Жанр: Русская Классика » Николай Никитин » Это было в Коканде (страница 4)


- Осмотреть винтовки и пулеметы! Приготовиться к боевой тревоге! С завтрашнего дня начнем ученье. Вольно!

- Вольно! - повторил команду Лихолетов.

Комендант, нахмурив брови и опустив глаза в мокрый каменный пол, прошел вдоль строя к выходу. За ним скрипнул железный блок, визгнула дверь. Не успел комендант выйти, как люди загалдели. Федотка снова схватился за тесак.

Три дня тому назад он попал сюда, надеясь подкормиться. Отца он потерял еще в германскую войну. Мать убили семиреченские казаки.

Федотка в Коканд приехал из Ташкента с каким-то парнем и потерял его на железной дороге. Солдаты нашли Федотку на кокандском базаре почти умирающим. За три дня мальчишка отъелся. Только впавшие глаза, обведенные синяками, говорили о голодовке. И теперь больше всего на свете Федотка опасался, как бы его не выставили из казармы.

Солдаты ругались... Комендант вводит старые, царские порядки! Они не позволят мучить их поверками и строем! Они кричали о жалованье и пайке. Лихолетов, свернув в кучу скроенный материал, натянул сапоги и пошел в цейхгауз. Он решил лично осмотреть оружие. Спорить с товарищами ему не хотелось. Из нескольких пулеметов он отобрал один, бывший в исправности, и, вернувшись в казарму, поставил пулемет под свою кровать.

- Неужто, дяденька, опять война? - спросил испуганный Федотка.

Лихолетов ничего не ответил. Все дружно хлебали суп. Потом, вынув ножи, молча делили на порции синюю разварившуюся баранину. Прибежал Парамонов и, распахнув дверь, звонко крикнул с порога:

- Эй, Лихолетова к коменданту!

Горбоносый рыжий Лихолетов, не отрываясь от еды, мрачно посмотрел на вестового. Парамонов нарочно стоял фертом, лихо опираясь на косяк и придерживая дверь сапогом.

- Ну? - повторил он нетерпеливо. - Вставай! Комендант приказал без тебя не приходить.

- Подождет! - сказал Лихолетов.

Все в команде засмеялись. Парамонов прищурился.

- Шкура, - шепнул он про себя и плюнул в кадку с помоями.

Выбраниться открыто Парамонов не посмел. Он знал, что товарищи его не любят. За что? За должность ли вестового? За то ли, что он жил от них в сторонке, вместе с комендантом, и не якшался с ними? Черт их знает! Он тоже ненавидел их.

Парамонов до войны служил в полиции монтером. Во время войны попал в артиллерию и считался неплохим артиллеристом. Потом он удрал с фронта, устроился в жандармы. Летом, по приказу Керенского о переводе бывших полицейских в армию, он снова попал в войска. И теперь, при перемене обстоятельств, всю эту "музыку" пришлось тщательно скрывать. Особенно от Лихолетова.

Лихолетов вынул трубку, закурил и, достав из-за койки аккуратно скатанную шинель, молча натянул ее на плечи.

5

Аввакумов, заместитель председателя Совета, сегодня отослал в Ташкент третью телеграмму.

Он сообщал, что не имеет возможности не только к наступлению, но даже и к обороне. Ни на одну из телеграмм Ташкент не ответил. Это было непонятно. Измученный бестолковщиной, пожелтевший от тревоги и бессонных ночей, Аввакумов не знал, на что ему решиться. Коменданту крепости он не верил. Зайченко мог присоединиться и к Чанышеву, военному министру автономии, и, наоборот, - пойти против Чанышева, но вовсе не для защиты Кокандского Совета, а с какой-то другой, никому не известной целью.

Хотя Кокандская крепость в военном смысле мало имела значения, а несчастная горсточка солдат во главе с полуинвалидом офицером представляла самый крошечный гарнизон в мире, все же, по мнению населения, крепость считалась силой. За ее стенами находились пушки. А туземная часть города, населенная беднотой, узбекской и русской, издавна привыкла считать хозяином того, кто владел пушками. Старые трехдюймовые полевые орудия олицетворяли действительную власть. Город зависел от них. Крепость, открыв по городу огонь, могла принести немало бед.

В холодном кабинете, около огромного письменного стола, неуклюже присев на кончик кресла, солдат Степных обсуждал с Аввакумовым создавшееся положение.

- Денис Макарович, - говорил он Аввакумову, - ты только прикажи - и я нашему коменданту голову сорву!

- Зачем?

- Чтобы вся власть была в наших руках.

- Нет, Илья, надо делать вид, как будто среди нас все спокойно. Ты посмотри, что происходит на площадях, в домах, в местечках! Все кипит, темные люди мечутся, как бараны. Тут достаточно только крика... Нет, коменданта трогать невозможно! Разве среди вас есть какое-нибудь согласие? Да и кто вы такие, чтобы на вас опереться?

- Сашка Лихолетов со мной согласен. Найдутся люди, - угрюмо пробурчал солдат.

- Сашка! - Денис Макарович засмеялся. - Ты да Сашка - пара! Боже упаси, если вы покажете Зайченко, что подозреваете его! Тогда не ему, а вам я голову сорву. Господа кокандцы еще боятся, пока у нас в крепости нет разногласий. Да и то... не очень! Ты послушай-ка, что кричат муллы! Как они разжигают народ, ремесленников-узбеков! Пойми, что для всех этих темных людей мы еще не большевики, они еще не знают, что такое большевики! А всякий русский для них - эксплуататор, чужой, захватчик. Вот на чем идет игра!

Высокий, с горящими глазами, худой, сильный и костистый человек бегал взад и вперед по кабинету. В каменном доме было пустынно. Все служащие давно покинули Совет. Степных встал, оправил свою шинель и, задумчиво посмотрев на грязный паркет, протянул руку Аввакумову:

- Значит, идти, Денис Макарович?

- Иди, иди! -

торопливо сказал Аввакумов.

- И никаких приказаний?

- Никаких, никаких! Одно приказание - следить и быть настороже!

Солдат крякнул, нахлобучив на голову огромную туркменскую папаху, поднял с полу узел с кожаным товаром.

- А вечером прийти на квартиру?

- Зачем?

- Покараулить. Все-таки и тебе будет веселее. - Степных взмахнул узлом.

- Да не знаю, Илья! Пожалуй, не стоит.

- Я приду... - сказал солдат, покосившись на дырявые ботинки Аввакумова. - Заодно поставлю тебе латки.

Степных вышел. Аввакумов, оставшись один, подошел к окну, чтобы взглянуть, что делается на улице. Моросил холодный дождь. Перед окнами качались коричневые ветви голых чинар. В лужах тротуара отражалось мраморное февральское небо. Какие-то люди в белых чалмах, в ватных халатах шлепали по улице, среди луж. Проходя мимо Совета, они подозрительно косились на темные окна.

Прозвенел телефон. Аввакумов схватил трубку.

- Алло? - крикнул он неспокойно. - Ах, это вы, мамаша! Ну, что дома? Займитесь чем-нибудь, тогда перестанете плакать! Хулиганы? Нет, никаких хулиганов не видно... Не-ет... Здесь все в порядке, - беспечно протянул он, нарочно делая свой голос веселым, и, увидав висевшую перед глазами большую, хорошо раскрашенную старую карту Кокандского уезда, даже засмеялся. - Я же здесь не один! Не беспокойтесь, мамаша! На нашей территории найдется масса советского народу. Честное слово! Ну вот, чего мне врать? Честное слово! Мамаша, вы уйдите из дому! Пойдите хоть к знакомым! Я, быть может, дома и ночевать не буду... Да, не буду! Вот и не теряйте времени, идите! Ладно, ладно, не маленький, не пропаду! Этак-то и мне будет спокойней... Спасибо, того и вам желаю!

6

- Да вы сядьте, Лихолетов, - сказал комендант. - В ногах правды нет.

Сашка сел. Ловкий Парамонов наглухо завешивал окна комнаты двумя плотными одеялами. Было невероятно тихо.

Все распоряжения отданы. Чего хочет комендант? С одной стороны - он как будто готовится к какому-то бою, с другой стороны - он запретил Лихолетову тревожить людей излишними разговорами и приготовлениями. Сашке казалось, что комендант чего-то недоговаривает.

Зайченко лежал, развалившись на тахте, играя старинным кинжалом, сбрасывая его с пальца. Кинжал втыкался в пол.

Разговор шел вяло. Сашке казалось, что Зайченко что-то хочет узнать про него и как-то прощупывает его мысли и подбирается к нему, как кошка к мясу. Поэтому Сашка держался настороженно и напоминал ежа, выпустившего на всякий случай иглы.

- Вы семейный? - спросил комендант.

- Ну, это как сказать! - загадочно улыбаясь, ответил Сашка.

- И мать есть?

- Давно не видел.

Комендант отшвырнул кинжал и плотнее закутался в халат.

- У меня тоже жива мать... Наверно, еще жива, - пробормотал он. - А вы любите свою мать?

Сашка не ожидал этого вопроса, да и вопрос был какой-то детский, нестоящий.

- Кто же не любит свою мать? Хотя - какая мать! И матери разные бывают, - сказал Сашка.

- Да, разные, - задумчиво ответил комендант и вдруг проговорился, как бы неожиданно для самого себя: - А вы знаете, Лихолетов, у меня мать прачка. Ей-богу, самая настоящая прачка! По стиркам ходила. И теперь, наверное, ходит. Руки прачки! Пальцы белые, распаренные, точно сейчас из бани, с волдырями. А здесь вот... - он показал на руки и брезгливо поморщился, - толстые, вздутые, синие жилы. А я офицер! Был офицером, поправился Зайченко. - И мать мной гордилась. Вырастила меня! Обхаживала меня, как идола. Мечтала, что я буду барином. А я хотел учиться!

- Вот война кончится, - сказал Сашка, - можете учиться.

- Нет... - Комендант вздохнул. - Я уж не хочу и не буду. И война не кончится... Я солдат, как в старину... Наемник!

- Солдатом приятно жить. День да ночь - сутки прочь, - отозвался Парамонов, забрав из соседней комнаты чайник с кипятком.

Сашка удивленно посмотрел на вестового.

Комендант засмеялся и сказал:

- Что, Лихолетов? Не согласны с этой теорией?

Сашка расправил усы.

- Как вам сказать, товарищ комендант! У всякого народа своя теория. Взять русских: солдат считался у нас звания военного, гордого. А возьмите вы узбека: солдат для него - преступник, в наказание и позор. Другое понятие! Узбек - народ ровный, до земли охоч, работяга. Конечно, на степу водятся еще головорезы...

- Узбеки еще нам пропишут!

- Да, прописать, Константин Сергеевич, могут. В этом я не спорю. И комар до крови кусает. По необходимости. Такое течение истории. Обижал их царь, а тень падает на нас.

- Лихолетов... - Комендант внимательно взглянул ему в глаза. - Как по-твоему: Ленин удержит власть?

- А почему же ему не удержать? Раз взял - значит, о чем-то думал. Удержит, - авторитетно сказал Сашка.

Кто-то с улицы стукнул в окно. Сашка приподнял одеяло.

- Ветер, должно быть, - сказал Парамонов.

Сашка ближе пригнулся к раме и увидел приплюснутое к стеклу темное скуластое лицо. Сашка опустил одеяло и прошептал:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать