Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Черный клинок (страница 110)


- Может, это промышленный шпионаж? - предположил Хэм и отложил вилку.

"Неплохо придумано", - мысленно отметил Торнберг. Иногда Хэм и в самом деле удивлял его своей смекалкой.

- Конечно, мы все об этом сразу же подумали. Но тогда почему же злоумышленники даже не дотронулись до папок и досье? - заметил Торнберг, прожигая сына глазами. - Ну а потом оказалось, что воров засекли видеокамерой. - Голова Хэма резко вздернулась, и Торнберг мог поздравить себя, что он все же выиграл сам у себя пари. - Не хочешь ли прокрутить видеопленку? Я прихватил сюда копию.

- О господи, нет.

- Господи, нет, - передразнил Торнберг. - И это все, что ты можешь сказать?

- А почему, собственно, я должен что-то говорить? - взорвался Хэм. - Это вам есть что порассказать!

Торнберг смотрел с холодным любопытством, как его сын пытается выпутаться.

- Мне нет необходимости рассказывать кому-либо о своих делах, - сказал он, тщательно обдумывая слова. - О них красноречиво свидетельствуют мой возраст, деньги и привилегии. Но вот что мне необходимо знать в настоящий момент, так это что замыслил мой сын, вламываясь в мои сейфы и проверяя аппаратуру.

- Я хочу знать...

- Брось эту ерунду, дорогой сынуленька! - произнес Торнберг резко и с такой злостью, что Хэм даже вздрогнул. - Если бы мне надо было оповестить тебя о том, что делается в "Грин бранчес", то я, черт бы тебя побрал, не стал с этим медлить. И если не сделал этого, то только потому, что это не твое дело.

- Ну так я сделал это своим делом.

"Так, так, - подумал Торнберг, - чтобы все это значило? Может, он еще более твердолобый, чем я полагал?"

- Мы должны обсудить вопрос о том, что происходит в клинике, - твердо заявил Хэм.

- Мы должны?

- Да. Ради бога, признавайтесь, что вы повинны в похищении людей, пытках и убийствах. Да вы же просто обыкновенный чертов преступник! Никогда в жизни мне не допереть, как это вы умудрились обвести вокруг пальца целый коллектив блестящих ученых в области бионаук и на каких условиях.

Секунду-другую Торнберг размышлял, стоит ли продолжать по-прежнему вести разговор с сыном в том же тоне. А затем решился: "Да пропади оно все пропадом, если уж ему так хочется, то я и врежу ему в лоб изо всех стволов".

- Боже мой, какой же ты, черт бы тебя побрал, наивный человек, а еще считаешься военным, - загремел Торнберг. - Да за деньги и независимость в проведении исследований, которыми больше нигде и не займешься, они с радостью готовы сделать что угодно. Ты что же думаешь, что люди - ангелы? Ну уж фигушки, дорогой мой сыночек, люди они и есть люди со всеми своими слабостями и недостатками, присущими человеку. Дай только людям, чего им хочется, а они уж за пеной не постоят.

- Ваши слова похожи на девиз самого дьявола. Торнберг на это лишь рассмеялся, но смех его привел Хэма в еще большую ярость. Он обозлился уже в тот момент, когда Торнберг назвал его дорогим сынуленькой, а еще больше, когда отец поднял его на смех.

- Да не получите вы их ни за что, - предупредил Хэм, размахивая пачкой фотографий, которые он выкрал из сейфа в клинике "Грин бранчес". - Дни вашего всемогущества кончились. Я нашел у вас уязвимое место и не ослаблю хватку, пока не согласитесь на мои условия.

Торнберга едва не хватил удар.

- Никому еще не удавалось диктовать мне свои условия и никому не удастся впредь, - заревел он.

Кровь ударила Хэму в голову, и он почувствовал, что в любой момент у него может случиться сердечный приступ. Ему надоело подчиняться приказам старого лицемера, и он больше не мог мириться с его проделками.

- Принять мои условия - самый легкий путь выбраться из угла, в который вы сами себя загнали, - предупредил он. - Вы столько раз нарушали законы, что я уж не в силах и сосчитать. Что вы намерены делать, если эти материалы попадут в руки главного прокурора и он возбудит дело?

- А как это он их сможет получить, сынок?

- Да я сам передам их ему! - закричал теперь Хэм, не сдержавшись, хотя и намеревался вести этот неприятный разговор в спокойной манере. - Да перестань называть меня сынком!

- Вот когда ты перестанешь вести себя как десятилетний бойскаут, тогда я и стану называть тебя именем, каким окрестил при рождении. Кто дал тебе право осуждать меня - жюри присяжных или палач? Ты что же, думаешь, что мир такой, черт бы его побрал, скромненький и порядочный, что мы все должны придерживаться твоих дурацких надуманных правил поведения? Чушь собачья! Хаос - вот нынешний закон. Всеобщий закон.

- Нормы морали устанавливал не я, - горячо возразил Хэм. Он уже понял, что отец умудрился повернуть их стычку таким образом, что сам стал нападать, а сына заставил обороняться. - Если у разных народов мира и есть что-то общее, то это нормы и правила морали.

- Рассказывай эти сказки арабам, - парировал Торнберг, - или японцам. Они даже и не слышали о таком понятии, как мораль.

- Ошибаешься, - возразил Хэм, лихорадочно пытаясь вернуться к обсуждению противозаконных деяний отца. - Может, их мораль и не во всем совпадает с нашей, тем не менее...

- Чушь собачья! Напрасная трата времени защищать тех, кто того не стоит. Нету у них никакой морали, сынок.

- Ради Христа, вы говорите так, будто я - ваш сын и больше ничего!

- А как же иначе? И я был сыном своего отца, пока он не умер.

- Нет и нет, - вскочил с места Хэм. - Я не просто

ваш сын, а гораздо больше этого!

Торнберг взглянул на него из-под козырька кепочки и сказал:

- А кем бы ты был без меня? У тебя есть какие-то идеи? Сомневаюсь. Я использовал свои связи и оказал нажим, чтобы тебя приняли в школу, а потом и в колледж. Использовал те же связи, чтобы тебя направили служить в Токио на теплое и хорошо оплачиваемое местечко, и ты смог там кое-что легально делать и для меня, ну а затем выцарапал тебя из армии, пристроил в министерство обороны.

Ну а что ты сделал для себя лично? Женился на красивой, но бестолковой женщине, от которой тебе ни удовольствия, ни радости жизни, ничего взамен, и никакого уважения к вашему союзу, в котором она милостиво разрешает тебе крутиться, как мартовскому коту. Ну ладно, а почему бы ей не порезвиться? Тот теннисный тренер преподал ей несколько таких уроков, что даже я нахожу их взбадривающими.

- Это неправда! - вскричал Хэм, но в глубине души знал, что это правда.

- Да нет, все так и было, - возразил равнодушно Торнберг. - У меня ведь тоже есть фотографии, дорогой сынок. Хочешь взглянуть?

Отец снова рассмеялся, показав ряд великолепных искусственных зубов. Хэму припомнились подобные стычки между отцом и матерью, свидетелем которых ему случалось бывать в детстве, и тотчас же ощутил, как у него заныли пальцы, потому что он крепко, как и ту далекую пору, сжал кулаки.

- Господи! Это разврат. Больше чем разврат!

- Ну хватит! - выпалил Торнберг и стукнул кулаками по столу, отчего подпрыгнули тарелки и алюминиевые банки и разлилось темное пиво, шипя и испаряясь, словно кислота. - Ты упер мои секретные бумаги, и я хотел бы получить их обратно. Хватит тут философствовать, давай-ка лучше займемся более насущным.

- Чем займемся-то?

- Делом - вот чем, невежда, - свирепо глянул на сына Торнберг. - Я бы обломал тебе руки за то, что ты вломился в мою святая святых и спер там кое-что. Побольше того, что я, откровенно говоря, думал, сможешь спереть. Ну да ладно, тем лучше для тебя же. У тебя есть кое-что, в чем я нуждаюсь, а у меня - связи и влияние, нужные тебе. Для меня это вроде как прочная основа для дела, поэтому забудь о всякой там паршивой морали, пошли все к чертовой матери и давай-ка придумаем что-нибудь.

И тут Хэм понял, что он с самого начала неверно разыграл гамбит. Он пристально смотрел на отца, словно видел его впервые, а в такой ситуации и впрямь впервые. Каким же он был дураком, полагая, что сможет загнать отца в угол и заставить пойти на компромисс. Вместо этого произошло то, что и должно было произойти. Торнберг принуждает его пойти на сделку, в которой не будет места для морали. Теперь он четко видит, что его отцу мораль представляется излишней роскошью, без которой легко можно обойтись, используя деньги и связи. А может, как раз деньги-то и связи мешают считаться с нормами морали.

Эта неожиданная мысль ударила Хэма будто обухом по голове.

"Господи, - подумал он, - за какое же прегрешение меня угораздило родиться в его доме? И как только мать уживалась с ним?" Но ответ он, разумеется, знал. Торнберг Конрад III обладал особым обаянием, которому трудно было противостоять, хоть даже и начинаешь подозревать, что источник этого очарования нечист и ядовит.

И вот теперь ему стало совершенно ясно - раньше он как-то над этим не задумывался, - что у него, по сути дела, только один выбор. Когда он только усаживался вместе с отцом за стол, чтобы договориться об условиях компромисса, то уже тогда влип и потерпел поражение, как та муха, которая соблазнилась блеском паутины и попалась в нее, подобно многим другим предшественницам.

- Нет, не будем придумывать, - твердо сказал Хэм. Солнечный свет накатывался с палубы волнами, отчего у него слегка кружилась голова, и ему захотелось спрятаться от пристального отцовского взгляда. - Никаких компромиссов, никаких сделок. Вас можно остановить единственным путем, и я пойду к главному прокурору и принесу ему улики.

- Не будь идиотом, Хэм. Никуда не ходи с этими фотографиями. Объекты съемок сгорели в крематории, а когда ты передашь мне негативы и все копии, которые ты напечатал, то и улик больше не останется.

Хэм с грохотом стукнул кулаком по столу.

- Нет, отец! Улики не исчезнут. Они никуда не денутся, пока существует эта поганая клиника.

- Не кипятись, сынок. Злость до добра не доведет.

- Не мели чепуху, - не сдержавшись, перебил его Хэм. - Можешь вешать лапшу на уши любому на выбор, только не мне. Во всяком случае, больше не будешь. - Он встал и пошел к элетрокабестану для выбирания якоря. - Нам пора возвращаться к причалу.

- Никуда мы не тронемся с якоря, - угрожающе произнес Торнберг, - пока не решим этот вопрос в мою пользу.

- Ты уже все сказал, больше тебе говорить нечего, - бросил Хэм, обернувшись через плечо.

- Если только подойдешь к кабестану, я пальну из этой штуки.

Хэм резко повернулся, скосив глаза на открытую дверь рубки, где сидел за камбузным столиком Торнберг, и спросил:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать