Жанр: История » Мато Нажин » Мой народ сиу (страница 18)


Теперь, когда я вспоминаю эту печальную историю, я недоумеваю: что за человек был тот агент, который отпустил индейцев с территории резервации, не послав с ними хотя бы одного переводчика? И кто был этот низкий человек, который все время обманывал индейцев, обещая им поездку в Вашингтон, свидание с президентом, а вместо этого возил их по другим городам и зарабатывал деньги наглой клеветой о том, что якобы Сидячий Бык убил генерала Кастера?

В то время я был еще слишком юн, чтобы понять всю трагичность этой истории.

Несколько недель спустя на гастроли в Филадельфию приехала труппа артистов. С ними было несколько человек индейцев племени Сиу.

Я поспешил в театр, чтобы встретиться со своими соотечественниками. Одного из индейцев звали Храбрый Лось. С индейцами были жены и несколько детей. Они выступали в небольшом зале театра. Я стал сбоку у самой сцены и долго смотрел на них. Но они меня не заметили.

Дети протягивали публике небольшой ящик, и зрители опускали туда монеты. Я заметил, что толстый шнур протянут поперек зала перед сценой. Я поднял шнур и прошел к подмосткам. Один из индейцев сказал другому:

- Посмотри-ка на этого бледнолицего парня, он идет сюда.

Я поднялся на подмостки и стал здороваться за руку со всеми присутствующими индейцами. Мне кажется, что они подумали про себя: "Вот глупый парень, он хочет обратить на себя внимание".

Тогда я заговорил с ними на языке Сиу.

Я сказал:

- Я узнаю всех вас, друзья, хотя вы меня и не узнаете. Вы ведь все из резервации Розбад, откуда и я.

Тогда одна из женщин воскликнула:

- О, да ведь это же сын Отважного Медведя!

Как они обрадовались все, узнав меня! Они обнимали меня и не выпускали из своих объятий, и я вспомнил такую же сердечную встречу, которую мне устроили здесь индейцы Сидячего Быка.

Храбрый Лось был очень болен и просил меня передать бледнолицему антрепренеру, чтобы тот отпустил его домой.

Бледнолицый ответил, что они все вернутся в резервацию, как только окончатся спектакли в Филадельфии. Я был последним из нашего племени, кто видел Храброго Лося и говорил с ним. На следующий день ему стало так плохо, что его отвезли в больницу.

Труппа бледнолицых артистов вместе с индейцами поехала на гастроли в Нью-Йорк. Никто больше не видел Храброго Лося. До сегодняшнего дня никто не знает, что с ним стало. О его смерти нигде не было объявлено. Никто из родных не мог найти больницу, в которую его поместили, его бедной старушке жене пришлось одной вернуться домой.

Такова была горькая доля наших отважных вождей: Сидячего Быка и Храброго Лося. С грустью вспоминаю я эти последние встречи.

НА РОДИНУ

Девушка, которая работала рядом со мной в бухгалтерии универсального магазина, ушла с этой работы и стала преподавать в школе. Каждое воскресенье мы встречались с ней, и она любила читать мне вслух. Мне она очень нравилась, но я ей ни разу об этом не сказал.

Наступили школьные летние каникулы, и общежитие, в котором я жил, должно было закрыться на лето, так как учащаяся молодежь разъезжалась в разные стороны.

Я написал капитану Пратту, что очутился без квартиры, и спрашивал его совета, что делать. Скоро на мое имя пришло письмо, в котором капитан приглашал меня приехать в Карлисл и провести там лето. Но мне захотелось продолжать работу в универсальном магазине, и я ответил капитану Пратту, что постараюсь отыскать квартиру, с тем чтобы остаться в Филадельфии на работе.

Я употребил все усилия, чтобы найти себе приличную комнату или просто койку в хорошей семье. Но все было напрасно. Бывало, что попадалась подходящая комната, и я пробовал договариваться, но как только люди узнавали, что я индеец, они смотрели на меня с удивлением и сейчас же отказывали.

- Нет, нет, поищите где-нибудь в другом месте, индейцев мы не пускаем к себе в дом. - Вот ответ, который я постоянно слышал. Ничего больше не оставалось, как воспользоваться разрешением капитана Пратта провести лето в Карлисле. Но когда я приехал туда, то оказалось, что занятий в школе не было, все ученики были разосланы в разные стороны на работу.

Не находя для себя интересных занятий, не имея возможности перекинуться словом с кем-нибудь из своих, я стал тосковать и попросил капитана Пратта отпустить меня домой. Он стал возражать:

- Нет, Лютер, я хочу, чтобы ты у нас остался. Когда кончатся летние каникулы и школа возобновит работу, я дам тебе разрешение полностью посещать все занятия в школе, а не так, как раньше, когда ты учился только полдня; или, если тебя больше устроит, полдня можешь учиться, а полдня работать в кладовой.

Но уговаривать теперь меня было трудно. Мой ответ был один и тот же: "Я хочу поехать домой". Только мне не хотелось бежать из школы, как это сделали некоторые из наших мальчиков. Мне хотелось получить разрешение капитана Пратта. Об этом я ему и сказал.

- Хорошо, - наконец согласился он. - Только дай мне слово, что ты вернешься к нам.

Я поблагодарил капитана Пратта, но никакого определенного обещания я не мог ему дать.

Капитан Пратт написал письмо агенту нашей резервации и дал мне деньги на билет.

Итак, я простился со школьной жизнью и отправится в обратный путь на родину, где жизнь моего народа после исчезновения бизонов потекла совсем по другому руслу: никто уже из индейцев не охотился, надо было другим трудом обеспечить себе пищу и одежду.

Дорога прошла довольно тоскливо, так как я не решался с кем-нибудь познакомиться и ехал все время один, забившись в угол вагона.

Было раннее утро, когда поезд остановился на станции Валентайн (штат Небраска). На платформе я увидел отца. Не могу передать, какая это была для меня радость, - ведь мы так долго были в разлуке. Отец крепко обнял меня видно, и он тосковал. Поговорив немного, мы пошли в буфет позавтракать. Отец заботливо угощал меня, он знал, что я в дороге ничего не ел.

Прошло немного времени, и мы уже сидели в пролетке отца, запряженной парой крапчатых мустангов.

На полпути мы сделали привал: распрягли лошадей, перекусили немного и отдохнули часок. После этого мы продолжали свой путь. Наконец вдали показалась резервация. Наши родственники уже слыхали о моем возвращении, поэтому в доме отца собралось много народу. Некоторые из них сердечно приветствовали меня, другие не решались подать мне руку. Я потом только узнал, что среди окончивших Карлислскую школу были ребята, которые стеснялись общества стариков индейцев и отказывались здороваться с ними за руку. Были и такие, которые прикидывались, что они забыли родной язык.

Весь вечер только один я и говорил, стараясь рассказать все, что мог вспомнить о нашей школьной жизни, и ответить на многочисленные вопросы. Я слышал несколько замечаний о том, что моя кожа посветлела, - это на самом деле было так, ведь мне пришлось целыми днями быть в помещении магазина, когда я работал в Филадельфии.

Я хорошо выспался в ту ночь дома в чистой постели.

На следующий день мне прежде всего захотелось навестить свою родную мать, которая, как я уже говорил, жила отдельно от нас. Я сказал о своем желании отцу. От него я узнал самую грустную весть, которую только можно услышать: моя мать умерла во время голодовки, пока я учился на востоке. Отец не известил меня о ее смерти, он боялся огорчить меня этой печальной вестью на чужбине, где и без того нам было очень тяжело.

Я СТАЛ УЧИТЕЛЕМ

Проснувшись на следующий день и еще не совсем очнувшись от сна, я не сразу понял, где я:

все еще казалось, что затрубит горн в час подъема или тебе самому надо будет трубить, чтобы поднять товарищей. Но потом я вспомнил, что вернулся домой.

Да, школьная жизнь со всеми ее трудностями и огорчениями осталась позади. Теперь надо было здесь найти работу и трудиться, трудиться и своим примером учить других.

Позавтракав, я достал письмо капитана Пратта, которое он адресовал здешнему агенту, и отправился к нему в контору.

Агента звали мистер Райт. Я поздоровался с ним и протянул письмо.

Прочитав письмо, агент сказал:

- Ладно, я тебя устрою на работу, приходи завтра. Моя дочь работает здесь школьной учительницей, ты будешь ее помощником.

На этом кончился наш деловой разговор, и я ушел домой.

Моя педагогическая работа началась с 1884 года, когда мне было 16 лет.

В то время задача, которая стояла перед учителем индейской резервации, была несложная. Вовсе не требовалось быть хорошо образованным человеком, чтобы преподавать в индейской школе. Самым главным было научить наших детей писать их имена по-английски; затем следовало изучение латинской азбуки; потом учили детей читать по-английски и, наконец, считать.

Мне очень нравилась эта работа, и дети, с которыми я занимался, учились хорошо. В первой книге для чтения было много маленьких картинок, это делало урок более занимательным и помогало запоминать. Я заставлял детей прочитать одну строчку по-английски, и, если они не понимали все, что прочли, я им объяснял содержание прочитанного на языке Сиу.

Когда я шел в школу, я всегда старался быть опрятно одетым: ведь индейские дети, как и дети других народов, стараются брать пример со своего учителя.

НЕЛЛИ

В Карлисле я часто слышал, как бледнолицые мальчики говорили, что они ходят в гости к девушкам, за которыми они ухаживают. Индейские обычаи не позволяли юноше переступить порог или войти в типи, где жила девушка, которая ему нравилась. Молодым людям разрешалось только подойти к типи и терпеливо ждать, пока девушка выйдет погулять. Индейские девушки были очень скромные и часто совсем не показывались. Молодые люди, которые пришли, чтобы повидаться с девушкой, становились в очередь друг за другом и натягивали на голову одеяло, которое они обычно носили накинутым на плечах вместо шкуры бизона. Так они стояли и ждали минуты, когда им можно будет перекинуться несколькими словами с девушкой, которую они ждали.

Если мать считала, что ее дочь слишком молода, чтобы выбирать себе жениха, она всегда сопровождала ее на прогулке. Одна женщина нашей резервации завела несколько злых собак, чтобы никто из молодых людей не подходил близко к их типи. Должен сказать, что среди нас не нашлось охотника, который захотел бы познакомиться с дочерью этой женщины.

Но бывало и наоборот. Если родителям нравился юноша и они считали, что он будет хорошим другом для их дочери, то они помогали им встречаться.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать