Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Французский поцелуй (страница 92)


— Это не то же самое, — заметил он. — Те имена принадлежат к эпохе Фицжеральда, Модильяни и Ман Рэя.

Она кивнула. — Конечно, не то же самое. Как и все в мире.

— В мире полицейского, — возразил он, — ничего не изменяется, все остается тем же самым. Знаешь, каким образом мы ловим преступников? Они просто не могут не повторяться. В этой вечной повторяемости есть своеобразная патетика бытия, ей-богу.

Он прошел сквозь сверкающий золотом и багрянцем зал в вестибюль, чтобы позвонить Диане, но на сей раз ему не повезло. Вернувшись к столику, продолжил разговор:

— Серьезно, что с тобой? Ты совсем ничего не ешь.

— Ты тоже.

— У меня есть оправдание: все болит, как у восьмидесятилетнего старика, и один бог знает, как эти боли сказываются на пищеварении. Ну а ты, что скажешь?

Сутан помешала свой кофе. Понаблюдав, как ложечка вращается в чашке, рассекая черную жидкость, она промолвила:

— Прошлой ночью в постели я выкрикнула имя Терри.

— Да? Ну и что из этого?

— В этот момент я была с Крисом.

— А-а.

Она облизала ложку, положила ее на блюдечко.

— Ну, какое ты можешь сделать, заявление по этому поводу?

— Э-э, я не знал... То есть, мне как-то не приходило в голову, что вы с ним...

— Ну а теперь, когда знаешь?

— Интересно, каково это спать с двумя братьями?

Сутан чуть не швырнула ему в лицо чашку с кофе. Он знал это, но, тем не менее, не шелохнулся. Наконец Сутан ответила:

— Если ты не гомик, то этим ты не сможешь насладиться никогда.

— Братья, сестры... Какая разница? Ты знаешь, что я имел в виду, задавая свой вопрос.

— Знаю. Как не знать? — Она все еще злилась.

— Мне кажется, что этот вопрос вполне естественен. Держу пари, он же пришел в голову Криса, когда ты крикнула: «Терри!» ему прямо в ухо.

— Чепуха! — Но она вспомнила взгляд, который на нее бросил Крис, когда они уходили из отеля, и подумала, что Сив, пожалуй, прав.

Видя выражение ее лица, Сив добавил:

— Я человек посторонний. И поэтому могу позволить себе сказать правду, когда ты задаешь деликатные вопросы. — Он залпом выпил полчашки кофе. — Кстати, ты проявила колоссальную выдержку, когда решила оставить свой кофе в чашке.

— Как это тебе удается заставить людей смеяться, даже когда они на тебя сердятся?

Его улыбка стала еще шире.

— А это одна из штучек, которым научил меня мой старик. Он мне внушал, что умение делать это помогает выжить. Это, да еще как таскать кирпичи, — вот и все, что он знал.

— Крис оставил в Нью-Йорке девушку.

— Да, я знаю.

— Знаешь?

— Только из полицейского досье. Ее зовут Аликс Лэйн. Когда Транг вломился в квартиру Криса, она серьезно пострадала. Знаешь, кто она? — Сутан покачала головой. — Помощник прокурора округа и в нью-йоркском суде обычно выступает государственным обвинителем.

— Он пытался дозвониться до больницы, где она лежит, и поговорить с ней.

— Я полагаю, это ему еще долго не удастся сделать, — сказал Сив.

— Ты имеешь в виду, что она очень сильно ранена?

— Весьма. Транг полоснул ей по горлу.

— О Боже? — Ее ложечка звякнула о чашку.

— Да, попала она в передрягу, это верно. — Сив испытующе посмотрел на нее. — Ты что, думаешь Крис вернется к ней из-за того, что она перенесла ради него?

— Сейчас я не могу ни о чем думать, кроме того, что желаю от души, чтобы это дело поскорее кончалось. Чтобы Трангу пришел конец.

— У нас с вами желания совпадают в этом вопросе, леди.

Она обхватила голову руками.

— Но он все жив! И где-то бродит неподалеку. Надо поскорее найти его и через него выйти на Волшебника.

— Послушай, — сказал Сив, — тебе вовсе не обязательно в это дело встревать. Ты можешь хоть сейчас позабыть, что существовал такой человек по имени Транг.

— Ты что, думаешь, что я могу позабыть, что и человек по имени Терри существовал, и что Транг с ним сделал?

— Это не одно и то же.

— Почему я должна не вмешиваться? Потому что я женщина?

— Нет, потому, что ты не работаешь в полиции.

— Не то ты хотел сказать, и прекрасно сам об этом знаешь.

Он заглянул в свою чашку, пытаясь представить Диану, выслеживающую Транга, если Трангу удастся убить его. И не смог.

— Ты права, — признал он. — Конечно, менталитет полицейского тоже имеет к делу некоторое отношение, но, главное, я не думаю, что женщина может иметь достаточно одноколейное сознание и упрямство, чтобы довести до конца утомительную охоту на человека.

— Ты думаешь, что женщина рождает ребеночка или двух, а потом, удовлетворив таким образом материнский инстинкт, сразу же забывает об этом?

Он улыбнулся ее шутке.

— У женщин на уме всегда что-то более важное, чем смерть. Скажем так: Джек Потрошитель просто не мог быть женщиной, — и поставим на этом точку.

— Я выслежу Транга, — сказала Сутан, — и я убью его.

— Только не от моего имени, леди.

Она фыркнула.

— Нужда была морочить себе голову!

Он улыбнулся, и она поняла, что все эти разговоры он затеял, чтобы еще более упрочить ее желание принять участие в охоте. Что он знает о Пор-Шуази и вообще о Париже? Она нужна ему и в качестве приманки, и в качестве гида.

— Что бы ты делал без меня? — полушутя-полусерьезно спросила она.

Он допил свой кофе.

— Отставим в сторону женскую браваду, — сказал он. — Я не хочу, чтобы ты в одиночку выслеживала Транга. Ты это уже пыталась делать и знаешь, что из этого вышло.

Лицо Сутан покраснело от гнева.

— Уж этот подонок Крис! Я ведь ему говорила по

секрету.

Сив кивнул.

— Возможно. Но ситуация радикально переменилась. Он сказал мне, беспокоясь о тебе. Он...

— Мне наплевать, каковы были его мотивы, когда он тебе все рассказывал.

— Не верю. Для того, чтобы разжигать в себе нехорошие чувства по этому поводу, надо быть или необычайно глупой, или просто невежественной. А ты — не то и не другое.

— Ты думаешь, что знаешь все на свете, не так ли?

— Я всегда пытаюсь докопаться до истины, — ответил он. — В моей профессии знание — самый ценный товар. — Он немного погонял чашку по блюдцу. — Ну а если отвечать на твой вопрос не в такой косвенной форме, то скажу, что знаю только то, что вижу и что слышу, — не более того.

— Когда я увижу Транга в следующий раз, — сказала она, — я убью его. И если ты мне не веришь, ты просто дурак.

Сив пожал плечами.

— Я не сомневаюсь, что ты попытаешься это сделать. Но смотри, как бы не попасть впросак, потому что Транг съест тебя без соли и перца. Если верить Крису, ты для серьезного боя слишком перепугана. Он не ошибается?

Сутан отвернулась и промолчала.

— Было бы противоестественно, если бы ты небоялась Транга, — мягко заметил Сив.

— Я не Транга боюсь, — сказала она. — Себя. — Она рассказала ему о том, как Мун научил ее убивать. Но о том, что она уже убивала, решила промолчать. Это слишком личное, слишком болезненное переживание. Она даже жалела, что рассказала об этом Крису. Тот факт, что он знает об убийстве и о ее раскаянии, от которого она чуть не наложила на себя руки, заставило ее чувствовать себя слабой и уязвимой. Сив, между прочим, тоже странным образом вызывал в ней это чувство.

— Мне кажется, эта идея Муна обучать тебя боевым искусствам была вполне здравой.

— Это упрощенческий подход.

— Да? А я думал, реалистический. Сутан наклонила голову. — Как твоя жена реагирует на твой эмоциональный дефицит?

— Я неженат.

— Ну тогда твоя подружка. — Она взглянула на него. — Уж подружка-то у тебя в Нью-Йорке есть, надеюсь?

— Подружка? — переспросил он, подумав про Диану. — Не знаю.

Она рассмеялась. — Ну и ответ! Что ты имеешь в виду под своим «не знаю»?

— Да есть кое-кто, — сказал он нерешительно, — но я не уверен...

— В ней или в себе?

Он допил и поставил чашку на стол.

— Пойдем. Здесь становится слишком людно.

— Как в Нью-Йорке, верно? — Она удержала его за руку. — Сядь, пожалуйста. Ты ведь сам сказал, что мы — люди посторонние по отношению друг к другу. И поэтому нет такого, что мы постеснялись бы сказать. — Она засмеялась. — Ты не знаешь меня достаточно для того, чтобы обижаться на мои слова, а я не знаю тебя достаточно для того, чтобы лгать, щадя твои чувства.

Сив снова уселся на свое место. В соседней с ними кабинке женщина в черном шелковом платье фирмы «Шанель» и в шапочке из шкуры леопарда, пришпиленной к ее светлым волосам при помощи бриллиантовой броши, поедала устрицы. Она даже не потрудилась снять перчаток.

— В Нью-Йорке все совсем по-другому, — заметил Сив. Когда им принесли еще кофе, он рассказал о Диане, закончив так:

— Я никогда не умел устанавливать отношения с девушками. Работа отнимает у меня слишком большую часть жизни.

— Очень удобная отговорка.

— Что?

— Я говорю, очень удобно пользоваться этим аргументом, чтобы порвать отношения, когда они становятся слишком серьезными или обременительными.

— Да нет, ты меня не поняла. Все совсем не так.

— Не так? Еще скажешь, что не дорожишь своим холостяцким комфортом?

— Полицейский, особенно такой, как я, не знает, что такое комфорт. Частенько мне приходится проводить ночь на переднем сидении машины. Я ем холодную и склизкую жареную картошку и пью кофе такой густой и черный, что ты могла бы использовать его вместо туши для ресниц.

— Я не говорю про твою работу, — возразила Сутан. — Я говорю про тебя самого. Я думаю, ты испытываешь дискомфорт, когда замечаешь, что кто-то рядом с тобой испытывает сильные чувства.

— Господи, да я даже не знаю, что такое сильные чувства, — признался он.

— Перестань обманывать сам себя! Это знает каждый. Вопрос только в том, предпочтет он показать это или нет.

— Откуда это ты все знаешь?

— Я удивлена, что ты об этом спрашиваешь, — ответила она. — Любить двух братьев — это настоящая школа для воспитания чувств.

Группа подростков ввалилась в двери и метрдотель указал им кабинку, где можно сесть. Через минуту оттуда валил дым, как от погребального костра.

Сив долгое время сидел уставившись на них, а может, просто в пустоту. Наконец он повернулся к Сутан.

— По правде говоря, я боюсь.

— Боишься запутаться в отношениях? Все боятся. Он покачал головой. — Да нет, не этого. Во всяком случае, не главным образом этого. — Он оглянулся вокруг, ища глазами официанта. — Я хочу чего-нибудь выпить. — Он заказал виски и опрокинул себе в рот одним залпом. — Знаешь, чего я больше всего боюсь? Смерти.

— Это просто смешно, — сказала она. — С твоей-то профессией! Тогда тебе лучше бы быть бухгалтером или библиотекарем.

— Возможно. Но тогда я не мог бы жить в согласии с самим собой.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать