Жанр: Фэнтези » Дэвид Дрейк, Эрик Флинт » Прилив победы (страница 69)


— Я знал, что у тебя получится! Как хорошо, что ты здесь — а то у нас уже все заканчивается.

Веселые глаза Ашота переместились на малва, сдающихся при выходе на берег.

— И, как я вижу, ты привез еще один хороший улов. Говорю тебе, Менандр, за последние несколько недель были моменты, когда я чувствовал себя скорее рыбаком, чем солдатом.

Глава 34

ГИНДУКУШ

Осень 533 года н.э.

— Как ты считаешь, сколько там патанов? — спросил Кунгас. Пока Васудева думал над этим вопросом, Кунгас продолжал изучать позиции малва при помощи подзорной трубы, которую ему подарил Велисарий, покидая Харк. Занятая кушанами позиция поверх руин насчитывающей столетия буддийской ступы, разрушенной йетайцами во время покорения этих земель, давала Кунгасу хороший вид на крепость, блокировавшую перевал Хибер в самой узкой точке.

— Трудно сказать, — пробормотал командующий армией. — У них только разведчики и мелкие мобильные отряды, поэтому они слишком быстро передвигаются по местности, чтобы их можно было сосчитать.

— Не больше, чем несколько сотен?

— И столько не наберется. Шанга с раджпутами находится в тысяче миль, поэтому «союз» патанов с малва в лучшем случае дал трещину. По моим догадкам, единственные патаны, которые все еще находятся под командованием малва, — это, может, двести отверженных. Кажется, племена отходят назад в свои укрепленные деревни и занимают нейтральное положение.

— Будем надеяться, что Ирина сможет удержать их там, — пробормотал Кунгас и опустил подзорную трубу. — А ее успех в большой степени будет зависеть от того, сможем ли мы взять эту крепость и полностью выгнать малва с перевала Хибер.

Он начал спускаться вниз с руин.

— Когда на той стороне так мало патанов, мы можем захватить возвышенность. Использовать гранаты, чтобы очистить вынесенные вперед укрепления, а затем установить мортиры и полевые орудия и начать бомбардировать большую крепость через узкие проходы. Глупые ублюдки! Они слишком много лет не сражались в горах.

Теперь, когда они находились на ровной земле, Васудева смог сконцентрироваться на плане Кунгаса. То, как кушан трепал кончик козлиной бородки, и складки на лбу свидетельствовали, что у него имелись некоторые сомнения.

— Мортиры — да. Их достаточно легко протащить вверх по этим скалам. Но полевую артиллерию? Да, мы сможем доставить их наверх. Это нелегко, учти, но в общем возможно. Но какой смысл? Все полевые орудия, что у нас есть, — трехфунтовые. Они слишком легкие, чтобы ломать стены, и — стреляя круглыми ядрами, а других у нас нет — они не причинят много вреда.

Кунгас покачал головой.

— Я лучше рассмотрел эту крепость, чем ты, Васудева, потому что у меня была подзорная труба. Да, внешние стены достаточно толстые, но все укрепления — включая внутренние стены — это типичная конструкция сангар55. Груды сваленных вместе камней, и ничего больше. Они не ожидали нападения на Хибер, поэтому крепость строили поспешно. Вероятно, закончили всего несколько недель назад — судя по тому, что я смог рассмотреть. До сих пор не закончена половина фортов.

Васудева все еще хмурился. Хоть у него и больше опыта в использовании огнестрельного оружия, чем у Кунгаса, его разум медленнее приспосабливался к переменам, чем разум его царя.

Кунгас помог своему военачальнику.

— Подумай, что случится, когда по этим незакрепленным камням попадет крепкое железное ядро.

Лицо Васудевы прояснилось, и он прекратил теребить бородку.

— Конечно! Не хуже шрапнели56!

Командующий армией посмотрел вниз на почву у себя под ногами и несильно топнул ногой.

— Твердый камень. Здесь нельзя вырыть ямы. В окопах и траншеях не спрятаться. — Он поднял глаза и стал изучать стоящую в отдалении крепость.

— И там тоже. Все их люди будут над поверхностью земли, прятаться за приподнятыми конструкциями вместо углублений в земле. А конструкции состоят из наваленных грудой камней.

Все колебания прошли, и Васудева стал таким же энергичным и решительным, как и всегда.

— Мы сделаем это, Кунгас! Мы возьмем эту возвышенность — очистим все внешние укрепления малва гранатами и мечами — принесем мортиры и артиллерию… и тогда! Разместим половину армии дальше на перевале, чтобы поставить в безвыходное положение любое подразделение малва, которое может прийти на подмогу. Это будет осада, и мы будем держать их в железном кулаке.

Кунгас улыбнулся — по-своему.

— Я даю им две недели, — сказал он. — Может, три. И они даже не смогут попытаться отступить назад в Пешеварскую долину после того, как мы перекроем им путь. Мы превышаем их количественно — три к одному. Мы порежем их на куски на открытой местности, и они это знают. У них не будет выбора, кроме как сдаться.

Он положил руки на бедра и одобрительно осмотрел горы, окружающие перевал Хибер.

— После чего — используя патанов для выполнения нужной работы — мы сможем укрепить этот перевал так, как это следует сделать. И у нас будет достаточно времени, пока малва заняты в долинах Велисарием. До того как они смогут контратаковать, Гиндукуш окажется в безопасности. Патаны склонятся перед нами — почему бы и нет? Ведь наше правление будет легче, чем правление малва. А на следующий год…

Но теперь он говорил сам с собой. Васудева, который не больше, чем его царь, имел склонность беспокоиться о формальностях, уже спешил прочь, чтобы отдать нужные приказы кушанской армии.

Кунгас оставался на руинах ступы оставшуюся часть дня и все последующее время. Он считал, что основатель нового Кушанского царства должен сделать свой штаб в священном месте, оскверненном теми,

кто разрушил старое здание. К утру третьего дня войска Кунгаса взяли наружные форты, используя и свои традиционные мечи и копья, и римские гранаты, которые очень полюбились кушанским солдатам. Войска малва оказались хороши — гораздо лучше, чем обычно — но они не были раджпутами. И среди них набралось не больше нескольких сотен йетайцев, чтобы подгонять нерасторопных солдат.

Поэтому на утро четвертого дня началась бомбардировка крепости, бывшей ключом к перевалу Хибер. Кушанские войска смогли установить множество мортир в радиусе тысячи ярдов от крепости. Да, мортиры были грубыми. Простая латунная труба, установленная под фиксированном углом в сорок пять градусов на жестком основании. Единственным способом настроить радиус действия орудия было изменение порохового заряда. Но выпускаемые ими четырехдюймовые снаряды, с поджигаемым запалом, все равно сеяли разрушения внутри крепости, хоть и не могли разбить стены.

И через два дня после того, как кушаны установили полевые орудия на фортах, которые захватили раньше, огонь мортир усилили ядрами. В последующие дни они начали медленно превращать в порошок внутренние укрепления и — еще медленнее — рушить наружные. Камни для стен, собранные на местности, возвращались на местность, и их путь смазывала кровь.

Вставая каждое утро, Кунгас совершал одно и то же. Он говорил вслух, горам, которые приютят возрождаете царство:

— На следующий год — Пешевар!


Самый старый и пользующийся наибольшим уважением патанский вождь трепал бороду и яростно хмурился. Он размышлял. И великий патриарх патриархального народа был недоволен видом сидящей напротив него женщины. Возмутительно, что этот самостоятельно провозгласивший себя царем кушан оставил свою жену управлять столицей!

Тем не менее…

Другие люди, другие традиции. Пока кушаны не вмешиваются в его собственные — как заверила его эта возмутительная женщина, они не будут делать — вождь не особо беспокоился, каких глупых традиций придерживаются жители городов.

Но был и еще один момент. Вождь сколько угодно может смеяться над людьми, позволившими женщине править, но нет сомнений: нельзя пренебрежительно относиться к кушанам на поле брани. А судя по отчетам, которые доставляли патанские разведчики с перевала Хибер, кушаны, казалось, так же легко чувствуют себя во время сражений в горах, как и на равнинах. Это добавляло оснований для осторожности.

Как правило, патаны не особо боялись цивилизованных армий. Это войска долин. Достаточно опасные на ровной местности, но неспособные бросить вызов патанам в их горах. Но вождь не дожил бы до такого возраста и не поднялся бы до такого высокого положения, будучи надменным дураком. Цивилизованные государства с их богатством и огромными земельными угодьями могут собрать гораздо большие армии, чем патаны. Если эти армии показывали себя способными адаптироваться к войне в горах…

В конце концов, однажды в прошлом это уже случилось. Старый вождь едва удержался от того, чтобы не содрогнуться, вспоминая дикие карательные экспедиции раджпутов.

— Решено, — твердо сказал вождь и склонил голову — несколько неохотно — перед женщиной.

Затем он поднялся со стула и повелительно посмотрел на восьмерых других патанских вождей, сидевших рядом с ним. Как он и ожидал, никто из них не был готов бросить вызов его решению.

— Решено, — повторил он. — Пока вы не лезете в наши дела — не мешаете нашим караванам, — мы будем уважать мир. И посылать ежегодную дань царю кушанов.

Три вождя, казалось, немного пошевелились. Старший фыркнул и добавил последнее условие патанского союзничества с новым царством:

— Как ты понимаешь, это все действительно при условии, что царь кушанов сможет взять перевал Хибер. И удержать его после того, как малва нанесут контрудар. Мы не станем снова выступать против Раны Шанги!

Кушанская царица кивнула. Старый вождь не мог сказать точно, но подозревал, что проклятая женщина улыбается. Мешала толстая чадра, закрывавшая ее лицо. Но ему не нравилось веселье и ум, которыми, казалось, светились ее глаза.

«Проклятые кушаны!»

Ему сказали, что кушанская царица надела чадру только когда прибыли патаны. Он вполне мог в это поверить. Как говорили, она — хитрая бестия, коварная и изобретательная.

Тем не менее…

Обычаи есть обычаи. И в конце концов, они зависят от выживания. Поэтому, сохраняя ледяное спокойствие, чему мудрый старый патриарх научился на протяжении десятилетий, он удержался, чтобы не продемонстрировать свое неудовольствие.

— Меня не волнует Рана Шанга, — сказала женщина, говоря так тихо и скромно, как говорила с тех пор, как патанские вожди вошли в ее зал для приемов. — Мне дали понять, по причинам, которые я не могу раскрыть, что он будет занят в другом месте. На протяжении многих лет, вероятно, всю жизнь.

Старый патанский вождь уставился на нее сверху вниз. Ленивая болтовня глупой женщины? Возможно.

Но все равно…

Возможно, что и нет. Как говорили, эта женщина — очень хитра и настолько хорошо информирована, что кое-кто уже шепчется о колдовстве. Странно, но эта мысль принесла старому вождю определенное облегчение. Обычаи есть обычаи, а выживание — это выживание. И поэтому он пришел к выводу, что, поскольку кушаны, казалось, решили отдаться во власть женщине, наверное, хорошо, что у них хватило здравого смысла выбрать колдунью.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать