Жанр: Научная Фантастика » Алексей Иванов » Охота на большую медведицу (страница 3)


— Ты прекрасней, чем самая высокая вершина в миг рассвета, когда все горы лежат в синеве, а она одна, алая, как тюльпан, плывет в мерцающем небе! Ты стройна, как кипарис, что вырос под сенью огромной скалы, защищающей его от бурь! Твои руки нежны, как шелковые шарфы! Я унесу тебя в горы на недоступные ледники любви, как снежный барс уносит искры солнца на изогнутой луком спине!..

И тут раздался стук по корпусу в районе шлюза.

— О небеса! — завопил Аравиль. — О несравненная Лала, прости мне мой уход, ибо, клянусь Эльбрусом, это какой-нибудь несчастный просит о помощи, и я помогу, чтобы восславить имя твое! Как ни долог будет мой путь, ты только жди и поклянись любить вечно!..

Лала прижалась к груди Аравиля. Аравиль застонал, подхватил любимую на руки, закружил по рубке и осторожно, как бесценный сосуд, опустил обратно в кресло, а сам бросился открывать.

Электронасосы быстро накачали в камеру воздух, и двери разъехались. В клубах морозного пара в коридор вошли Андраковский, Бомбар и Катарсис. Аравиль помог людям снять шлемы.

— Здравствуйте, — сказал Андраковский, пожал руку и деловито пошагал в рубку. Тактика нападения была отработана уже давно. Бомбар — детина огромного роста, но маленького ума — топал сзади, нависал над Андраковским. Катарсис, скрипя с холода и охая, шел третьим, а за пиратами бежал ничего не понимающий Аравиль Разарвидзе.

— Здравствуйте, — сказал Андраковский, увидев Лалу.

— Звезда очей! Мы потревожили тебя! — закричал из-за спин пришельцев Аравиль, рванулся к жене и, упав на колени, стал целовать ей руки. Катарсис несколько раз ткнул пальцем в кнопку общего сбора экипажа.

— Это жена моя, несравненная Лала, чей лик подобен сиянию льдов под луной, — ревниво сказал Аравиль, поднимаясь с колен. — Сам я — землянин, а кто вы?

— Есть еще на борту кто-нибудь? — спросил Андраковский, расстегивая куртку, под которой спрятал бластер.

— Мы думали, что мы вдвоем на миллион парсеков! — закричал Аравиль. — Но судьба послала нам трех попутчиков! О, если бы!..

Андраковский достал бластер и, виновато улыбаясь, уставил его в живот Аравиля. Аравиль мгновенно смолк, только глаза его, расширяясь, полезли из орбит. Бомбар поглядел в

лицо Андраковского, обрадовано заулыбался и тоже достал бластер.

— Простите нас, бога ради, — сказал Андраковский и пожал плечами. — Но нам очень нужны продукты и энергия. Мы — пираты. Мы голодаем.

— Дорогой, ты меня хочешь убить? — свистящим шепотом спросил Аравиль.

Андраковский никого не хотел убивать. Его самого слишком много убивали, и он научился уважать любое существо.

— Нет, понимаете… — замялся Андраковский.

— И жену мою, блистательную Лалу, тоже хочешь убить! — утвердительно прошептал Аравиль, медленно закрыл глаза и сокрушенно покачал головой. Потом он поднял лицо к потолку, рот его приоткрылся, и вдруг яростный вопль вырвался наружу.

Аравиль подлетел в воздух, пинком выбив бластер из рук Андраковского, перевернулся через голову и вторым пинком — в челюсть — отбросил пирата в угол. Бомбар ухнул от восторга и бластером, как дубиной, хватил Аравиля по голове, но за миг до удара тот вывернулся из-под приклада и рванул Бомбара за руку. Бомбар, потеряв бластер, с грохотом распластался на полу. Катарсиса от неожиданности замкнуло, и Аравиль коротким толчком плеча откинул его на пульт. Что-то затрещало, и по дисплеям пронеслись желтые зигзаги. Бомбар со сведенными на переносице зрачками сел, хрустнув позвоночником, и Аравиль живо приставил к его виску дуло. Андраковский не шевелился. Катарсис, гремя, свалился с пульта. Лала лежала в обмороке. Глаза Бомбара вернулись на место, он взглянул на Аравиля, который был искренне убежден, что держит пирата под контролем, медленно сжал кулак и, занеся руку, засадил Аравилю в лоб. Аравиль перелетел через Андраковского, ударился в стенку и уснул. Секунду спустя Бомбар уже стремительно волочил Андраковского и Катарсиса к шлюзу — прочь от этого дикого горца.

Именно поэтому сейчас Андраковский думал о любви, рисуя турбулентные потоки. «Санскрит» скрылся во тьме, но челюсть болела. Краски сохли на палитре. И в это время Катарсис сообщил:

— Вижу новый звездолет. Большой, невооруженный… Грех пропустить, честное слово. Называется, э-э-э… «Аввакум»!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать