Жанр: Ужасы и Мистика » Дэниел Истерман » Имя Зверя (страница 40)


Глава 33

Майкл открыл глаза. Он снова лежал в кровати, только сейчас было уже темно. Кто-то наклонился над ним, кто-то, казавшийся знакомым и незнакомым одновременно.

— Сколько времени ты так лежишь?

— Как так? — Он попытался сесть, но рука толкнула его, не давая подтянуться. Болели глаза.

— Майкл, ты понимаешь меня?

На мгновение он подумал, что это Айше. Но это было невозможно. Айше мертва. Мертва или исчезла — не важно. И голос принадлежал мужчине. В нем было что-то еще, что — он не мог определить.

— Майкл, я пойду за врачом. Все будет в порядке, ему можно доверять.

Да, вот в чем дело. Голос говорил по-английски. Должно быть, это Пол, его брат. Майкл чувствовал ладонь, лежавшую на его лбу, заботливую, но... Но — что? Он знал, что должен что-то вспомнить, что-то касающееся Пола. Но не мог.

— Я скоро вернусь, — произнес голос Пола.

Может быть, они вернулись в Англию, домой?

Может быть, Египет ему только приснился?..

К нему опять пришел сон, сон о черной пирамиде. Он взобрался по крутой насыпи и сейчас стоял у подножия. Над его головой на невообразимой высоте — в десятках, сотнях футов — вход.

Перед ним протянулся длинный коридор, с обеих сторон освещенный высокими факелами. Ему не хотелось идти дальше, но он каким-то образом все же оказался в коридоре. За его спиной раздался грохот, и он понял, что заперт внутри пирамиды.

Сон отлетел, сменившись другими, из которых он ничего не запомнил. Когда он снова проснулся, в его памяти осталась только пирамида.

— Мистер Хант! Вы меня слышите, мистер Хант?

Майкл очень осторожно открыл глаза. Комната была едва освещена. Он решил, что это, видимо, та же самая комната, в которой он был раньше. Да, он был здесь с Полом. Только... Только ему необходимо вспомнить что-то связанное с Полом.

— Пол... — прошептал он.

— Все в порядке, мистер Хант. Ваш брат здесь. Он поговорит с вами позже, когда вы наберетесь сил. А сейчас я хочу осмотреть вас. Пожалуйста, не двигайтесь. Расслабьтесь. Я не потревожу вас.

В глаза — сначала в левый, а потом в правый — ударил яркий свет, ослепив его. Потом свет погас. Мягкие руки ощупали его грудь, к коже прижался холодный и твердый стетоскоп. Запястье его сжали чьи-то пальцы. Укол в руку. Темнота.

Фигура в полутемной комнате, сидящая на высокой платформе. Человек с козлиной головой. Красные, как угли, глаза следят за ним.

— Айше, — прошептал он. — Пора вскрывать мумию.

— Он бредит. — Голос врача. Что здесь делает доктор Филипс? Почему этот глупец говорит по-арабски? Разве он не знает, что они в Англии?

— То, что мы подозревали? — спросил Пол. Но ведь Пол в Риме?

— Сейчас нельзя сказать определенно. Можно только надеяться, что нет. Пока что в столице отмечено всего несколько случаев.

— Официально.

— Да, знаю. Но даже неофициальные сообщения называют разумные цифры. Поначалу эпидемия распространяется медленно.

— Когда вы будете знать точно?

— О вашем брате? Что-нибудь через сутки. Очень трудно, когда нет доступа к лаборатории. Вы же знаете, все лаборатории закрыты.

— Закрыты? Я не знал... Но зачем, ради всего святого?

— А как вы думаете? Конечно, «джахилийя». Западная наука, западная медицина. Все антиисламское должно быть выброшено на свалку.

— А Майкл? Если диагноз подтвердится, вы сможете вылечить его? У вас есть лекарства?

Недолгая пауза.

— Нет. При обычных обстоятельствах лекарства нужно выписывать из-за рубежа. Но сейчас введено эмбарго. Границы закрыты. Однако я и несколько моих коллег делаем все, что можем. Есть способы.

— Может быть, вывезти его из страны? Я могу это организовать.

— Сомневаюсь. Не в его нынешнем состоянии. Тем более если ему станет хуже. Но особых причин для беспокойства нет. Вполне возможно, что это всего лишь результат тревоги и истощения. Сейчас у вашего брата лихорадка, только и всего. Других симптомов нет.

— Я пойду в церковь. Я хочу помолиться.

— Да, конечно. Молитесь за него. Это все, что вы можете сделать. Молитесь за всех них.

— За всех нас, доктор. Я буду молиться за всех вас.

Сны были бесконечны и бессистемны. Только сон о пирамиде имел какой-то смысл. Майкл прошел многие мили по освещенным факелами коридорам, мрачным, гладким и блестящим. Чем дальше он шел, тем отчетливее чувствовалась древность этого сооружения. Где-то вдали раздавались хлопанье крыльев, как будто навстречу ему по гулким пространствам огромного здания летела большая птица или летучая мышь. И откуда-то из другого места доносились тяжелые шаги, как будто его преследовал какой-то ужасный зверь. Или человек с головой козла.

В течение трех дней врач приходил несколько раз в сутки. Майкл постепенно приходил в сознание. В промежутках между приступами бреда он мог уже отвечать на вопросы. Он спрашивал об Айше и Поле, но врач не позволял говорить на темы, которые могли потревожить его.

На четвертый день врач заявил, что Майкл поправляется. Он подцепил какую-то инфекцию, обострившуюся из-за нервного напряжения, которое он испытал. Покой и регулярное питание — и через неделю он встанет с постели. Но после этого ему нужно быть в покое.

— Как только вы будете в состоянии путешествовать, мы вывезем вас из Египта. Ваш брат говорил мне, что ваша жизнь в опасности, пока вы находитесь в стране.

— Я должен найти Айше. Я не уеду без нее.

— Об этом мы поговорим позже. А сейчас вам нужен покой.

— Вы не сказали, как вас зовут.

— Фарис Ибрагимьян, — ответил врач. Он был невысоким, седоватым человеком, с лицом, покрытым морщинами. — Вы не помните меня, — сказал он. — Я был другом вашей матери. Близким другом. Вы были еще ребенком, когда мы познакомились.

— Мне кажется, я вспоминаю. Я помню, как она упоминала ваше имя. Наши семьи дружили.

— Да, — сказал врач, — наши семьи дружили. До Суэца. Тогда все развалилось. Почти вся моя семья уехала в Европу, а я остался. Тогда здесь были нужны мои знания.

— А сейчас?

Маленький доктор поморщился и, отвернувшись, принялся собирать склянки с лекарствами.

— Сколько времени я был болен?

— Около четырех дней. Вы быстро поправились, я доволен вами.

— Я припоминаю...

— Да?

— Вы разговаривали с моим братом. А может быть, это мне приснилось. Мне снилось много снов. Но я помню что-то об эпидемии, распространившейся в столице. Вы говорили о ней с беспокойством.

Доктор ответил не сразу. Он занялся своими пузырьками, сортируя их и убирая в маленькую сумку. У него были длинные тонкие пальцы с широкими костяшками.

— Да, — сказал он. — Вы правы. Это был не сон. Сейчас вы вне опасности, и я могу вам все сказать. В стране вспышка чумы. Первые сообщения пришли из Верхнего Египта недели две назад. Санитарное состояние в провинциях ухудшилось, естественно, выросла опасность эпидемий. Сперва никто не верил. Затем были зарегистрированы новые случаи заболевания. Правительство, конечно, пыталось замалчивать. Затем оно решило ввести карантин. Но было слишком поздно. Случаи чумы отмечены уже в Александрии.

— И заболевшие умирают?

— Да, естественно. Власти запрещают врачам использовать современные лекарства. Медицина — часть зловредной западной культуры. Поэтому люди умирают и будут умирать. Бог свидетель, эпидемия может уничтожить большинство населения.

— Но Всемирная Организация Здравоохранения наверняка...

Доктор засмеялся:

— Я же говорил вам — границы закрыты. Все аэропорты, морские порты, вообще все пропускные пункты. Никому не позволено въезжать в страну или покидать ее. Египет объявлен Дар-эль-Исламом, а весь остальной мир, даже исламские страны, теперь называется Дар-эль-Куфр: Царство Неверных. Сегодня утром по радио было сделано заявление о чуме. Аллах испытывает правоверных. Он выпалывает мунафикун — лицемеров.

В священных преданиях нашлись подходящие цитаты. Полная блокада оправдывается словами Пророка из Эль-Бухари: «Если вы услышите, что в какой-то стране чума, не езжайте туда. А если чума появится в вашей стране, не покидайте ее. Ничего лучшего не найдешь».

— А когда начнут умирать члены Совета? Доктор пожал плечами:

— И об этом уже позаботились. Опять же Эль-Бухари. «Те, кто умерли от чумы, — мученики». Говорят, что Аллах позаботится о больных. Возможно, так и будет.

Майкл почему-то вспомнил фигуру с козлиной головой, взгляд огромных глаз, темные ноздри, голова, медленно поворачивающаяся в свете тысячи ламп.

— А если нет?

— Чума может опустошить страну. Если это вирус-мутант, его ничто не остановит. У меня имеются сомнения насчет долговременных эффектов вакцинации. Она ослабляет иммунную систему. Мутация чумы в сочетании с ослабленным иммунитетом у населения способна привести к ужасным последствиям. Жертвой болезни могут стать даже люди, которые при обычных условиях не заразились бы. Может быть, то, что границы на замке, — благо для человечества. — Врач сделал паузу. — Поговорили, и хватит. Вы утомлены. Вам нужен покой. Как вы думаете, сможете попозже поесть супа?

Майкл кивнул.

— Когда придет Пол?

Ибрагимьян не ответил.

— Я спрашиваю: когда придет Пол?

Маленький врач поднял глаза к небу.

— Нет, — сказал он. — Пол не придет. Я видел его в последний раз в тот день, когда он привел меня к вам. С тех пор он исчез. В среду утром он должен был служить мессу, но не явился. И в нунциатуру не приходил уже много дней.

Наступила тишина. Майкл вспомнил фотографии, которые нашел у Пола в кабинете.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать