Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Черный клинок (страница 109)


- Не обращай на него внимания, - с печалью в голосе ответил Юджи. - Что-то с ним случилось. Думаю, он сходит с ума.

- Чушь какая-то, - возразила Чика. - Машины с ума сойти не могут.

- Но ты же не знаешь Оракул.

- А что ты с ним сделал? Его выражение на экране теперь почти как человеческое.

С печалью и вздохами Юджи рассказал ей, как Хана настояла на том, чтобы ее подсоединили к Оракулу, и что в результате этого произошло с ней.

- Я никому об этом не рассказывал, - с горечью заметил он, затем, подождав минутку, громко зарыдал и сказал:

- Не знаю, что и говорить даже. Но я знал, что ты поймешь. Ведь ты лучше всех должна понимать, как несчастна была Хана. Как и у нее, твой дар "макура на хирума" заставлял тебя становиться тем, кем ты не хотела быть.

Немного помолчав, Чика спросила:

- Где ее тело?

- Я сделал то, что Оракул... нет, то, что Хана просила сделать с ним. Тело покоится на дне реки Сумида.

- Нет!

Не время было вспоминать все прожитое вместе с сестрой, но Чика не могла удержаться. Сама мысль, что Хана ушла навечно, показалась ей непостижимой, и она почувствовала, как на глаза у нее навернулись слезы и покатились по щекам. Ей страстно захотелось обнять Юджи и выплакаться на его плече, но обычай не позволял выражать чувства таким образом. Для выражения горя полагалось просто напиться вдрызг пьяной.

- О Хана!

И все это время ее, не переставая, сверлила мысль:

"Вулф умирает! Делай что-нибудь! Ты должна спасти его!" Но как? Каким образом? Вот в чем вопрос. Она и так перепробовала все, что только знала. Если даже ее дар "макура на хирума" не мог спасти его, то что же тогда спасет? Что сотворила с ним Достопочтенная Мать? Чем отравила? Никаких соображений на этот счет у нее не возникало, и это не укладывалось в мыслях...

- Так где же правда? - спросила она. - Жива все-таки Хана или она умерла?

- А это зависит от того, как понимать жизнь и смерть, - подал голос Оракул. - Чика-сан, вы должны помочь нам. Хана здесь, она внутри меня. Но она в то же время утонула. Обоих нас захлестнул вихрь неразумных мыслей, которого я не смог верно истолковать и обуздать. Здесь нужен экстрасенс. Нейрохирург, который, с вашего позволения, облегчил бы наши страдания.

Чика посмотрела на брата.

- Юджи...

- Такой экстрасенс здесь. Мы чувствуем это. Пожалуйста, приступайте к излечению и подключайте его.

- Не слушай его бред, - предупреждал Юджи. - Процедура еще не отработана и требует доводки, она очень и очень опасна. Вспомни, что произошло с Ханой.

- Но она сама не захотела возвращаться.

- Экстрасенс умирает, Юджи-сан. Мы можем сохранить ему жизнь.

- Но в каком виде он будет жить? - с горечью спросил Юджи.

- Угроза нависла над его жизнью. Смерть не страшна. Мы просим вас подсоединить его к нам.

Чика, положив руку на грудь Вулфа, перевела взгляд с его потемневшего лица на светящийся экран Оракула и решилась.

- Ну-ка, подключай, - сказала она.

- Что, что?

- Делай, о чем просит Оракул, Юджи-сан! Подсоедини Вулфа к этому аппарату.

- Но ты же не можешь знать, что произойдет в результате...

- Он умирает, и мы не можем спасти его, - настаивала Чика. - Единственный шанс - подключить его.

Да, она права. Юджи, решив, что о последствиях лучше и не думать, принялся подключать Вулфа к Оракулу в том же порядке, в каком подключал и Хану.

- Вы об этом не пожалеете, - произнес Оракул.

- А почему мне нужно жалеть о чем-то? - спросил Юджи, тщательно укрепляя контакты на кончиках пальцев Вулфа.

- Потому что горе переполняет вас, Юджи-сан. Вы горюете по Хане, по мне и особенно по своей маме.

- Тебя невозможно понять, - заметил Юджи, приступая к сложному процессу подключения проводов и кабелей, посредством которых в мозг Вулфа будет поступать биоэнергия.

- Я не понимаю, Юджи-сан, что вы имеете в виду, произнося слова "невозможно понять". Я никогда не ошибаюсь.

- Что ты подразумеваешь, когда говоришь, что никогда не ошибаешься? - спросил Юджи, подсоединяя электроды и контакты один за другим. - Не начинай высказывать свое превосходство. Это ведь отвратительная черта человеческого заблуждения, о которой тебе надо забыть.

- Да вы что, считаете меня неврастеником, Юджи-сан?

- Я говорю о несколько более объемном понятии, чем область психологии, - ответил Юджи, подсоединяя последний электрод.

- Психологи небезопасны, Юджи-сан.

- Ты прав. Они частенько бывают такими, - согласился Юджи, нажимая на первый выключатель, соединяющий Вулфа с Оракулом.

- А я опасен?

Юджи сел за пульт, управляя процессом подключения человека к Оракулу, и был слишком занят, чтобы ответить на вопрос. Он многое узнал об этом процессе, когда экспериментировал с Ханой, поэтому внимательно следил за показателями электроэнцефалограммы, предупреждал перегрузку и мог в случае необходимости отключить любой канал. Но ничего чрезвычайного не происходило - все параметры и показатели находились в норме, как и должно быть.

И вдруг все пошло наперекосяк: раздался свистящий звук электроперегрузки, стрелка показателя электроэнцефалограммы резко сместилась вправо на приборе. Палец Юджи уже было нацелился выключить соответствующую кнопку на панели управления, но оказалось, что он в любом случае никак не мог управлять дальше сложнейшим аппаратом своего же собственного

изобретения.

- Юджи, да что же это случилось? - воскликнула Чика.

Повеяло резким запахом озона. Рот у Вулфа широко непроизвольно открылся, и раздался продолжительный стон, заставивший Юджи стиснуть зубы.

И тут же все лампочки и свет внутри Оракула вдруг погасли.

* * *

Хэм Конрад ступил на борт отцовской шхуны "Инфлюэнц II". Был великолепный день начала весны, по небу высоко плыли клочковатые облака, а с берега дул приятный теплый ветер. Отличный денек для того, чтобы походить под парусом.

"Забавно, однако, все складывается", - подумал он, отдавая швартовы. Днем раньше он уже было собрался поднять трубку, чтобы позвонить отцу, как вдруг Торнберг позвонил сам и предложил встретиться в яхт-клубе на полуденной регате. "Ну вот и отлично", - подумал Хэм, перепроверяя, не забыл ли фотографии, изобличающие предательство и вероломство отца.

Он понимал, что противостоять Торнбергу будет нелегко, но находка в сейфе в клинике "Грин бранчес" выбора не оставляла. Яш прав во всем, что касается отца. Правда, конечно, горька, но ведь выбора-то нет. Хэм все еще продолжал надеяться, что сможет припугнуть отца, разоблачив его преступные деяния и заставив покаяться в причастности к гибели ни в чем не повинных людей, ставших жертвой страшных экспериментов. Может, даже удастся вернуть на родину уцелевших и прикрыть клинику "Грин бранчес". Ну что же, он всегда отличался оптимизмом.

Хэм вернулся в капитанскую рубку, где находился его отец, выводя шхуну в открытое море. Весь экипаж, как сказал Торнберг, был на берегу в увольнительной.

- Иногда они как с цепи срываются, - заметил он. - Да и по твоей роже тоже видно, когда тебе хочется побыть одному.

В воздухе стоял резкий запах моторного топлива, заглушая временами даже запах соленой морской воды. Выбравшись из бухты, Хэм развернул грот-парус, а затем поднял и гик-парус, потому что под парусами яхта со стороны смотрелась лучше. Работу он выполнял методично и охотно, ему всегда нравилось ходить в море. Торнберг учил его ловить ветер. И если бы научил до конца, то, может, Хэм и понял бы, что он с отцом одно целое.

Торнберг направил яхту "Инфлюэнц II" в Чесапикский залив, сверяя курс по буям и маякам, и вскоре растянутый силуэт Вашингтона остался далеко за кормой. Примерно в полдень Хэм убрал паруса, и они встали на якорь с подветренной стороны маленького островка. Торнберг выставил на стол всевозможную снедь и закуску: толстенные бутерброды с мясом и сыром, политые оливковым маслом, красный перец с сыром, разные салаты, пирог с сырной начинкой и вдобавок ко всему этому шесть упаковок банок охлажденного пива "Саппоро", к которому они оба приохотились еще в Японии.

Сидя в камбузе за откидным столиком, Торнберг смотрел, как его сын с хрустом расправляется с огромными бутербродами, а сам в это время, положив себе в тарелку немного овощей, медленно пил пиво. Вот уже много лет, как он потерял вкус к пище, а в последние дни вообще лишился аппетита.

За столом они говорили о всяких незначительных вещах, не спеша и лениво перебрасываясь словами, будто ослепительный солнечный свет, отразившись от воды, действовал на них расслабляюще. Торнберг, казалось, не просто отдыхал, а наслаждался покоем, и Хэм подумал, что так и должно быть после смерти Тиффани. Сам же он, со своей стороны, чувствовал себя довольно напряженно в ожидании предстоящего серьезного разговора. Мысль о трауре послужила для него началом этого разговора, которое он так отчаянно искал и не находил.

- Я вот все думаю, - начал он, вытирая губы салфеткой, - что видел вас в Вашингтоне в подавленном состоянии и понял, что вам не хочется идти домой, ну мне и пришло в голову, что вам, может, лучше куда-нибудь отправиться.

- Отправиться? - б недоумением переспросил Торнберг, будто сын предложил ему уйти в отставку.

- Ну да, отправиться. Например, в Эспен, а может, даже и в Европу, - выпалил Хэм с излишним энтузиазмом. - Выкиньте все из головы, проветритесь, восстановите силы.

Торнберг напряженно и внимательно слушал сына, а потом спросил:

- В Эспене делать нечего, разве что проматывать деньги да любоваться красотками, изнывающими от безделья. Ну а Европа - так там я увижу только немчуру да япошек, а они и так мне осточертели, напоминая своим видом о державах довоенной "оси", отчего у меня подскакивает кровяное давление. - Он с холодком посмотрел на Хэма. - Может, есть какие другие блестящие идеи?

Хэм кинул на отца быстрый пристальный взгляд и воткнул вилку в огромный кусок пирога с сыром.

- Ну а к тому же еще, - сказал Торнберг, выдержав приличную паузу, - я не хочу уезжать отсюда, слишком много глупостей наделают без меня. - Он продолжал изучать Хэма с особым вниманием, споря сам с собой, в какой именно момент сын поднимет голову и взглянет на него. - Ну вот возьми, к примеру, мои биологические исследования. - Хэм сразу насторожился, перестав жевать. - Минувшей ночью кто-то вломился в "Грин бранчес". Только подумай! Что там им понадобилось в клинике?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать