Жанр: Иронический Детектив » Ирина Волкова » Я, Хмелевская и труп (страница 19)


Я вздохнула, с отвращением надела очки и повернула ключ в замке зажигания. Я ехала домой. Прежде чем решить, что делать дальше, следовало как следует пообедать, отдохнуть и пообщаться с любимым черным терьером. Может быть, когда я успокоюсь, меня осенит какая-нибудь гениальная идея.

Готовить обед мне было лень, поэтому я разогрела в духовке пиццу. Потом мы с Мелей залезли в постель, и она мгновенно уснула, прижавшись ко мне теплым боком. Я попробовала последовать ее примеру, но не тут-то было. События последних дней не давали мне покоя. Помимо самого главного вопроса, был ли Луис убийцей, меня страшно интересовала судьба неожиданно воскресшего из мертвых Росарио. Следовало срочно позвонить Аделе и узнать у нее адрес и телефон индейца. Словно откликаясь на мои мысли, зазвонил телефон.

«Держу пари, что это Адела», — подумала я.

Так оно и оказалось.

— Я убила его! Ты не поверишь, но я его убила! — драматически подвывая, сообщила мне подруга.

— Ты права. Не поверю, — спокойно сказала я. — Он что, опять хотел на тебе жениться?

— Хуже! — простонала Адела. — Сначала он сказал, что, если я буду себя плохо вести, он отлупит меня свернутой в трубочку газетой, и я послала его куда подальше, а потом я прослушала автоответчик, и — ты представить себе не можешь — какая-то стерва называла его котиком и пупсиком, уверяла, что не может забыть о встрече с ним сегодня утром, и умоляла приехать к ней в любое время дня и ночи. Ну тут уж я не выдержала. Я-то считала его малахольным, а этот сукин сын за моей спиной связался с какой-то дешевой шлюхой, с какой-то драной кошкой и после этого еще смеет заговаривать со мной о свадьбе и детях!

— Это вовсе не обязательно дешевая шлюха, — заметила я.

Из спортивного интереса я решила подлить масла в огонь.

— Бобчик вполне может себе позволить даже очень дорогую шлюху, — продолжила я. — Да и вообще это не обязательно шлюха. Встречаются и порядочные женщины, а твой Бобчик достаточно привлекателен, к тому же богат, как Крез.

— Если я ее найду, я убью ее, — мрачно сказала Адела. — Я выцарапаю ей глаза, я выщиплю ей волосы, я покрою ее несмываемой черной краской…

— Не забудь еще облить ее дегтем и вывалять в перьях, — усмехнулась я. — А как отреагировал Бобчик на это послание?

— Он побледнел и сказал, что представить себе не может, кто бы это мог быть. Потом он клялся, что я для него единственная женщина в мире и что он никогда не изменял мне. Но я лишь рассмеялась ему в лицо, а потом убила его.

— Не говори глупостей, — сказала я. — Ты, конечно, сумасшедшая, но я никогда не поверю, что ты способна кого-то убить.

— Ты меня плохо знаешь, — заметила Адела. — Может, он, конечно, и выжил, только, когда я уходила из дома, он валялся на полу, как куль с мукой, без всяких признаков жизни.

— А что ты с ним такого сделала? — поинтересовалась я.

— Да ничего особенного. Просто шарахнула его в яйца электрошоком, да так, что паленым запахло, — объяснила подруга.

— Ты это серьезно? — ужаснулась я. Похоже, мой невинный розыгрыш вышел Бобчику боком. — Ты действительно шарахнула его по яйцам электрошоком? Да так же можно навек импотентом сделать!

— Этого я и добивалась, — мрачно сказала Адела: — Нечего по бабам шастать. Пусть радуется, что я ему вообще яйца не отрезала. А ведь была такая мысль! Но я просто плюнула на пол и поехала к матери, но ее не оказалось дома, вот я и звоню тебе. Как ты думаешь, он умер или нет?

— Вряд ли, — пожала плечами я. — Обычно от электрошока не умирают. Но тут ты, конечно, перестаралась. Нельзя так обращаться с людьми. У тебя нет никаких доказательств того, что Бобчик тебе изменял. Вполне возможно, что текст на автоответчик наговорила какая-либо влюбленная в Бобчика женщина, на которую он не обращает внимания. Таким образом она могла попытаться ему отомстить, а ты, как дура, попалась на удочку и окончательно испортила ваши отношения.

Адела задумалась.

— А ведь верно, — сказала она. — Если бы Бобчик переспал с другой, я бы сразу это заметила. У меня чутье на такие вещи. Как же это я так опростоволосилась? Он из любви ко мне Чайо прикончил, а я его электрошоком по яйцам? Просто ужас какой-то!

— Действительно, ужас, — согласилась я. — Кстати, я хотела поговорить с тобой о Чайо…

— Не сейчас, — взволнованно прервала меня Адела. — Я должна срочно поехать к Бобчику и убедиться, что он жив. Возможно, я даже попрошу у него прощения, хотя после того, как он сказал, что отлупит меня свернутой в трубочку газетой, я вообще не знаю, что мне думать. Интересно, кто бы мог подать ему такую идею?

— Подожди, — взмолилась я. — Мне нужно узнать…

В трубке раздались короткие гудки. Забыв попрощаться, подруга швырнула трубку на рычаг и помчалась реанимировать оглушенного электрошоком возлюбленного.

Я покачала головой.

— Вот до чего доводит любовь, — назидательно сказала я, обращаясь к терьеру. — Прямо хоть аскетом становись ради общественной безопасности.

Мелей облизнулась во сне и, слегка передернув лапами, продолжала ритмично посапывать. Любовные проблемы не волновали ее.

Я поднялась с кровати. После разговора с Аделой спать окончательно расхотелось. Я прикинула, что домой моя темпераментная подруга приедет еще минут через пятнадцать, и решила самостоятельно выяснить, выжил ли малахольный Бобчик после знакомства с электрошоком.

Телефон долго не отвечал, потом в трубке послышался мужской голос, звучащий как-то вяло и неуверенно.

— Бобчик, это вы? — спросила я. — С вами все в

порядке?

— Голова болит, — пожаловался Дима. — Я как раз прикладывал к ней компресс со льдом, потому не сразу подошел.

— Бывает и такое, — посочувствовала я, подумав про себя, что лед он прикладывал совсем к другому месту. — Мне нужно с вами поговорить.

— Я догадался, — печально сказал Боб-чик. — Это ведь вы оставили послание на автоответчике?

— Каюсь, — сказала я. — Просто мне нужно было пообщаться с вами так, чтобы Адела об этом не узнала. Вы же сами хотели, чтобы мы встречались втайне от нее.

— Теперь это уже не имеет значения. Мы окончательно расстались с Аделой, — тяжело вздохнул Дима. — На этот раз окончательно.

— Я бы не была в этом так уверена, — заметила я. — С Аделой вообще ни в чем нельзя быть уверенным.

— Я это уже понял, — еще более печальным тоном сказал Бобчик. — Если хотите, я могу подъехать к вам прямо сейчас.

— Желательно побыстрее, — сказала я, памятуя о том, что Адела может вернуться домой с минуты на минуту.

— Уже еду, — сказал Дима и повесил трубку. Минут через десять позвонил Луис.

— Hola, mi amor! Puedo verte esta noche? [9] — сказал он.

— Только попозже. Ты можешь приехать часов в одиннадцать? — спросила я.

— Что-то не слышу особой радости в твоем голосе, — заметил колумбиец. — Я сделал что-то не так? Тебе что-то не понравилось?

— Да нет, все в порядке, — соврала я. — Просто у меня тут свои проблемы. Это никак не связано с тобой.

— Тогда я добавлю тебе проблем, — нежно сказал Луис. — Целую. Буду ровно в одиннадцать.


Бобчик был бледен и заметно прихрамывал.

— Вы хорошо себя чувствуете? — сердобольно поинтересовалась я. — Может быть, сварить вам кофе или дать таблетку анальгина?

— Только не надо таблеток, — болезненно скривился Бобчик. — Я продаю лекарства, а не пью их. А от кофе не отказался бы. Если можно, черный, покрепче и без сахара.

— Одну секунду, — ответила я.

Я заварила себе жасминовый чай, а Диме черный-пречерный кофе и вернулась в гостиную с дымящимися чашками и печеньем на подносе.

— Почему вы хотели видеть меня? — спросил Бобчик.

— Мне нужно снова поговорить с вами о Росарио Чавесе Хуаресе, — сказала я.

Дима тяжело вздохнул.

— Я клянусь вам, что не убивал его, — страдальчески морщась, сказал он. — Просто представить не могу, с чего это Адела вбила себе в голову, что я ревновал ее к Росарио да еще вдобавок и прикончил его. Я нормальный, весьма уравновешенный человек. Я вообще на это не способен.

— Не способны ревновать? — уточнила я. — Тем не менее я собственными глазами видела вас в «Кайпиринье». Вы следили, как Росарио танцует с Аделой. Надеюсь, этого вы не станете отрицать. Кроме того, недавно выяснилось, что Чайо жив. Так что вы можете спокойно во всем сознаться, не боясь уголовной ответственности.

— Росарио жив? — вытаращил глаза Бобчик. — Но вы же сами на пару с Аделой утверждали, что он убит, и, более того, обвиняли меня в этом убийстве!

Я пожала плечами.

— Сама не понимаю, что происходит. Я была готова поклясться, что, когда я обнаружила Чайо в багажнике, он был мертвее мумии Ленина. Он не дышал, у него был остекленевший неподвижный взгляд, и, самое главное, на левой груди у него была колотая рана со струйкой запекшейся крови. Любой на моем месте решил бы, что Чайо — покойник.

— А почему сейчас вы думаете, что он жив? — спросил Бобчик. — Вы что, видели его?

Я пересказала Диме историю про ожившего мертвеца, напугавшего Севочку.

— Без сомнения, это был Чайо, — закончила я. — Мальчик подробно описал его татуировку. Как бы то ни было, но мертвец ожил. И хотя единственное объяснение чудесного оживления, которое приходит мне в голову, выглядит совершенно бредовым, я все-таки скажу, что, по моему мнению, тут замешана магия вуду.

Бобчик вздрогнул.

— Магия вуду? — переспросил он.

Я подозрительно посмотрела на него.

— Только не говорите, что не имеете ко всему этому никакого отношения, — сказала ему. — У вас ладони потеют, и взгляд бегает. Лучше объясните, в чем дело, вам же самому легче станет.

Голова Димы поникла. Он с тоской посмотрел на кофейную гущу, оставшуюся на дне чашки, словно пытаясь прочесть в ней свою судьбу, и наконец решился.

— Боюсь, что я действительно имею к этому отношение, — тихо сказал он.

— Отлично, — обрадовалась я. — В таком случае я сварю вам еще чашечку кофе, и вы расскажете все как на духу.

Бобчик уже почти закончил свою исповедь, когда зазвонил телефон.

В голосе Аделы звучали истерические нотки. — Я задержалась! — кричала она. — Я захотела в знак примирения купить Бобчику его любимый коньяк «Наполеон» и золотую булавку для галстука, но коньяка нигде не было, да и булавки попадались какие-то паршивые, и я купила только французские духи, итальянскую комбинацию жемчужного цвета и шампанское, а потом меня остановил милиционер и оштрафовал за превышение скорости, хотя я ничего не превышала, затем меня оштрафовал другой милиционер за то, что повернула в неположенном месте, хотя на самом деле там был знак поворота, и наконец я приехала домой…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать