Жанр: Научная Фантастика » Майкл Муркок » Город в осенних звездах (страница 9)


- А нынешняя герцогиня?-я не мог уже больше терпеть.

Похоже, вопрос мой его озадачил.

- Я слышал только о нынешнем герцоге. Зовут его Люциан, и последние лет пять он каждую зиму жил в Праге и выезжал за пределы страны лишь в летние месяцы. Отзываются о нем весьма положительно. Насколько мне известно, он покровительствует многим художникам и музыкантам, и особенно-ученым, подвизающимся на поприще натурфилософии...

- И алхимии тоже? Ла Арп покачал головой.

- Мне кажется, сей молодой человек весьма печется о том, чтобы имя рода его больше не связывали ни с какими такими занятиями. Он пожертвовал столько золота монастырям и мирским школам... не должно даже сомнений возникнуть в том, что он в высшей степени благочестивый и набожный христианин.

- А герцогиня?-продолжал я свои настойчивые расспросы.-Ты совсем ничего про нее не знаешь?

- Разве что он обвенчался тайно...

- Леди, которую я повстречал, не замужняя дама, могу поклясться. А, может быть, это его сестра... или кузина? Очень умная женщина. И красивая.

На лице ла Арпа промелькнуло выражение мягкой иронии и любопытства.

- Все это напомнило мне те скандальные слухи, что дошли до меня с год, примерно, назад. Я не придал им тогда никакого значения. Говорили, что герцог имеет обыкновение, переодевшись в женское платье, посещать всякие злачные места, где собираются низкие, порочные люди. Вот я и подумал...-он не закончил фразы и только пожал плечами.

Я от души рассмеялся.

- Друг мой, то был не мужчина, обряженный шлюшкой!

Ла Арп, похоже, решил подыграть мне.

- Точно так. Герцог Критский считается нынче самым завидным женихом в Европе. И он-последний в своем роду. Мендоса, знаешь ли, были conversos в Испании, а исконно они смешанного происхождения: мавританского и иудейского. Вот почему предки их перебрались за границу во время того злополучного дознания limpeza de sangre, каковое достигло своего апогея при Торквемаде. В 15 веке узами брака породнились они с фамилией Шилпериков во Франции, и, таким образом получается, что теперь они, вероятно, единственные из оставшихся наследников этой линии крови Меровингов. В Праге, как ты знаешь, есть несколько родовитых фамилий, которые могут похвастать такою старинною родословной. Так ты говоришь, эта дама величала себя герцогинею Критской?

- Именно. А до этого случая я ни разу вообще не слышал такого титула и имени.

Ла Арп вздохнул.

- Ничем больше помочь я тебе не могу, мальчик мой. По, полагаю, ключ к решению этой загадки искать нужно в Праге. Там у тебя будет больше возможностей разузнать что-нибудь о твоей герцогине. Она утверждала, что занимается алхимией?

- Разве я это говорил? Впрочем, она вполне может быть ведьмою или каким-нибудь духом бесплотным. Судя по тому, как она испарилась.

Последнее мое замечание привело ла Арпа в явное замешательство.

- Все, что могу я тебе сказать, это что в Праге сейчас собираются, как я слышал, наиболее просвещенные из алхимиков, призванные Корнелием Грутом, какового одни почитают ярмарочным шарлатаном, а другие настойчиво утверждают, что он наделен некоей сверхъестественной силой. Я, как ты знаешь, далек от всех этих дел. Грут живет в Брно. Однажды я с ним встречался. Должен признать, он произвел на меня впечатление человека немалых достоинств и эрудиции. Но братство алхимиков-тайное братство, так что я даже предположить не могу, что там у них происходит. Я просто не знаю.

- И с какой целью они собираются, тоже не знаешь?

- Так... ходят какие-то слухи. Кое-кто из церковников предпринял попытку изгнать из страны Грута и его сотоварищей, объявив их собрание богохульным, еретичным и даже противозаконным, но поскольку немало святых отцов нынче и сами посвящены в масонские и иные мистические ордена, Грута все же не стали подвергать жестким гонениям. Алхимики почитают себя просвещенными, образованными людьми и заявляют, что изыскания их не причиняют Австрии вреда. И, вполне очевидно, Австрия их заверениям верит, иначе все было бы по-другому. Большинство этих алхимиков, похоже, придерживаются общепринятых политических взглядов и так же рьяно защищают Право Королей, как и всякий Габсбург. Я так полагаю, сейчас наступает какая-то важная дата алхимического календаря. Знать бы еще, какая.-Он улыбнулся.-А ты сам как думаешь? Не грядет ли Второе Пришествие?

- Это давно уже вышло из моды.-Я забавлялся на пару с Ла Арпом.

- Да! Как раз перед Новым Годом видел я брата твоего приятеля, князя Лобковича. Среди обширных знакомств его есть и астрологи тоже. Ты ведь знаешь его всеобъемлющую любознательность. Так вот, как он мне сказал, сейчас астрологи только и говорят что о некоем особом сближении нашего солнца с какими-то другими звездами.-Ла Арп пожал плечами.-Странно только, что именно Прага предоставляет и стойла, и ясли! И это город, отождествлявшийся всегда со здравым смыслом. Город, где, скажем так, плотность агностиков на один акр земли превосходит оную в Париже и Лондоне вместе взятых! Разве что лишь в Майpенбурге скептиков больше, чем в Праге.

- Удивительно только, что они не проводят свое совещание там. Где их, без сомнения, приняли бы еще даже радушнее.

- Тамошний принц не особенно жалует лиц, посвятивших себя изучению потусторонних влияний, равно как и адептов алхимии. Он в скором времени даже намерен принять закон, запрещающий тайные общества.

- Опасается потенциального якобинского клуба?

- Меньше, я думаю, чем наследных правителей. Основной его принцип: все открытия и знания должны быть предоставлены в распоряжение широкой публики. Он всегда был противником тайного накопления научных познаний, полагая, что любая секретность сама по себе порождает ненужные страхи и опасения в умах простых горожан, поскольку страхи сии выражаются в первую очередь в суеверном стремлении разрушить все неизвестное, а значит, сомнительное и пугающее. Принц Бадхофф-Фишер считает, что в подобных вопрос секретность близка, если не идентична, лжи, ибо обе они происходят из амбиций одного человека властвовать над другим.

- Стало быть, в скором времени в Майренбурге не будет уже никаких тайных обществ?

- Ну...-ла Арп вновь улыбнулся,-...во всяком случае, наименее из них секретные будут объявлены вне закона. Они, общества эти, сейчас уходят в подполье,-что вообще им свойственно,-и с превеликою неохотою принимают в ряды свои новых людей. Из страха предательства.

- Но тогда, в конечном итоге, они тихо зачахнут.

- В твоей логике есть изъян, дорогой мой фон Бек. Сообщества эти подобны блохам: вроде бы испустили уже дух, и вдруг на тебе-снова живы себе и здоровы и жаждут крови! Хотелось бы знать, что вообще привлекает мужчин и женщин к подобным вещам?

Мы обсуждали вопрос этот еще час или два, пока обоих нас не одолели усталость и желание немедленно лечь в постель. Рано утром я распрощался с любезным моим философом и выехал в яркое прохладное свечение рассвета, держа путь свой сначала в Вену, а потом, если я и там не сумею найти свою мадонну, в Прагу. В глубине сердца я верил и очень надеялся, что все же увижу ее много раньше,-нагоню по дороге,-и непрестанно твердил себе, что один всадник на лошади непременно обгонит карету, как однажды это уже случилось.

Но реальность не подтвердила пылких моих чаяний. Я ехал уже много дней,-бывало, не спал несколько суток кряду,-от города к городу, донимал всех встречных расспросами... но лишь для того, чтобы с горьким разочарованием обнаружить, что мы разминулись с моей герцогиней на какие-то считанные часы. Она как будто сама одержима была неутолимою тягой к некоей неуловимой и сверхъестественной цели. От постоянного недосыпа я пребывал в состоянии какого-то странного полубреда, и иногда мне казалось, что герцогиня моя есть некая ослепительная приманка, рукотворное создание, сотворенное исключительно для того, чтобы увлечь меня в центр Европы, все дальше и дальше. Но какая тому причина? Даже если кто-то и хочет заманить меня в западню,-то зачем? И кто? Явно не Монсорбье, который, наверное, до сих пор пытается разыскать меня (или же, если не сам Монсорбье, то один из его агентов,-я давно уже выучился различать эту породу людей). А, быть может, это она просто так забавляется, играя со мною? Но и в это я тоже не мог поверить.

Добравшись до Вены,-по очевидным причинам путешествовал я инкогнито,-начал я поиски в сем суматошном, явно перенаселенном городе. Из достоверных источников я узнал, что герцог Критский остановился у старинного своего приятеля, Эйленберга, в его имении, расположенном в городском предместье. Но приглашения туда раздобыть я не смог,-это вообще не представлялось возможным,-а когда я явился туда просто так, дальше ворот меня не пустили, сообщив только, что посетителей не принимают. Таким образом, не желая раскрывать своего настоящего имени,-и тем самым смущать Эйленберга, который был моему дядюшке близким другом и состоял с нами в дальнем родстве,-я сам создал себе дополнительное препятствие. Какое-то время я обивал каблуки по венским мостовым в надежде на случайную встречу с Эйленбергом, или герцогом, или обоими сразу. Но они так и не появились. Ходили слухи, что они сейчас поглощены неким важным научным опытом и вообще никуда не выходят. Все расспросы мои относительно герцогини также не принесли никаких плодов. Она как будто исчезла, растворилась в воздухе у самых городских ворот, из чего я заключил, что она решила не задерживаться в Вене и теперь уже опередила меня на несколько дней пути, если вообще не достигла Праги.

Словно в каком-то оцепенении, сотканном из сумасшедших догадок и неуверенности, я отбыл в Прагу. В последнее время я вообще не мог спать по ночам: меня донимали кошмарные сны, где я видел себя обнаженным, с мечом в руке... я бродил по подземным тоннелям в поисках какого-то громадного зверя, источающего зловоние... полузверя-получеловека, наделенного необычайной силой... чудовища, которое явилось на свет с единственной целью-уничтожить меня. Иногда в снах этих со мною была Либусса. Она улыбалась мне. Быть может, дразнила меня, насмехалась. Я никак не мог определить, любила она меня или просто использовала для каких-то ужасных своих забав, ведомых только ей. Иной раз она мне являлась не женщиной, но каким-то фантастическим существом. Или в мужском одеянии,-и называлась тогда своим братом. Так смущенный мой изнемогающий разум пытался извлечь хоть какую-то логику из всех этих противоречивых историй, каковые довелось мне услышать, преследуя женщину, встреченною мной лишь однажды и мимоходом.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать