Жанр: Фэнтези » Эрик Ластбадер » Дай-сан (страница 49)


Но Маккон быстро пришел в себя, и, как только Воин Заката выпрямился, прозрачные когти опять потянулись к нему. Он ощутил сырое, зловонное дыхание чудовища, душившее его тошнотворными нутряными запахами, и ударил сжатым кулаком по черепу твари. Маккон зашатался и завалился на бок, опасно размахивая длинными руками, но снова сделал обманное движение и, пробив защиту Воина Заката, попал лапой ему по щеке. Лицо мгновенно онемело. Ему показалось, будто у него разлетелась скула. Зрение в одном глазу вдруг помутилось, и он потерял глубину восприятия. Что-то холодное и липкое обвилось вокруг шеи. Хвост Маккона… И тут же к его глазам устремились сверкающие когти. Маккон все-таки зацепил его. Воин Заката выбросил вверх кулак в перчатке, ударив снизу по мерзкому клюву. Клюв разломился, тварь взвыла от боли и ярости, однако, петля из хвоста сжимала горло все туже, не выпуская воздух из легких, и, как только организм израсходовал весь кислород, началось отравление углекислым газом. Он сам себя убивал.

Воин Заката с трудом дотянулся до короткого меча. Девственно-чистый клинок зашелестел в воздухе, словно рассказывая о тайнах войны, смерти и разрушения, и он, не глядя, ткнул мечом вверх, в разорванную пасть. Он искал рану на уже поврежденной шкуре, нащупывал ее клинком. Но Маккон извернулся, не позволив кончику меча добраться до уязвимой точки у него на нёбе. Липкая черная кровь чудовища стекала на Воина Заката тошнотворной волной, а прозрачные когти искали точку опоры у него на руке, раздирая плоть. Время свелось к веренице мучительно кратких мгновений, в течение которых Воин Заката наносил удары мечом, а Маккон впрыскивал в его вены свой леденящий яд. Лохмотья плоти и зловонное дыхание.

Лед превратился в алый поток, уносящий из него силу. Капли сверкающей смерти вливались в его кровь. Но Воин Заката не обращал внимания на усиливающуюся боль. Наконец зрение полностью восстановилось. Он еще на сантиметр сдвинулся влево, резко выпрямил ногу и ударил под нужным углом Маккону под подбородок, вложив в удар всю свою силу. Чудовище взвыло. Хвост его развернулся как плеть, но смертоносные когти не отпустили его руки. Воин Заката всадил меч Маккону в пасть, ощутив, как клинок пронзает нёбо и рассекает мозг твари. Маккон дернулся над ним в последней попытке опередить сверкающий меч, но Воин Заката продолжал давить, прилагая неимоверные усилия, пока мышцы не запросили пощады, не выдерживая напряжения. Опрокинув громадную тушу на спину, он уселся на Маккона верхом и обеими руками вонзил клинок в голову своего врага, пробив затылок яростным ударом. Кончик меча зарылся в белый иней.

Огромное тело судорожно содрогнулось. Воин Заката выдернул короткий меч. Искромсанная морда уткнулась в снег.

Он вытер меч снегом, вложил его в ножны и подобрал Ака-и-цуши и откатившийся в сторону шлем. Переложил длинный меч в левую руку и надел шлем на голову.

Янтарное небо уже темнело, хотя до захода солнца оставалось еще много времени. День умер, и мир погрузился в вечные сумерки.

Покинув прогалину, на которой осталось лежать, истекая черной жижей, распростертое тело поверженного Маккона, он направился на север, вглубь запутанного, обугленного лабиринта.

Здесь не пели птицы, среди ветвей не жужжали насекомые; здесь не было ни кустов, ни лишайников — ничего, кроме нескончаемых стволов, напоминавших могильные столбы, наспех врытые в промерзшую, заснеженную землю.

Дорога вдруг круто пошла в гору. Теперь повсюду среди деревьев громоздились серые валуны, а деревья с упрямой яростью тянулись к небу, словно презирая смертоносную силу огня, лишившего их листвы.

Он начал подниматься на высокий хребет, пробираясь сквозь снег и лед, цепляясь за почерневшие ветви и подтягиваясь на них, чтобы идти быстрее.

Хребет извилистой линией уходил вверх, словно загибаясь дугой к краю света. Приблизившись к перевалу, Воин Заката увидел алую ткань, раздуваемую сырым ветром — знамена проклятых.

Его ребристый панцирь блеснул бирюзово-зеленым светом, когда он поднес руку к высокому шлему и аккуратно опустил забрало. И мир вдруг сузился, ограниченный черной решеткой, этим прибежищем мести смерти. Багряные знамена манили его к себе.

Он поднялся на самый верх, где его уже ждал огромный воин в броне из резного обсидиана. Он стоял поперек гребня, широко расставив ноги. На нагруднике у него тускло отсвечивала алая ящерица, похожая на большой, неправильной формы рубин. За спиной у него развевался алый плащ.

Выступавшие на лице складки жира надежно скрывали высокие скулы, которые Ронин счел бы чужими на этом знакомом лице. Складки кожи искусно маскировали форму продолговатых миндалевидных глаз с ярким обсидиановым блеском, но сейчас под слоями жира и плоти Воин Заката разглядел характерное для буджунов строение костей лица. А где правый глаз Саламандры? На его месте зияла дыра, кое-как прикрытая повязкой. Не прощальный ли это подарок от Боннедюка?

— Ты нашел меня, Ронин. Как это глупо с твоей стороны.

Мечи скрестились и разошлись со звоном. Они стояли лицом друг к другу.

— Вижу, твои новые друзья дали тебе другой меч, — заметил Саламандра, — но он тебе не поможет. Ты никогда и ни в чем не мог сравниться со мной.

Они испытующе разглядывали друг друга.

— Ты до сих пор убежден, что наказание за твое предательство слишком сурово? Верность — тяжелый урок, но, усвоив его, можно надеяться на спасение.

— Фрейдал мертв. — Голос Воина Заката был приглушен

закрытым шлемом, и Саламандра не уловил в нем новых, непривычных ноток.

— Что ж, от своего ученика меньшего я и не ждал. Его смерть была медленной и мучительной? Должна бы. Он был садистом.

Воин Заката рассмеялся.

— Что тебя забавляет?

— К'рин.

Он сумел произнести это имя недрогнувшим голосом.

— Ты пренебрег мной! — воскликнул Саламандра. — Я тебя сделал. Только благодаря мне ты стал тем, что ты есть. Я один знал, каким ты сможешь стать. Ты был глиной в моих руках. Ты не имел права уходить!

Полетели сине-белые искры, эхом раскатился лязг металла. Воин Заката молчал. За него говорил Ака-и-цуши.

— Теперь во мне его сила, — сказал Саламандра. — Что тебе принесет твоя месть? Ничего, кроме смерти!

Их мечи снова скрестились; нанося косые удары, они передвигались по неровному гребню извилистого хребта — белого шрама на сером с коричневым теле земли.

— Меня тебе не одурачить новым оружием и доспехами! Мне сказали, чего можно ждать от тебя.

Его смех прокатился по лесу, резкий и искаженный густым, вязким воздухом. Исковерканные деревья, словно расколотые зеркала, отражали фрагменты бесформенных образов.

Воин Заката налетел на Саламандру с серией коротких рубящих ударов, но тот отбил все, не сходя с места, и стремительно контратаковал. Его клинок превратился в сверкающую молнию, и теперь Воину Заката пришлось отбивать все направленные на него удары.

Они бросались друг на друга, наносили удары, делали обманные выпады и движения. Саламандра переместился вправо, замахнувшись мечом по пологой дуге, и, когда меч дошел до высшей точки траектории и начал опускаться. Воин Заката сдвинулся, чтобы отразить атаку. Но в последний момент Саламандра метнулся в другую сторону и ударил Воина Заката коленом по бедру, прямо под нижний край ребристого панциря.

Нога Саламандры мелькнула в воздухе, и Воин Заката получил удар в подбородок. Он пошатнулся, уже предчувствуя неминуемый смертоносный удар, нацеленный в незащищенную шею. Он знал, что за этим последует, он явственно услышал тихий посвист клинка, готового снести ему голову. Он качнулся, оставшись на месте, поднял левую руку и почти безучастно дождался, пока меч Саламандры не ударит по перчатке из шкуры Маккона. Не причинив ни малейшего вреда, лезвие соскользнуло по сверкающим чешуйкам.

Он заглянул в застывшие глубины глаз Саламандры и только теперь увидел первый проблеск эмоций, давно неведомых этому человеку. Лишь мгновение трепетал этот едва теплящийся огонек. Потом он исчез, вытесненный ровным блеском черных зрачков.

— Если хочешь чародейства, — прошипел Саламандра, — будет тебе чародейство.

Промелькнул алый вихрь, и Саламандра исчез. На его месте стоял его тезка, тускло-красный гигантский ящер с трепещущим раздвоенным языком, который высовывался из безгубого рта на клинообразной голове.

Раскрыв пасть, ящер с шипением прыгнул на Воина Заката, попытавшись вцепиться ему в лицо. С его зубов капал темный яд. Но Воин Заката нанес боковой удар, и Ака-и-цуши легко рассек ящеру брюхо, словно оно было из рисовой бумаги. Его обдало теплым облаком зловония.

Ящер бесследно исчез.

— Ты разделался с моим слугой, — сказал Саламандра, возвращаясь на прежнее место в окружении алого и ониксового света. — Но все-таки я тебя задержал, и скоро здесь будет Маккон.

Воин Заката ударил вниз, поперек, наискось, пробивая защиту Саламандры.

— Последний Маккон мертв.

И снова в глазах Саламандры блеснул тот же чуждый огонек.

— Не верю. Ты не мог его убить.

— Это тот, что с прозрачными когтями? Я его убил. Он остался лежать там, в лесу. Еще одна пожива для стервятников.

— Выходит, я тебя недооценил?

Пока они говорили. Саламандра извлек из складок развевающейся одежды черный металлический веер с кисточками на конце. На его рукояти Воин Заката увидел заостренный дзитте и настроился на решительный поединок, поскольку память Ронина ему подсказала, что никто во Фригольде не мог устоять против Саламандры, когда он решал воспользоваться гунсеном. В давние времена учеников бросало в дрожь при одном только виде этого оружия, потому что все знали, что Саламандра раскрывал его лишь в тех случаях, когда хотел убить.

Раскрытый гунсен трепетал в душном воздухе, словно крылья смертельно ядовитого насекомого. В неверном свете черный металл казался матовым, а заостренный дзитте представлял постоянную угрозу даже в качестве оружия обороны.

Воин Заката атаковал коротким мечом, нанося удар снизу, от бедра, а гунсен продолжал выписывать в воздухе узоры, которые редко кому удавалось увидеть. Дзитте зацепился за его меч рядом с узкой гардой. Саламандра провернул кисть, а другой рукой сделал стремительное, неуловимое движение.

За мгновение до этого Воин Заката успел разглядеть проблеск бледного света на одном из заостренных кончиков. Он пригнулся. Расстояние между ними работало сейчас и за, и против него. У него не было времени на то, чтобы уйти от удара, но и оружие противника не могло набрать нужной скорости.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать