Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Мико (страница 101)


Но на этот раз, мне кажется, она не понимала, какого зверя держит за хвост. Томкин сразу замолчал, не стал с ней спорить, сразу понял, что с ней не договориться.

В общем, он позвонил Минку, а Минк напустил на нее своих ищеек. Эти ничего не обсуждали и особо не думали. Все, за что брались Минк и Томкин, заходило слишком далеко.

Понятно, Томкин был там. Анджела ни за что не открыла бы людям Минка. Томкин был впереди. Но когда она сняла дверную цепочку, туда ввалилось трое.

— Значит, Томкин присутствовал при том, как ее убивали? — Голос у Кроукера дрожал, потому что ее ответ был очень важен для него.

— Он был в квартире, но не в спальне. Полез в бар за выпивкой, чтобы успокоиться. У него так дрожали руки, что он пролил больше, чем попало в стакан. Я видела это из шкафа, где пряталась. Я как раз выходила из ванной, когда она пошла открывать дверь. — Глаза у нее затуманились, словно утратили цвет. — Я услышала ее крик. Тонкий такой, словно собака взвизгнула от удара. — Она пожала плечами. — Не знаю почему, но я сразу залезла в шкаф.

— Значит, ты была свидетельницей?

— Они ничего особенно плохого с ней не сделали.

Голос у Аликс звучал невыразительно и вяло. Может быть, подумал Кроукер, это защитная реакция на то, чего никому не приведи Бог видеть. Он взял ее за руку.

— Они были... такие деловитые. Все произошло очень быстро. Меня это просто потрясло. Такой ужас... Я всегда думала, что требуется много времени, чтобы лишить человека жизни. — Она на секунду закрыла глаза. На ресницах блеснула слеза. — Потом они все сделали так, чтобы это не было похоже на расправу. Потом зашли в комнату и убрали за Томкиным. Меня не нашли только потому, что я пробралась в потайную комнату, которую Анджела устроила, чтобы хранить меха и драгоценности. Она обожала с ними забавляться. Я очень боялась, что меня найдут. — Тогда меня не заметили, но они, должно быть, знали о моих отношениях с Анджелой, потому что нашли меня через неделю после того, как я прилетела в Ки-Уэст. За это время они хорошо поработали и знали, где я была той ночью, знали, что я все видела. Люди Минка — профессионалы.

— Вот я все и узнал, — произнес Кроукер в сторону.

Он положил обе руки на руль. Правда была близко, хоть и не слишком. Про себя он смеялся, иронично и горько. Истина не бывает черной или белой. Томкин не убивал Анджелу, он ее просто подставил. Он не отдавал приказ, не исполнял этот приказ. Он просто был рядом, в соседней комнате. Виновен, ваша честь, пронеслось у Кроукера в голове, но в чем виновен? Это не убийство второй степени, даже не непредумышленное убийство. Соучастие. Все было сделано из Вашингтона, самим Минком.

Двуличный хищный Минк, горько подумал Кроукер. Сколько он еще совершил убийств? Анджела Дидион была лишь одной из его многочисленных жертв. Он почувствовал себя в вакууме, и это навеяло печаль. Трясина, бесформенная и безликая, раскинулась вокруг. Что делать теперь, когда убийца Анджелы Дидион ему известен? Он знал наверняка, что не сможет предъявить Минку ни обвинений в этом убийстве, ни в любом другом. Он проиграл.

Солнечный свет ослепил его, когда они наконец выехали из туннеля в Манхэттен. Кроукер свернул направо к Тридцать седьмой улице, здесь повернул налево, проехал несколько кварталов, остановился на светофоре, повернул направо и направился ко Второй авеню. Ему казалось, что весь город показывает на них пальцами.

Гнев кипел в нем, неосознанный гнев на Аликс. Женская логика всегда была ему непонятна. Почему она не рассказала ему этого раньше? Хотя что он мог сделать? Им все равно пришлось бы уезжать.

К черту, к черту, к черту!

Она прикоснулась к его руке, и он взглянул на нее.

— Прости меня за то, что я все это тебе рассказала. Ты ведь не виноват. — Она поправила волосы. — Я бы там больше не выдержала. Как в тюрьме — даже хуже. По крайней мере в тюрьме, наверное, знаешь, где находишься. В Ки-Уэсте с этими двумя никогда не знаешь, чего от них ожидать. Приедет ли снова Минк? Или его чувства угасли? И тогда меня убьют? Мне начало казаться, что у меня в голове шар, который становится все больше с каждым днем. Скоро останется один шар, который вытеснит все мозги, и я не смогу думать. — Она попыталась засмеяться. — Правда, глупо?

— Нет, — нежно сказал Кроукер. — Не глупо. Просто замечательно, как она смогла погасить его ярость. Всего лишь прикоснулась к нему, посмотрела на него, и вся злость обратилась в прах.

Она тихо вздохнула, словно ей было очень важно, что он поддержал ее.

— Я хотела рассказать тебе сразу, мне было важно, Лью, чтобы ты мне поверил.

— Я верю.

Она повернулась к нему.

— Сказать легко.

— Я ничего просто так не говорю, Аликс.

Казалось, она поверила ему.

— Я была в шоке, а ты как... даже не знаю... как с неба свалился.

— Рыцарь на белом коне.

Это была шутка, но она восприняла ее серьезно.

— Да, я так хотела в это верить. Но я боялась. Слишком хорошо, чтобы быть на самом деле. Я столько времени была на прицеле, все, что я знала, — это как бомба с часовым механизмом... Мне это напоминало ощущения, которые я испытывала, когда была подростком, самой симпатичной девчонкой в классе — не думай, что я преувеличиваю, стоило посмотреть в зеркало, чтобы понять это. Мальчишки слетались, как мухи на мед. Я просто купалась в их внимании. Какой девчонке это не понравится? Но потом я их узнала, всех до одного, встречалась с ними, все эти детские увлечения, ты

знаешь. Я вдруг поняла, почему они так хотели быть со мной. Им было неинтересно говорить со мной, узнать меня. Им нравилось пройтись со мной при всех, потом сунуть руку под юбку. Я их возбуждала, и ни о чем другом они думать не могли. Скоро я возненавидела свою красоту. Словно я была толстоногой, длинноносой и плоскогрудой.

Она положила руку ему на колено.

— С тобой было так же, Лью. Зачем он явился, спрашивала я себя. Что ему от меня надо? — Она снова засмеялась. — Мне даже казалось, что тебя прислал Минк, чтобы проверить меня. Но скоро я поняла, что это глупо — ты убил обоих его людей.

— Ты скучаешь по нему? — Это был не праздный вопрос, скоро это могло стать его козырем, защитой или мечом над головой.

— Как тебе сказать? — проговорила Аликс, когда они подъезжали к многоквартирному дому в районе Двадцатых улиц. — Наш роман проходил в заточении, или в космосе. Мне не от чего оттолкнуться. — Она отвернулась. — Я бы не легла с ним в постель, если бы не чувствовала... чего-то. Я не такая, как была Анджела. Но я не пойму, что это было. Мне кажется, что секс с ним — это как установление физической связи одновременно с... как бы это сказать... с психологической, что ли? — Она пожала плечами.

— Не чувственной?

— Возможно, но вряд ли. Я не думала об этом. Наверное, эта связь с моим тюремщиком, он же держал меня взаперти, должна была помочь не чувствовать себя пленницей.

— Но этого не случилось.

Она едва заметно улыбнулась.

— Ты думаешь, так могло случиться?

— Нет.

— Конечно нет. Это глупо с моей стороны. Нельзя было никому верить. Но я пришла в отчаяние. На меня это так давило. Я чувствовала...

Аликс закричала... В окно машины ударила разрывная пуля и разнесла весь верх седана. Кроукер быстро пригнул Аликс, подмяв ее под себя.

Одновременно он вытащил свой пистолет. Но прогремел еще один выстрел, машину качнуло, словно в нее ударил огромный кулак, во все стороны полетели куски хрома, стали, алюминия, пластмассы. Стекло сыпалось на них, касаясь их нежно, словно крылья голубя.

Кроукер почувствовал запах дыма. С его стороны не было задней двери. Он наклонился, Аликс вскрикнула, когда он сильно придавил ее всей тяжестью тела; он открыл дверь с ее стороны и вытолкнул женщину на тротуар, как мешок картошки.

Он выключил зажигание, но третий выстрел уже угодил в машину, пробив бензобак. Раздался глухой удар. Вспыхнул огонь. Кроукер закашлялся от едкого дыма.

Он повернулся в ту сторону, откуда стреляли. Но угол зрения был неудачным, движения ограничены, а дым становился все гуще. Он услышал приближающийся вой сирен. Сюда ехали.

Он выбрался из машины, схватил Аликс за руку, и они побежали. Он даже не взглянул на дверь дома Мэтти Мауса, словно это не имело для него значения.

Они бежали по Второй авеню, мимо полицейских и пожарных машин, двигавшихся в другом направлении. Гудели сирены, скапливались автомобили. Люди останавливались и смотрели, а потом, как всегда, стали собираться у места происшествия. За считанные минуты собралась изрядная толпа.

* * *

Наблюдая за собиравшимися людьми, Таня Владимова ругала себя за то, что рано выстрелила. Но она не знала, надолго ли они остановились. К тому же всего за десять минут до этого звук бипера напомнил, что нужно было отправляться в Японию. Она не была готова к этому, особенно сейчас, когда жертва была так близко.

Все обстоятельства сложились против нее; они управляли ею, хотя все должно было быть наоборот. Теперь, разбирая свое оружие и запихивая его части в специальный ящик под ковриком в машине, она укоряла себя. Даже если бы у нее хватило времени, она не смогла бы преследовать Аликс Логан и Льюиса Кроукера. Слишком много народу, слишком много полицейских. Приедет еще больше. Автомобили сыщиков без опознавательных знаков вылетали из потока машин неожиданно, как Моисей, выходящий из Красного моря.

Таня завела мотор и поехала подальше от этого места, к Мидтаун-туннелю, по направлению к аэропорту Кеннеди.

Она заставила себя не думать о том, что ей не удалось сделать. Перестроилась в левый ряд. Но очень скоро движение замедлилось, машин становилось все больше. Она принялась вспоминать все подробности того, что она должна была сделать и в каком порядке.

* * *

Блеснул свет. Это ужасно раздражало, потому что словно бился в мозгу какой-то странный ритм. Дам-ти-дам-ти-дам-дам.

Его окружала молочно-белая пена “гёцумэй но мити”. Должно сделаться спокойно и хорошо. Так бы и было, если бы не этот свет.

Он попытался ни о чем не думать. Это ведь вполне легко. Но он не мог. Тщетно он пытался отключиться от всего, перед глазами постоянно стояло видение тропинки, ведущей к невыносимому свету. Он пытался избавиться от наваждения, но ничего не помогало. У него больше не оставалось сил, потому что белый луч света пронизывал его мозг, как электрошок. Он не мог думать, не мог сконцентрироваться, не мог собраться. Если бы у него был меч; если бы он мог вспомнить, где он оставил “иссёгай”. Дам-ти-дам-ти-дам-дам.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать