Жанр: Научная Фантастика » Камиль Мусин » Незнайка в Совке (страница 27)


- Эй, Незнайка, где ты там?- раздался голос Спрутса.

Незнайка вернулся и увидел, что сделка состоялась. Каменюшкин с довольным видом передал Спрутсу документацию на свои творения.

- Спасибо, нам пора,- начал прощаться Спрутс.

- Благодарю вас за ценнейшие советы, желаю всяческих успехов,- отвечал Каменюшкин.

- А можно приобрести у вас какое-нибудь произведение искусства? спросил Незнайка.

- Да что вы, берите даром! Мы с вашим товарищем только что именно об этом договорились! Какое хотите? Это? Или вот это? Рекомендую "Метиз задумчивый"...

- Мы попозже зайдем,- прервал его Спрутс.- У нас еще впереди важное дело.

- Жду вас с нетерпением.- Каменюшкин проводил их до дверей.

- Зачем тебе-то эти кривуськи?- поинтересовался Спрутс, когда они вышли из мастерской.

- Так... потом узнаешь,- Незнайка решил рассказать о своей находке не сейчас, а после посещения министерства, чтобы не отвлекать Спрутса от их важной миссии. Пожалуй, подумал Незнайка, у Каменюшкина клепкина машина будет в большей сохранности, чем в кустах.

- Да мне-то что, бери раз даром дают.

- А сколько ты ему в итоге заплатил?- спросил Незнайка.

- Нисколько.

- Нисколько?

- Я взамен научил его прибыльно продавать произведения искусства.

Он на них заработает гораздо больше, чем на наших махинациях.

- А разве такие произведения кому-то нужны? Кто их купит?

- Да тот же Жлобс. Если узнает, что одно уже кто-то купил за большие деньги, обязательно от жадности купит тоже. И другие иностранцы, как увидят, бросятся наперегонки. Цепная реакция произойдет. А для этого не нужно искать, кто купит первым, достаточно пустить слухи, устроить шумиху, договориться, чтобы организовали скандал в прессе... Можно с тебя начать. Что ты там себе приглядел?

- Потом расскажу. Это сюрприз.

***

Министерство разрешений в виде особого исключения находилось там же. Табличка с названием висела на прежнем месте, только слово, которое раньше было заклеено, открылось, а наклейка красовалась поверх другого слова. Что, впрочем, не придавало названию министерства большей осмысленности.

У главного входа Спрутса и Незнайку встретил все тот же привратник, правда, одет он был в просторный комбинезон, покрытый бурыми и зелеными пятнами, и выглядел словно диверсант.

Повторив слово в слово свои просьбы и выслушав от охранника точно такие же, как и прошлый раз, ответы, то есть категорические отказы, путешественники обогнули здание министерства и беспрепятственно проникли через знакомую им заднюю дверь.

По коридорам сновали все те же личности. Статуи Всезнайки и других волшебиков угадывались за драпировками, снабженными нелепыми пластилиновыми печатями.

К Кузнечику пробиться было невозможно, потому что теперь он стал большим начальником. Да и не имело это смысла, так как собирать портреты Всезнайки он бросил. Действительно, как и предупреждал Жлобс, все чиновники принялись коллекционировать деньги и предметы роскоши. Случайно оброненная Спрутсом в беседе с Кузнечиком идея задела чиновничью братию за живое. Пройдя несколько коридоров, Спрутс обнаружил, что Жучков карьеры не сделал, и занимает свой прежний кабинет и занимается тем же, что и раньше, а именно выдает спецразрешения по форме сто двадцать. Пришлось занять очередь.

- Подождем,- сказал Спрутс,- нам повезло, очередь невелика.

Они сели на стульчики в приемной. Обстановка была невеселой, посетители молчали, а из-за двери Жучкова доносились чьи-то рыдания и причитания. Незнайка обратил внимание, что коротышки в очереди все как на подбор печальные и какие-то потрепанные и к тому же грязные, будто бездомные, бомжи по-местному. Один из них был очень похож на коротышку, распинавшегося недавно на политические темы в гостинице, вернее это он и был, но, видно, каток судьбы проехал по нему несколько раз, после чего на него вылили ведро нечистот. Незнайка шепнул об этом на ухо Спрутсу. Тот в ответ незаметно указал на коротышку в начале очереди. Незнайка с трудом узнал доктора Пилюлькина, недавно господствовавшего в сумасшедшем доме. Пилюлькин выглядел так, будто все его добро сгорело вместе с сумасшедшим домом и теперь Пилюлькин ходит по миру с сумой. На его прежнюю профессию указывали треснутые очки, перевязанные веревочкой, и стетоскоп, торчащий из кармана когда-то белоснежного халата.

Пилюлькин достал из рваного пакета ломоть хлеба и, откусив, принялся задумчиво жевать, шамкая, как старик.

- Бедняга,- прошептал Незнайка,- видать, ему досталось при штурме сумасшедшего дома.

Пилюлькин вдруг вскочил, скинул с себя халат и принялся топтать его ногами. Другие коротышки даже и не подумали его остановить.

Наоборот, все внимательно и как будто с одобрением смотрели на его пляски и покачивали головами в такт.

Незнайка и Спрутс не стали вмешиваться и тоже постарались изобразить из себя убогих. Опыт подсказывал им, что нужно ничем не отличаться от окружающих.

Открылась дверь кабинета Жучкова, и вышел заплаканный и словно сгорбленный неизбывным горем посетитель. Пилюлькин быстро облачился в свой затоптанный халат и проскользнул в кабинет. Прежде чем дверь за ним затворилась, из кабинета явственно донесся приступ рыданий.

Вышедший посетитель подмигнул и стал на миг повеселее, но тут же спохватился, нахмурил физиономию и сгорбился еще больше.

- Ну, как там?- осторожно спросили его из очереди.

- Лютует, чертяка,- пожаловался он,- с трудом я его дожал, взмок аж весь.

Очередь начала

обсуждать неведомые путешественникам тонкости общения с Жучковым. Очевидно, прежние порядки уже не действовали и в ходу был новый ритуал. Спрутс внимательно слушал, но, видимо, понимал плохо, отчего его лицо перекосилось в мучительной гримасе.

Незнайка так и вовсе не врубался. На всякий случай он попытался выдавить из себя слезу, как делали многие коротышки из очереди, но безуспешно, только покраснел от натуги.

Через пару минут вышел Пилюлькин. Он, казалось, был на грани обморока и двигался как сомнамбула. Туманная поволока застилала его взор, руки тряслись, колени подгибались. Однако, он сразу узнал Спрутса и Незнайку. Взгляд его, до этого бесцельно блуждавший по сторонам, вдруг стал весьма живым и проницательным. На лице Пилюлькина отразилась живейшая игра мысли. Губы зашевелились, и путешественники услышали злобный шепот:

- Какого черта вы так вырядились? С банкета, что ли, заявились?

Вы только всем хуже сделаете. Психи ненормальные!

- Да мы-то как раз нормально одеты... Но я вижу, здесь так не принято. Как нам лучше себя вести?- спросил Спрутс.

- У меня нет времени объяснять. Я должен успеть еще в три кабинета, пока они не ушли на обед. Жучкова пройти не сложно.

Сделайте все, как он скажет, и спускайтесь вниз, в вестибюль. Там встретимся. Главное, без глупостей и отсебятины. И не дразните его, ради Бога.

- А что случилось? Почему все такие кислые? Умер кто?- спросил Незнайка.

- Вы еще острить будете!- покривился, как от зубной боли, Пилюлькин,вот же принесло идиотов на мою голову! Мало того, что спецназ мою больницу по вашей милости чуть не разнес, еле откупился, вы еще и сюда полезли Хорошо хоть, что я перед вами иду, может, проскочу. Встретимся внизу.

Он вышел.

- Совсем плохо ему,- посочувствовал Незнайка, глядя Пилюлькину вслед,даже шнурков не завязывает.

- А ну-ка, развязывай и ты свои,- шепнул Спрутс.

- Зачем?

- Делай, что говорят.

Он быстро вытащил шнурки из своих ботинок и настоял, чтобы Незнайка последовал его примеру. Затем быстрым и решительным движением снял свой фрак, вывернул его наизнанку и снова надел.

Незнайке он растрепал волосы и помял шляпу.

- Как же я теперь буду ее носить?- огорчился Незнайка.

- Ничего с ней не случится. Вообще не надевай, держи ее в руках, так лучше.

- Так мы с тобой совсем на бомжей похожи.

- Именно это от нас и требуется.

- А зачем?

- Сейчас узнаем.

Очередь двигалась быстро. Перед тем, как войти, каждый коротышка напускал на себя донельзя несчастный вид и входил в кабинет Жучкова, непременно шаркая ногами и хлюпая носом.

Наконец, дошла очередь путешественников. Сделав скорбные лица, они вошли.

Кабинет был тот же, только со стен исчезли рамочки с жалобами.

Жучков сидел за столом, закрыв лицо руками, и тяжко вздыхал.

- Здравствуйте,- тихо и вкрадчиво начал Спрутс,- мы просим вас зарегистрировать наше предприятие... наше маленькое предприятие и выдать лицензии и разрешения, ну и все что положено.

Жучков не реагировал. Его начали сотрясать беззвучные рыдания.

- Мы глубоко сочувствуем вам,- все так же вкрадчиво продолжал Спрутс,мы приносим свои соболезнования.

- Увы!- воскликнул Жучков.- Увы! Несчастнейшие создания! Кто им теперь поможет?!

- Кто эти несчастные?- спросил Спрутс,- когда я слышу о чьем-то несчастье, я готов всеми силами броситься на помощь, забыв о своих делах. Таков мой девиз. Мой и моего друга. Не сомневайтесь. У него, как сказал поэт, большое доброе сердце.

- Ага, ага,- закивал Незнайка,- как у кита. Или у слона.

- О несчастные, о всеми брошенные, убогие и скорбные!- снова запричитал Жучков, расцарапывая себе лицо.

- Не стоит так убиваться,- пробормотал Спрутс, на которого эта сцена начала производить впечатление,- возможно, наши слова плохая подмога...

- Увы, словами горю не поможешь,- всхлипнул Жучков.

- Может быть, мы оформим бумаги и обсудим, чем можно помочь? - встрял в разговор Незнайка.

Спрутс лягнул его ногой, а Жучков, потрясенный незнайкиным цинизмом, отшатнулся на спинку своего кресла.

- Вы... вы бессердечный, бесчувственный, вы... как вы можете говорить так?

- Мой друг,- елейно промурлыкал Спрутс,- не это имел в виду. Он хотел сказать, что мы, вероятно, можем оформить нашу помощь... кому вы сказали?

- Несчастным сумасшедшим! Только что здесь был доктор Пилюлькин, и он рассказал о своих брошенных на произвол судьбы пациентах.

Подумайте только, эти больные не могут даже понять, что с ними происходит, и страдают, не понимая от чего! Их глаза полны слез, они тянут руки к Пилюлькину и добрым нянечкам и санитарам, от которых они привыкли получать ласку, уход и все необходимое- и не получают даже кусочка черствого хлеба! Да и где тем взять хлеб, раз сами они подобны высохшим скелетам...

- Какой ужас!- воскликнул Спрутс, еще раз лягнув Незнайку, который готов был расхохотаться, вспоминая контингент и обстановочку в больнице.О нет, не говорите мне ничего! Мое сердце разрывается на части. Что мы должны делать?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать