Жанр: Разное » Даниял Ибрагимов » Противоборство (страница 69)


По-прежнему наиболее опасными для вражеских танков оставались советские КВ и Т-34. Поэтому танковые соединения противника в июльское наступление 1942 года шли со своими подвижными противотанковыми средствами – легкими артиллерийскими полками и мотоциклетными ротами. В этих ротах смонтированные и закрепленные на руле противотанковые ружья стали, таким образом, подвижными. В борьбе с ними наибольший эффект давали советские легкие танки Т-60, а затем и Т-70. Они нападали на мотоциклистов из засад, подбивали их и давили гусеницами. Каждая небольшая, хорошо организованная засада давала огромный эффект.

В излучине Дона

Летнее наступление 1942 года немецко-фашистские войска начали 28 июня. Они имели численное превосходство в силах и средствах, прорвали оборону Брянского и правого крыла Юго-Западного фронтов и стремительно [295] двигались на юг по правобережью Дона. Нависла угроза окружения войск южного крыла Юго-Западного и Южного фронтов.

6 июля Ставка Верховного Главнокомандования решила вывести эти войска из-под удара на рубежи реки Дон и на внешний обвод Ростовского укрепленного района и одновременно подготовить оборону на подступах к Сталинграду и Кавказу.

Обнаружив отход советских войск, противник организовал их преследование, стремясь с ходу овладеть донскими переправами. Уже 12 июля он вторгся в Сталинградскую область и передовыми отрядами вышел к большой излучине Дона.

Разгорелись жаркие, кровопролитные бои. Советские войска, отходя, наносили огромные потери врагу. Плечом к плечу с другими родами войск сражались советские танкисты, которые вписали в историю войны немало ярких страниц, прославивших и грозную их боевую технику.

Адъютант фельдмаршала Паулюса полковник А. Адам в своих воспоминаниях пишет:

«В районе севернее Волчанска сороковой танковый корпус неожиданно встретил сильное сопротивление. Русские вкопали в землю множество танков, вокруг которых отчаянно сражалась пехота».

Что стояло за этой сухой короткой записью? В бою под Волчанском 158-я тяжелая танковая бригада подполковника А. В. Егорова потеряла 42 танка и половину личного состава. И это за несколько часов боя. Гитлеровцы потеряли 85 танков. А произошло это так.

С восходом солнца 30 июня заговорила вражеская артиллерия, а потом над боевыми порядками нашей пехоты и танков появилось больше сотни бомбардировщиков. Высоко над ними барражировали «мессершмитты».

Когда бомбовозы сбросили свой смертоносный груз, показались танки врага. Сначала они шли клином, а затем начали разделяться на две части, решив охватить с двух сторон высотку, на которой находился НП Егорова. Танки двигались не торопясь.

У наступавших тактика была проста: вызвать на себя огонь с дальних дистанций, обнаружить противотанковые орудия обороняющихся и направить на [296] них авиацию, а затем все, что останется, подавить танками.

Но позиции советской пехоты и противотанковой артиллерии молчали. Танкам фашистов пришлось подойти совсем близко к траншеям советской пехоты и открыть огонь. А обороняющиеся молчали, будто вымерли. Снова появилась вражеская авиация и стала сбрасывать бомбы не на передовой, а на тыловые позиции бригады. Пыль и дым заволокли все кругом, передний край исчез за сплошной серо-черной завесой.

И только теперь ударила первая линия противотанковых средств стрелковых подразделений. Вражеская танковая цепь дрогнула, несколько машин задымились. Но общий строй продолжал двигаться. Наши пушки огонь усилили. Задымили еще несколько танков. Враг, однако, упорствовал. Вот уже с десяток машин перевалили через траншею нашей пехоты... Серые глыбы неотвратимо наползали, обходя высотку, на которой располагался НП бригады, явно опасаясь, что на ней есть противотанковая артиллерия.

...Прошло два часа, как начался бой. Егоров включил рацию.

– Нечаев, что у вас?

– Первые три атаки отбиты. Подожгли двадцать. Немец перегруппировывается. Потери – пока один тяжелый сгорел. У тридцатьчетверки заклинило башню. Ремонтники что-то делают.

– На КП гони! – приказал Егоров механику-водителю своего командирского танка.

Позже на КП подсчитали что гитлеровцы потеряли более 50 машин. Но и в бригаде потери немалые. В батальоне Нечаева сгорело 8 машин и 6 выведены из строя, у Николаева – та же картина.

Но бой еще не закончился. Большая группа танков противника, откатившись, вдали перестраивала свои ряды. Сначала они сгрудились, а затем выстроились острым клином, но так, что в голове оказались два танка, идущих параллельно. Похоже, они собирались раздваивать свой строй, чтобы острием одного ударить в стык батальонов, а вторым, левым, проскочить к реке.

«Пусть идут туда. Там стоит засада»,– подумал комбриг.

В засаде стояли взводы лейтенантов Шолохова и Якуба. [297]

– Как дела, подполковник Егоров? – прохрипел в трубке рации голос комкора генерала Щурова.

– За четыре часа противник потеснил наши фланги, вклинился в центре бригады до четырех километров, – ответил комбриг.

– Какие потери?

– Двадцать два танка безвозвратно. Десять дерутся в окружении.

– Продержись, Егоров, еще немного. Скоро поможем.

Да, нелегко было танковой бригаде Егорова. Враг наносил свой главный удар по ней. 250 танков при поддержке авиации и артиллерии против 50!

...Слева, со стороны села Волчья Александровка, над горизонтом поднялось огромное облако пыли. Это шла в контратаку 85-я танковая бригада. Комкор Щуров сдержал слово. Контратакующий клин из 50 машин Т-34 разрезал наступавшие немецкие порядки пополам и, подминая под гусеницы технику и людей, пронесся ураганом. Волна удара передалась и в тыл врага. Немецкие танки вдруг прекратили стрельбу и стали поспешно перегруппировываться, чтобы прикрыть свой фланг и не быть раздавленными. Суетно перемещаясь, танки противника начали откатываться назад...

Только к поздней ночи, сняв с

передовой уцелевшую технику, комбриг Егоров сумел по докладам подчиненных командиров составить картину боя, да и то неполную. Ведь о многом уже некому было рассказывать.

Экипажи сражались группами и в одиночку. Не имея надежной связи, каждый танк становился самостоятельной боевой единицей, решающей задачу непосредственно на поле боя. Комсомольский взвод лейтенанта В. А. Плуталова принял бой с двадцатью фашистскими танками. Командир погиб. Командование принял младший политрук Н. И. Потапов. Взвод выстоял в неравной схватке, хотя и оставил все танки на поле боя.

Особо хочется сказать о танковом взводе под командованием лейтенанта Дмитрия Дмитриевича Шолохова. Посланный комбригом Егоровым на ликвидацию прорыва у Волчьей Александрова, он там и встретился с танками врага. Фашистские машины двигались вдоль балки, упиравшейся в село. Комсомольские экипажи Г. П. Сергеева и А. С. Калинина встретили колонны огнем. Гитлеровцы решили обойти село, окружить советских [298] танкистов. Шолохов уничтожил головную машину, совершавшую маневр. По одной подожгли Сергеев и Калинин. Но фашисты не успокоились и решили проскочить через село. На его улице бойцы Шолохова уничтожили два танка, отсекли от них пехоту. За два часа боя взвод сумел отразить пять атак врага. Погиб Калинин и его экипаж. Поврежденным оказался и танк Сергеева.

Поняв, что так просто мимо Волчьей Александровкн не пробиться, фашисты решили обойти ее дальней стороной по дну балки, чтобы достичь реки Волчьей. Шолохов разгадал вражеский маневр, сменил позицию, перебрался к реке. Положение его оказалось выгодным: он хорошо видел лощину, в которой скопилось до 50 танков противника, бронетранспортеров с пехотой. И лейтенант использовал свое положение как нельзя лучше. Оказавшись в ловушке, фашисты уже ничего не смогли сделать с отважным экипажем. Снаряды и пулеметные очереди сжигали вражеские танки и уничтожали пехоту. Вскоре подоспели танкисты нашей 167-й бригады, и прорыв врага был ликвидирован.

За время боя под Волчьей Александровкой экипаж Шолохова уничтожил 24 фашистских танка.

За мужество и героизм, умелое ведение боя лейтенанту Д. Д. Шолохову присвоено звание Героя Советского Союза, а воины его взвода награждены орденами и медалями.

Ценой огромных потерь в начале июля фашистские войска прорвали оборону Юго-Западного фронта и устремились в большую излучину Дона. Войска Южного фронта под натиском превосходящих сил врага отходили из Донбасса к нижнему течению Дона, чтобы занять оборону по его левому берегу от Верхнекурмоярской до Ростова. Воды тихого Дона окрасились человеческой кровью. Горел Воронеж. Взрывались шахты Донбасса.

Обширная открытая местность между реками Северский Донец и Дон, куда устремились бронированные полчища Гота и Клейста, словно специально была создана для действий танков. В жарких схватках с врагом опять превосходство в тактико-технических данных оказалось на стороне советских танков. Конечно, реализовать это превосходство могли лишь люди, в совершенстве владеющие грозной техникой. Именно мастерство [299] помогало нашим воинам выходить победителями, подчас из самых невероятных ситуаций.

При смене боевой позиции 15-й танковой бригады майора В. С. Савченко неожиданно вышел из строя КВ, которым командовал гвардии лейтенант С. Коновалов. Прекратилась подача горючего. Тут же, у дороги, экипаж приступил к ремонту машины.

– Справитесь самостоятельно? – спросил лейтенанта подъехавший командир бригады.

– Справимся, товарищ майор! Задержимся недолго и нагоним.

– Могут скоро подойти и наверняка скоро подойдут фашисты. Надо их задержать любой ценой, а поддержки оставить не могу – сами знаете задачу и положение бригады. Надеюсь на вас, держитесь!

Экипаж ответил почти хором:

– С рубежа не отступим.

Майор приказал остаться с экипажем заместителю командира роты по технической части и пополнить боезапас танка до штатного.

Заместитель командира роты по технической части старший техник-лейтенант Серебряков вместе с экипажем принялся за ремонт машины, а остальные танки бригады ушли дальше. Вскоре машина вновь обрела жизнь. Только .начали собирать инструмент, как механик-водитель громко воскликнул:

– Товарищ лейтенант, бронемашины!

Коновалов вздрогнул от громкого крика, чертыхнулся и отдал приказ занять свои места.

Пушка КВ моментально повернулась в сторону взгорка, где показались бронемашины. От удачных выстрелов командира орудия Дементьева оба броневика вспыхнули.

Откинув крышку люка над башней, Коновалов оглядел местность и услышал нарастающий гул моторов. «Идут фашистские танки,– понял он,– надо сообщить комбригу». Однако рация молчала, вероятно, бригада ушла уже далеко.

В ожидании противника Коновалов занял позицию в лощине, склоны которой хорошо скрывали КВ до самой башни. Впереди проселочная дорога взбегала на небольшой взгорок, а за ним, в низине, среди заболоченных берегов протекала речка и раскинулись утопавшие в садах улицы населенного пункта. За селением [300] примерно в километре от стоявшего в засаде танка, дорога вновь поднималась по отлогому склону вверх. Через короткое время из-за гребня возвышенности показалось более тридцати вражеских танков, а за ними еще и еще... Конца колонны не было видно. С головной машины взлетела красная ракета. Догадавшись, что это был какой-то сигнал уничтоженным ранее броневикам, Коновалов тоже ответил красной ракетой. Видимо, это успокоило фашистов и они приближались к селу, ускорив ход.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать