Жанр: Современные Любовные Романы » Барбара Бреттон » А может, в этот раз? (страница 14)


Глава 5

Разъяренная Марина ворвалась на кухню.

– Что ты сделал с Кристиной?! – воскликнула она, перегораживая дверной проем. – Почему ты не можешь вести себя как цивилизованный человек?

– Занимайся своим делом, дитя мое, – сказал он тоном, которым говорят с неразумными подростками.

– Отвечай, когда тебя спрашивают! – властным то­ном потребовала Марина.

Все-таки хорошо, когда способность повелевать у тебя в крови.

– Кристина – прекрасная женщина, – продолжала она, – и заслуживает уважения.

– Это еще как сказать.

– Она была твоей женой. Уже за это ты должен ее уважать.

– Она меня бросила, – огрызнулся Джо. – Я ей ни черта не должен.

– А я твоя нынешняя жена. Ты считаешь, что мне что-то должен?

– Да, я должен обеспечить твою безопасность. Это я обещал твоему отцу.

– Твоя верность моему отцу просто трогательна, – сухо заметила Марина. – Жаль, ее некому оценить. Джо махнул рукой в сторону двора.

– Смотри-ка, солнышко еще светит. Почему бы тебе не пойти поиграть на улицу?

– Неудивительно, что Кристина не смогла с тобой жить. Я не понимаю, как она вообще вышла за тебя замуж.

Джо подошел к холодильнику и вынул бутылку пива. Не спеша вскрыл ее. Он не собирался ни оправдываться, ни объяснять что-либо, и Марина завелась по-настоящему.

Забыв об ужине, она вылетела из кухни и пронеслась мимо Слейда. Сейчас она почти жалела о том, что отец в свое время спас этого Мак-Марпи: без него мир был бы устроен более справедливо. Кристина правильно сделала, что ушла от него, но он так и не желает оставить ее в покое, продолжая досаждать ей и днем и ночью.

Он заслуженно потерял Кристину. Он груб и труден в общении, тогда как Кристина всегда оставалась вежлива и довольно приветлива. Да, она больше интересовалась доро­гими тряпками и карьерой, но сейчас Марина уже не была так уверена в правильности своего взгляда на жизнь, со­гласно которому стремление к успеху и желание выглядеть красиво являлись проявлениями слабости.

Марина чувствовала внутренний разлад. Ее тянуло к женщине, олицетворявшей все то, что до сих пор она счита­ла злом. В чем же дело? В том, что она внезапно примкнула к тому завистливому большинству, что всегда желает боль­шего, чем может иметь, или она просто была более одинока и испуганна, чем может себе признаться?

Распахнув дверь, Марина вышла на улицу. Сгущались сумерки. С запада дул легкий ветерок, несущий аромат роз и клевера. Она приучила себя по вечерам думать о Зи, представлять, будто они с ним вдвоем в этом тихом спокой­ном месте, где можно забыть о горе, где они могут быть просто мужчиной и женщиной, которые любят друг друга.

Марина опустилась на ступеньку и села, обхватив рука­ми колени. Однажды она рассказала о своих мечтах Зи, но он посмотрел на нее так, будто она говорила на чужом язы­ке. Для него существовали лишь абстрактные понятия, та­кие как свобода, справедливость… Лунный свет и аромат цветов мало что для него значили, и она готова была при­нять то, что он ей предлагал, и не просить о большем.

И все же в такие вечера трудно было, глядя на звездное небо, не думать о клятвах и сладких обещаниях. Марина не заблуждалась на свой счет. Она была столь же невзрачной, сколь ее мать красивой. Еще в детстве она поняла, что та фея, что наделяет женский пол чарами, против которых мужчины бессильны, обошла ее стороной. Но для Зи физи­ческая красота не имела никакого значения. В Марине он ценил совсем иные качества, и в его объятиях она обрела уверенность в своих силах.

Она закрыла глаза и попробовала представить Кристи­ну и Джозефа юными и влюбленными, но ей это почему-то не удалось. Трудно было даже вообразить Кристину стыд­ливой и стеснительной, ловящей каждое слово Джозефа. Таких женщин, как она, мужчины вынуждены добиваться, а они лишь снисходительно принимают ухаживания с высо­ты своей неприступности. Марина к таким женщинам себя не относила.

Дверь позади нее открылась, затем тихонько закрылась. Марина почувствовала запах духов Кристины. Деревянная ступенька тихонько скрипнула, когда Кристина села рядом.

– Ты ужинала? – спросила Кристина.

– Нет, – ответила Марина.

– Не знаю, как ты, а я не настроена сейчас готовить, – сказала Кристина, доставая из кармана ключи от машины. – Я еду в пиццерию. Если хочешь, присоединяйся.

Марина не знала, согласиться или нет. Джозеф предуп­редил ее об опасности со стороны оппозиционных ее отцу сил, которые были настолько влиятельны, что могли до­стать ее даже здесь: Все так, но поверить в то, что в этом сонном городке ей может что-либо угрожать, было почти невозможно. Кроме того, здесь был Джозеф, черт бы по­брал его характер…

– Подумай над моим предложением, – сказала Кри­стина, вставая.

– Я люблю пиццу, – выпалила Марина, – но Джо­зеф может не разрешить мне поехать без него.

Если бы девушка объявила, что она замужем за самим дьяволом, Кристина и то была бы удивлена меньше.

– Ты шутишь?

Марина вновь ушла в свою скорлупу.

– Больше ничего сказать вам не могу.

– Ты не его собственность. Это Америка – ты мо­жешь делать что хочешь и когда хочешь.

– На все есть свои причины, – произнесла загадоч­ную фразу Марина.

Кристина много бы дала, чтобы узнать, о каких причи­нах идет речь, но не зря она славилась умением держать себя в руках.

– Твое дело, – пожав плечами, сказала она. – Хо­чешь быть рабыней – будь ей. Такие вещи случаются, я могу понять.

Однако взгляд Кристины говорил совсем

о другом. Пойдем, девочка! Что тебе сидеть здесь взаперти!

Марина оказалась у машины быстрее, и Кристине при­шлось приложить усилие, чтобы не рассмеяться. Девочка достаточно предсказуема, впрочем, не настолько, чтобы стать Крис неинтересной. В ней что-то было, в этой Марине, – какое-то необычное, странное обаяние, что-то трогательное. Как ни парадоксально, Кристина чувствовала к ней искрен­нюю симпатию.

– Садись и поехали! – скомандовала Кристина, пой­мав себя на том, что ведет себя скорее как мать, а не как бывшая жена теперешнего мужа этой юной особы.

«Стареешь, Кэннон, – сказала себе Кристина. – Куда пропала ревность, это зеленоглазое чудовище?»

– Ненавижу пристегиваться, – заявила Марина, с презрением глядя на ремень.

– Я тоже. Но что поделаешь: есть закон – и ему надо подчиняться.

Но Марина, казалось, и не собиралась пристегивать ремень.

– Ты можешь остаться дома и поужинать с мужчинами.

В самую точку. Марина молча пристегнулась. Улыбнув­шись, Кристина вырулила на шоссе и направилась в город, в заведение под названием «Ангельская пицца».

– Так расскажи мне, – предложила Кристина, когда они с Мариной сели за столик у окна, – у вас была любовь с первого взгляда?

Разговор в машине никак нельзя было назвать оживлен­ным, так что Кристине ничего не оставалось, как попробовать удовлетворить свое любопытство, задавая вопросы в лоб.

Марина надменно вскинула подбородок:

– Я не обсуждаю личные проблемы с малознакомыми людьми.

– А я обсуждаю, – заявила Кристина с обезоружива­ющей улыбкой, той самой, что помогала покорять самые труднодоступные вершины и заставляла раскрывать ей душу Сильвестра Сталлоне, Элизабет Тейлор и принцессу Уэль­скую.

Расскажите мне что-нибудь, все, что хотите, говорила эта улыбка и действовала безотказно. Кристина перегну­лась через стол и понизила голос:

– Ты должна признать, что ситуация очень необычная. Я никогда раньше не делила дом с бывшим мужем и его новой женой.

Марина улыбнулась, но только чуть-чуть.

– А я раньше никогда не бывала замужем.

– Значит, у нас есть кое-что общее, не так ли?

– Кроме Джозефа? Кристина рассмеялась:

– А у тебя есть чувство юмора! Раньше я этого не замечала.

– Американцы слишком много внимания уделяют второ­степенным вещам, – прищурившись, ответила Марина. – Чувство юмора могут позволить себе далеко не все.

Наконец-то появилась брешь в ее обороне, сейчас глав­ное – воспользоваться моментом, подумала Кристина.

– А что тебе кажется важным, Марина?

– То, что действительно важно.

– Например?

– Свобода.

– От мужей-тиранов?

– От страха.

Кристина буквально дрожала от любопытства, но умело скрывала свое возбуждение.

– Ты не похожа на женщину, которая всего боится, – заметила она, и была искренна: в Марине чувствовалась сила, несмотря на хрупкое сложение.

– Я боюсь вас.

Кристина едва не подавилась кока-колой.

– Меня не интересует твой муж, если ты об этом. Она знала, что не имела права целовать Джо, и готова была поклясться на Библии, что этого не повторится.

– Дело не в Джозефе. – Марина сопроводила свои слова жестом, который сказал Кристине больше, чем лю­бые слова. – Дело не в нем. Просто вы воплощаете в себе все то, что меня раздражает, а я не могу вами не восхи­щаться.

– И это вас пугает?

– Да, – сказала Марина. – Вы – самый наглядный пример человека, склонного к излишествам, а я последние несколько лет потратила на поиски…

Марина внезапно замолчала.

– На поиски чего? – продолжала настаивать Кристина. Марина покачала головой:

– Это не имеет значения. Кристина откинулась на спинку стула.

– Если ты боишься меня оскорбить, не переживай. У меня на удивление толстая кожа.

Кристина никогда не продвинулась бы так далеко в об­ласти журналистики, освещавшей светскую жизнь, если бы ее испугали те несколько довольно жестоких оплеух, кото­рые она получила в процессе продвижения.

– Вы ведете бесполезную жизнь, – продолжала де­вушка, – и все же вы достигли успеха. Мне следовало бы рассматривать вас как социального паразита, а вместо этого я ловлю себя на том, что хочу быть на вас похожей.

– Ты не очень-то выбираешь слова, девочка! – про­бормотала Кристина.

Марина широко распахнула глаза:

– Я не хотела вас обидеть.

– Все верно. А я не хочу даже давать тебе такой воз­можности.

К удивлению Кристины, девушка наклонилась к ней и осторожно дотронулась до ее руки.

– Вы красивая, – сказала она просто. – И для вас в мире все по-другому.

Кристина старалась найти нужные слова:

– Мне пришлось много трудиться, чтобы стать такой, какая я сейчас.

– Возможно, – согласилась Марина, – но я, как бы ни старалась, не смогла бы добиться того же результата.

– Ты недооцениваешь возможность косметики.

– Я – серая мышка. Вы не понимаете, что это такое.

Официант принес им пиццу. Обе женщины переключи­лись на еду. Кристина ела машинально, едва замечая вкус блюда. Марина получала истинное удовольствие от еды.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать