусь.

Мы потихоньку сматываемся, гости все продолжают подъезжать, а музыка играть.

Глава 18

После того как мы выпили четыре стакана божоле в маленьком кафе на улице Анжу и мой коллега предложил мне сгонять на улицу Божоле попить анжу, я его оставляю, чтобы звякнуть домой.

Трубку снимает Фелиси. Она кажется сильно взволнованной.

– У нас месье Берюрье и еще несколько человек, – сообщает мне она. – Двое все в крови. Я их перевязываю...

– Дай мне Берю, ма.

Я приободряюсь. Значит, Толстяк успешно справился со своим заданием.

От его громового голоса у меня дрожит барабанная перепонка.

– А, это ты, Сан-А! Раскрывай уши, у меня есть для тебя сенсационная новость!

– Какая?

– Я нашел Морпьона.

– Ты что-то заговариваешься, парень. Мы же были вдвоем этой ночью, когда...

– Да нет, ошибочка вышла. В негашеной извести отдыхает не он, а консул!

– Что?!

– Это чистая правда, корешок. Твой учитель жив и здоров. Ну, насчет здоров – это я немножко загнул. Ему подбили глаз, не счита того, что с ним плохо обращались.

– Да рассказывай, черт побери! – взрываюсь я.

– Они похитили его из дома, как ты и предполагал. Погоди, я дам ему трубку. Не то чтобы он был очень веселым, но говорить может.

– Погоди, а что с тем малым?

– С гориллой? Я разбил ему морду за то, что он хотел на меня напасть. Твоя мама пытается его заштопать, но для этого надо быть настоящим волшебником, потому что он похож на картину Пикассо. – И он орет: – Эй, месье Морпьон! Идите поговорить с вашим учеником!

Я слышу слабый голос Морпьона:

– Хелло!

– Господин учитель, как вы себя чувствуете?

– Как человек, получивший в мягкие ткани руки пулю и проведший сорок восемь часов на чердаке без еды и связанный металлической проволокой. Теперь благодаря помощи вашей матушки мне уже гораздо лучше. Мне придется вернуться в больницу. Это самое подходящее место для людей моего возраста.

– Расскажите мне, что с вами произошло.

– Я следил в бинокль за теми типами, и они меня заметили. Они меня ранили. Я позвонил вам. Они пришли ко мне посмотреть, жив ли я, и заставили следовать за ними. Очень банальная история.

Забавно! Мой старый педагог стал прожженным искателем приключений.

– Берюрье мне сказал, что в негашеной извести лежит консул. Откуда он это узнал?

– Ему это сказал я, мой юный друг. В те два месяца, что я провел в больнице, моим соседом по палате был глухонемой, и от него я научился читать по губам. Когда люди из консульства заметили меня, я присутствовал при очень поучительной беседе.

– Я вас слушаю, учитель.

– Естественно, большое расстояние и слабое зрение не позволили мне понять все, но в общих чертах могу вам сказать следующее: они убили консула из окна моей квартиры и готовят покушение на министра иностранных дел СССР и на нашего президента. С другой стороны...

Но я не даю ему времени закончить. Я уже бросил трубку, бегу в бистро и трясу шофера марокканского посольства.

– Ты не знаешь, министр иностранных дел СССР должен присутствовать на приеме в Елисейском?

– Да эта хренота устроена в его честь! – смеется он. Я беру другой жетон и возвращаюсь к телефону. На этот раз я звоню Старику.

– Что новенького, Сан-Антонио? Надеюсь, вы не предприняли никакой ненужной инициативы?

– Слушайте меня, черт подери! – надрываюсь я. – С минуты на минуту будет совершено покушение на президента Республики и на русского министра иностранных дел.

– Если это шутка, Сан-Антонио...

– Драма, возможно, происходит в эту самую секунду, патрон. Надо немедленно отдать приказ арестовать прямо посреди приема секретаря консульства, заменяющего консула. Убийство должен совершить он. Пусть его арестуют немедленно, слышите? Сию секунду. И по-тихому!

Я вешаю трубку, весь блестя от пота.

– Ну и физиономия у тебя, браток! – замечает мой новый приятель, – Ты съел чего несвежего или что?

– Дайте мне скотч! – говорю я гарсону. – Большой стакан. Это для больного!


Полчаса спустя я нахожусь в помещении охраны Елисейского дворца. Хотите верьте, хотите нет, но Старик тоже находится там. Принимая во внимание важность обстоятельств, Лысый явился собственной персоной. Значит, он знает, что существуют улицы, деревья и люди, не являющиеся полицейскими.

Он подходит ко мне, театральным жестом кладет мне на плечи руки и перед всеми собравшимися целует меня.

– Вот, господа, тот, кто предотвратил катастрофу, – говорит он. – Мой дорогой Сан-Антонио, могу вас заверить, что присвоение вам звания старшего комиссара не заставит себя ждать. Мое представление завтра же ляжет на стол господину министру внутренних дел и...

Как мило с его стороны. Чтобы успокоить Старика, я рассказываю, что нарушил его приказ. Шефа это не огорчает. Катастрофа-то миновала...

– Смотрите, что при нем нашли!

Он достает пистолет-пулемет, заряженный такими маслинами, что ими можно вылечить от головной боли целое стадо слонов.

– Что говорит Гетордю?

– Ничего. И ничего не скажет.

– А женщина?

– Она здесь. Она жена консула. Она требует своего ребенка. Это террористы похитили его, чтобы оказывать на нее давление и держать в своих руках.

– Успокойте ее, я знаю, где он.

– Я

тоже, – наставительно говорит Старик. Не надо заставлять его терять лицо, и я сдерживаю саркастический смех.


– Ты заплатишь за жрачку? – спрашивает Берю и добавляет с завистливой ноткой: – Когда тебя обещали произвести в старшие комиссары, то можно оплатить обед подчиненного.

– Ладно, дружок, приглашаю тебя в алабанский ресторан на площади Перейр.

– За последние дни я по горло нажрался этой Алабании!

– Есть-то надо каждый день, – замечаю я.

Он смеется...

На лестнице мы встречаем Старика.

– Все идет отлично, – говорит он мне. – Жена консула получила назад своего малыша и собирается вернуться в Алабанию. Рана месье Мопюи благополучно заживает. Куда вы собрались?

– В алабанский ресторан на площади Перейр. Может быть, вы с нами, босс?

– Увы, у меня нет времени.

Утро сегодня просто праздничное...

– Почему ты так хочешь сходить туда? – спрашивает Берю.

Поскольку я не отвечаю, он добавляет:

– Из-за смерти девушки, да? Признайся, что она не дает тебе покоя,

– Признаюсь.


Мы заказываем пантагрюэлевский по размерам обед.

– Извини, – говорю, – Толстяк, я на секунду. Мне надо помыть клешни.

– А мне помочиться, – решает он. Мы идем в туалет. Берю заходит в мужской туалет, поскольку его мама снабдила сыночка всеми аксессуарами, позволяющими туда заходить. Я жду его, разговаривая с гардеробщицей. Она меня узнает и кажется смущенной. Я пристально смотрю на нее, и чем больше смотрю, тем сильнее она смущается. Чем сильнее она смущается, тем больше я на нее смотрю, так что мы оба можем взорваться, как хамелеон, которого положили на шотландскую ткань.

Наконец я перехожу в атаку:

– Кажется, вы не в своей тарелке, милая?

– Но... Почему?.. Я...

– Да, да. И, если хотите знать мою мысль до конца, у вас нечиста совесть.

Я прокручиваю в памяти позавчерашнюю сцену. Пока я надевал плащ, малышка Япакса шла в туалет. В этот момент гардеробщица ей что-то сказала... Это произошло так быстро, что я не обратил внимания.

– Что вы сказали девушке?

Я говорю это тихо, как будто для самого себя. Она бледнеет.

– Но...

– Не пытайтесь толкнуть мне фуфло, иначе пожалеете.

– Я вас узнала, – говорит она.

– Как это «узнала»?

– Я работала официанткой в кафе, которое находится напротив вашего управления.

– Ну и что?

– Я подумала, что вы «пасете» девушку. Она несколько раз заходила сюда, мы разговаривали... Она была мне симпатична...

– Продолжайте.

– Я сказала, чтобы она была поосторожнее. Я делаю глубокий вдох, чтобы стабилизировать дыхание.

– Что точно вы ей сказали?

– Прощу прощения, но...

– Повторите, черт вас раздери! Она бормочет:

– Я ей сказала: «Будьте поосторожнее с этим типом. Он не тот, за кого себя выдает». Мне очень жаль... Честное слово, я думала, она в чем-то провинилась и вы...

– Вы ее убили, – шепчу я.

– Как?!

– Вам не понять. Она была сердечницей...

– Но...

– И она знала, кто я такой. Когда вы сказали, что я выдаю себя за другого, она решила, что я тоже принадлежу к банде.

Я замолкаю. Незачем давать объяснения этой покрытой паутиной тупице. Япакса и так пережила в этот день сильное волнение, а когда эта идиотка сказала ей, что я не тот, за кого себя выдаю, она решила... Простите, я повторяюсь, это от возбуждения.

Мощный звук спущенной воды! Открывается дверь, и появляется Берю, довольный, расслабившийся, готовый к новым победам.

– После этого чувствуешь такое облегчение! – сообщает он.


Жуя, Толстяк спрашивает меня:

– Слушай, ты узнал, почему те субчики шлепнули своего консула?

– Узнал

– Ну так поделись со мной, я подыхаю от любопытства.

– Кое-кто из персонала входил в экстремистскую группировку, задачей которой является провоцирование беспорядков в Европе. Их цель – создание хаоса и война.

– Вот гады! Нам так хорошо живется! – возмущается Толстяк, подавившийся куском.

– Они тщательно подготовили свою акцию и сумели убедить даже жену консула и не входящих в их группу служащих из персонала, что покушение осуществил кто-то со стороны. Тот самый киллер, что пытался убить малышку Данлхавви, проник в квартиру Морпьона, которую выбрал из-за ее стратегического положения. К тому же он знал, что квартира пуста...

– Ну и что?

– Он привязал к подоконнику шелковую ленту, чтобы подать Вадонку Гетордю сигнал, что занял позицию...

– А потом?

– В кабинете консула шло совещание: сам консул, его жена, Вадонк и еще двое из персонала...

– А дальше?

– Стрелок кокнул консула у них на глазах. Гетордю сразу же взял руководство на себя. Он убедил остальных, что не следует заявлять в полицию до того, как он свяжется с алабанской столицей. Ввиду серьезности ситуации все согласились. Это позволило Гетордю взять всех в свои руки и занять место консула. Расставив на ключевые посты своих людей, он, чтобы быть полным хозяином ситуации похитил мадам консульшу. Она была нужна ему на вчерашний вечер, чтобы обеспечить прикрытие...

Толстяк кажется мне рассеянным. Я думал, что рассказ увлечет его, но его морда ничего не выражает. В определенное время суток все его мозги, сердце и потенция сосредоточиваются в желудке,

– Их планам помешала пальба в консульстве, а потом смерть их наемного убийцы, – продолжаю я не столько для Берю, сколько для внимательного читателя. – Не имея достаточного числа людей, они были вынуждены нанять иностранную рабочую силу. Отсюда объявление, на которое я ответил и которое позволило мне...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать