Жанр: Проза » Роберт Музиль » Афоризмы (страница 8)


Сюда же: как вдвигаются друг в друга эпохи.

Политика: должна считаться с "самым мелким индивидуальным сознанием"; у нее ровно столько же общего с "великим общим знаменателем", как и с "мельчайшим общим кратным числом". Духовный уровень ее идей должен так воздействовать на аффекты, чтобы увлечь за собой по меньшей мере большинство. Такие средства выражения и следует найти.

Можно ли делать политику только силами писательской академии? Определенное оправдание национал-социализма.

Самая большая из мыслей, способная уместиться в каждой голове.

Мельчайшая из всеобъемлющих идей

Политика захватывает аффекты. Искусство их воспитывает.

Из жизни общества. Уже и венские газеты с большей или меньшей помпой печатают подобные новости!

Что это - нехватка характера? Нет, это излишек (бывшего) характера и нехватка интеллекта. Прежде они это презирали, потешались над этим; ну и что из того - а теперь вот печатаем!

Судьбу книги не выражает ни ее отношение к народу, ни к лучшим его представителям, а лишь успех или неприятие ее или интерес к ней со стороны узкой прослойки более или менее посредственных дарований.

Я и мы. II. Для молодого человека в первую голову важно настоящее, все прошлое для него - одно большое кладбище. Чем заставлять его бездумно зубрить даты с этих могильных плит, лучше растолковать ему, что там покоится его истинная, живая и горячая жизнь, причем в бесконечно большей концентрации, чем в настоящем.

Новый дух. Не выставляйте себя на посмешище! Дух этот со времени ? один и тот же, хоть манера его проявления и меняется, в отдельных личностях его то больше, то меньше.

Начало и конец возвышения личности приходятся на эпоху тирании! До чего же знаменательно! Насколько исполнение, а не изначальность.

Но - личные и коллективные тираны?

Молодость склонна переоценивать все самое новое, ибо чувствует себя с ним ровесницей. Тем горше несчастье, ежели это ее самое новое оказывается еще и плохим.

Образцовым воплощением гуманизма был ионический оратор в сенате: Буркхард, Культура Ренессанса в Италии, т. I, р. 261 (III раздел, глава 7). В наше время это адвокат. Отдельные критерии речи тоже унаследовались. Это составная часть парламентаризма как идеал.

Чтение. О том, что его когда-нибудь надо описать. Важно в чтении романа: жить в ином мире. Мир для всех, мир для немногих - это подкатегории.

Политика есть воля, а не истина. Очень примитивная формулировка, но чреватая последствиями. Между политикой и духом существуют подобные же взаимосвязи, как между волей и истиной. Развитие одной эпохи рассматривать как единство; это просто взаимная зависимость, но функции следует разделять.

Политика. Основополагающее откровение нового времени состоит в том, что человеку, завладевшему средствами грубого насилия, бояться нечего.

Следующим шагом должен обрести голос неиндивидуальный героизм. Неподконтрольность войны и мира. Это, возможно, приведет к понятию: пассивность как современное оружие, (ср. проч.: Кто умеет терпеть - многого достигнет в жизни.)

Примечательным контрастом к этому - та романтика, в которую облекается развитие этих тенденций в Германии. Весь этот парадный марш богов и мейстерзингеровщина.

Героическое. После того, как героическое в искусстве почти вымерло (последний его представитель Р. М., до него Дузе), оно снизошло на Г.

К психологии сна. Первично здесь расслабление представлений, ускользание во все стороны, мышление, каким его воспринимаешь в полусне. Им-то при определенных обстоятельствах и завладевает аффективная тенденция и делает из этого материала историю.

Дурное общество. Нельзя ли развитие среднего человека подвести под такую категорию: попал в дурное общество, а именно - в общество других средних людей?! (к примеру, если бы я в свое время стал членом студенческой корпорации).

Таинственная геометрическая прогрессия изменений времени.

Томас Манн. То, что он способен хвалить стольких писателей, не довольствуясь просто тем, что они ему нравятся, связано с его успехом в наше время: ибо это время, наряду со многим прочим, любит и большинство из хвалимых им писателей.

И критикам, историкам литературы, издателям тоже приходится очень много всего любить.

Но ведь есть еще возможность любить литературу, даже если поминаешь ее недобрым словом.

Я, например, в своей критике полярно противостою почти всему. Отчасти это означает, что я несовременен, отчасти, возможно, что просто неучтив. Предлагаются также следующие истолкования: аутизм, негативизм, фанатизм со всеми его вариациями (система, ограниченность, шизоидный компонент и т. д.). Правда же в том, что я хотя и редко "оттаиваю", но оттаивать все же могу и тогда чувствую некоторую раскрепощенность; но и то правда, что я, к примеру, в случае с Т. М. своего суждения, собственно, никогда не менял, только декорировал по-разному. Опять же о начинающих и проч. я с легкостью сужу слишком хорошо, сам себя при этом чувствую необъективным, но насколько глубоко это у меня идет?

Политические вопросы, поелику они вписываются в раздел "Заметки и фрагменты", пока что имеют подразделы: "Власть" (и проч. состояния) и "Коллективизм-индивидуализм".

К последней альтернативе. 1. Что коллективному нужен индивидуум - это лежит на поверхности. В таком случае речь идет о различиях в использовании индивидуального. Что ликвидируется -

так это эпоха гения. А точнее - гения культуры. Это вымирающая история со времен Возрождения. Как горы, где высочайшие пики приходятся иной раз на конец хребта: Кант, Гете...; истинный же апогей - Гегель, Фихте, создатели тотальных систем, конкурирующих с Богом.

Но Гегель: история есть путь Бога сквозь мироздание. Где? (Или у него сказано: государство есть путь Бога сквозь историю?)

К коллективизму относится, например, хотя бы практика производства завышенных тиражей, ульштайнизация. У гениального тем самым как бы отнято его законное место. Способен ли я его вернуть?

2). Однако ожидать от массы нового достижения - возможно, не такая уж мистика. См. философия истории в "Войне и мире". Масса создает своих вождей. Статистически это можно обосновать понятием шанса, возможности. Определенные типы людей в определенных ситуациях имеют повышенные шансы, и так из возможных вождей образуется действительный.

Гений был бы "не в духе времени".

Архитектура. Репрезентативное воплощение воли, направленной в будущее. - Плохая: воплощение воли, направленной в прошлое; хотя может быть и очень милой. Современное зодчество: современная воля, реализованная с учетом обстоятельств, вполне правильно определить как современный стиль. Воля к будущему, разумеется, не имеет иных средств выражения, кроме архитектурной мимики, то есть средства весьма ограниченного и такого, которое вечно переоценивают дилетанты.

Размышляя над профессиональной политикой (ремесленников и т. п.). Разумеется и мы, люди творческих профессий, абсолютно наивно требуем соблюдения наших сословных интересов, когда взыскуем от государства больше культуры. В точности как в утопии духовного государства. Тогда как же, черт возьми, должно все это выглядеть на самом деле?

Слава. По поводу замечаний обо мне О. Есть два принципиально различных вида знаменитых людей: 1) те, кого все знают и 2) те, кого все должны бы знать. Эти вторые приходят и исчезают вместе с культурой. (Вторые приходят и исчезают и сами по себе - см. примеры у Буркхарда: даже в эпоху Ренессанса были свои - и большие - дутые величины.)

Много бед от того, что люди пошли за развитием техники, делая вид, будто все умеют с ней управляться.

Слава. Есть два в корне различных вида знаменитостей: те, кого все знают, и те, кого все должны бы знать.

Слава одних вытекает из естественных склонностей, слава других - из требований культуры. И по сути это различие между пресловутостью и славой или, выражаясь менее старомодно, между дурной славой и славой просто.

Различие это следовало бы соблюдать, однако никто этого не делает, потому что пресловутые хотят поживиться славой, а прославленные совсем непрочь побыть и пресловутыми.

Одни - многопоминаемые; другие - многочтимые. И по сути это...

Сохранить же это...

То, что в наши дни эти вещи путают, что прославленные хотят быть пресловутыми, а пресловутые - прославлены, сопряжено с утратой понятия культуры. С этой же утратой сопряжено как поклонение мерзавцам, так и невероятные цифры тиражей и т. п.

При демократии прославленные хотели быть и пресловутыми, а пресловутые были прославлены.

Сейчас второе сохранилось, а прославленных просто не осталось.

Слава. Есть два в корне различных вида знаменитых людей: те, кого все знают, и те, кого все должны бы знать. Слава одних вытекает из естественных склонностей, слава других - из требований культуры. Одну славу разливают, как пиво в трактире, вторую выдают, как по рецепту в аптеке. Идеал, когда обе сольются в одну, лежит в бесконечности. А посему, чтобы и природе угодить, и от культуры взять что-то поучительное, завели обыкновение публично писать о знаменитостях второго вида так, как если бы они и вправду были людьми прославленными. Весьма любезная и эффективная метода. Однако зачастую она напоминает о тех несколько неловких оборотах речи, что приняты в обществе, когда надобно представить такую вот безвестную знаменитость: "Надеюсь, мне не надо рассказывать Вам, кто такой господин X." - примерно так они звучат, являя собой вернейшую примету, что тот, к кому так обратились, о незнакомце понятия не имеет. В обществе, однако, хотя бы задним числом и по секрету, все же сообщают, кто таков незнакомец в действительности; на пути к публичной славе обычно даже это забывают сделать.

Примечательно. Году этак в 1900 тиражи маленькие. После 1919 уже большие. Казалось бы, прогресс. Литература понадобилась коммерсанту, потом ВПК, и наконец вообще государству. Вполне последовательное развитие. Ироническая контр-параллель: кино поначалу было штукой сугубо индустриальной, но позднее стало "искусством".

Вечностный характер произведений литературы. Есть ли таковой, какой-то особый, который можно было бы более или менее без погрешностей выявить, отвлекаясь от сверхвысокой художественной ценности? Относительная простота изложения при сильной образности и т. п. могла бы способствовать длительному благоприятствованию. (Но самое главное - на старте.)



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать