Жанр: Разное » Даниял Ибрагимов » Противоборство (страница 82)


Когда такая радужная перспектива исхода боев на Кавказе стала маячить перед взором Гитлера, он пообещал командующему группы армий «Центр» генерал-фельдмаршалу фон Клюге передать ему из группы армий «А» 9-ю и 11-ю танковые дивизии. Вот тогда и появилась датированная 1 сентября 1942 года запись в дневнике Гальдера:

«Фюрер:

б) 9-я и 11-я танковые дивизии высвобождаются и посылаются в район автодороги!

Выделить 4 – 6 танков «Порше» для патрулирования автодороги...

Фюрер: Танки «Порше» 60-тонные мосты! Повышенная проходимость по снегу (высота снежного покрова 50 см).

Клюге: Покрытие автодорог слабое.

Фюрер: Хочет решить задачу под Кировом с помощью 9-й и 11-й, танковых дивизий».

На первый взгляд эти записи Гальдера малопонятны. О каком снеге может идти речь 1 сентября?

Но все станет ясно, если вспомнить обстановку осени 1942 года в полосе действий группы армий «Центр» и противостоящих ей советских Западного и Калининского фронтов.

В результате частных операций войск Западного фронта против группы армий «Центр» соединения 16-й армии Западного фронта глубоко вклинились в треугольник Юхнов, Киров, Беляев, потеснив 4-ю армию генерала Шмидта. Вот этот треугольник и решило гитлеровское командование срезать. Но сил у Клюге для этого не хватало, и он просил у Гитлера помощи. Основной удар намечалось нанести вдоль автодороги Рославль – Киров – Сухиничи силами 9-й и 11-й танковых дивизий.

Клюге хорошо чувствовал на себе силу брянских партизан, которые постоянно наносили удары по тылам группы армий «Центр». Чтобы обезопасить тылы перебрасываемых [353] дивизий, Гитлер решил послать «тигры» Порше для патрулирования автодороги.

Генерал-фельдмаршал фон Клюге, зная о преувеличенной оценке Гитлером нового оружия и памятуя о приближающейся русской зиме с крепкими морозами и глубоким снежным покровом, выразил сомнение в эффективности «тигров» Порше, заявив, что покрытие автодороги в этом районе слишком слабое, а с наступлением зимы высота снежного покрова достигает 50 сантиметров. Кроме того, на автодороге нет мостов с грузоподъемностью более 60 тонн, которые могли бы выдержать танки.

Гитлер отверг эти сомнения Клюге, заявив, что танки «Порше» имеют большой клиренс и повышенную проходимость по снегу.

Так «тигры» Порше из учебных превратились в боевые и попали на восточный фронт. Что с ними стало, предстоит еще выяснить. Во всяком случае, ни «тигры» Порше, ни «тигры» Хеншеля не изменили положение фашистских войск на фронте.

Когти «тигра»

О Сталинградской битве написано много. Но, как принято ныне выражаться, есть еще белое пятно в освещении этой классически проведенной нашими войсками операции.

Общеизвестно, что после окружения под Сталинградом 6-й армии и 4-й танковой армии командование вермахта предприняло попытку деблокировать их. С этой целью создавались две группировки: в районе Котельниково и в районе Тормосина.

В официальной военно-исторической, мемуарной и художественной литературе утверждается, что Котельниковская деблокирующая группировка имела батальон новых танков «тигров», которые на советско-германском фронте применялись впервые. Уточняется, что в батальоне было 44 «тигра». Вокруг этого батальона созданы легенды.

Но когда и на каком рубеже «тигры» были введены в бой, какие части советских войск с ними встретились, кто первым принял на себя их огонь, таранный удар их мощной брони? [354]

Читатель уже знает, что Гитлер возлагал на «тигров» большие надежды. В том числе он не сомневался, что с их помощью генерал-фельдмаршал Манштейн и генерал Гот пробьют коридор к окруженным под Сталинградом войскам.

Но «тигров», включенных в ударную группировку Гота на бумаге и в обещаниях Гитлера, окруженные войска Паулюса так и не увидели. Не пришлось с ними встретиться и нашим войскам во время деблокирующего удара Гота из района Котельниково вдоль железной дороги на Сталинград.

Одна из легенд, причем вроде бы основанная на архивных документах, утверждает, что «тигры» встречались в боях у Верхнекумской, другие говорят, что нет – это было у хутора Круглякова, по словам третьих – в районе Котельниково.

Проверка же документов, на которые ссылаются авторы легенд, показала, что в них речь идет не о «тиграх». Десятки писем от участников этих боев тоже свидетельствуют, что «тигров» у Гота во время деблокирующего удара не было.

На чем же основаны эти заблуждения?

Уже упоминалось, что в апреле 1942 года на вооружение немецких танковых дивизий поступили модернизированные танки Т– IV Г2 и Т– IV Н с мощными длинноствольными 75-миллиметровыми пушками и усиленным бронированием. У первой модели длина ствола равнялась 43 калибрам, у второй – 48 калибрам. Пушки имели дульный тормоз. Гусеницы были расширены на 30 миллиметров. Силуэт этих танков для наших воинов был непривычным.

Если оценивать эти танки, то можно сказать, что они лучше прежних моделей. Но германская промышленность не могла срочно наладить их массовый выпуск. И, как отмечал Б. Мюллер-Гиллебранд в трехтомнике «Сухопутная армия Германии 1933—1945», в войска к началу летнего наступления 1942 года их поступило всего 133 экземпляра. (Этими танками, кстати, были укомплектованы и две роты 502-го тяжелого танкового батальона «тигров», находившегося под Ленинградом).

Таким образом, более мощная броня, уширенные гусеницы, более длинная (в 1,8 – 2 раза) пушка с дульным тормозом, необычный силуэт и послужили причиной того, что эти танки приняли за «тигров», [355]

Ну а были ли на самом деле пропагандируемые Геббельсом и ожидавшиеся окруженными войсками Паулюса танки «тигр» во время Сталинградской битвы?

Да, были, но они не успели поступить Готу к началу деблокирующего удара, а стали на вооружение позже, уже когда наши войска, отразив удар вражеских танков, погнали недобитые гитлеровские части к Ростову. События развивались столь стремительно, что обещания Гитлера в штаб армий «Юг» поступали быстрее, чем двигался эшелон с «тиграми».

Надо учесть, что железнодорожным чинам вермахта приходилось заботиться и о том, чтобы уменьшить потери боевой техники от действий советских партизан. Это вынуждало гитлеровцев неоднократно менять маршруты эшелонов, направлять их окружным путем.

В то время, когда советские войска бронированным щитом встали на пути танков Гота, выбивали их, жгли и калечили, в ставке Гитлера продолжались споры о дальнейшем плане ведения операции группой армий «Дон» в конце декабря 1942 года.

27 декабря Гитлер дал ответ Манштейну на оценку им обстановки на фронте действий подчиненных ему войск и на просьбу подкреплений. Фюрер выделил в его распоряжение 7-ю танковую дивизию, имевшую 145

танков и штурмовых орудий, дивизию СС «Викинг» и 503-й отдельный танковый батальон «тигров». К ним Гитлер добавил еще 50 машин, обещая, что они прибудут из рейха в начале января 1943 года.

Генеральный штаб сухопутных войск из выделенных группе армий «Дон» танков приказал усилить 4-ю танковую армию Гота дивизией СС «Викинг» и 503-м батальоном «тигров». Намечалось, что они прибудут на станцию разгрузки в Сальск соответственно 26 и 30 декабря 1942 года.

Когда вечером 28 декабря обстановку на фронте доложили Гитлеру, он особое удовлетворение выразил по поводу прибытия на фронт 53-го батальона «тигров». В телефонном разговоре с Манштейном он заявил, что «наконец-то будет применено превосходное оружие, каким являются танки типа „тигр“. Они, пожалуй, в состоянии разбить вражеские танковые корпуса. Он приказал Манштейну, чтобы «тигры были сосредоточены для наступления на обоих флангах 57-го танкового корпуса. [356]

Фюрер, который вмешивался в использование на фронте каждой дивизии, взял под свое попечение и применение батальона «тигров». Этим батальоном он решил усилить 17-ю и 23-ю танковые дивизии, но уже не мечтал с помощью «тигров» прорваться к окруженной группировке Паулюса. Расчет был «скромнее»: «разбить русские танковые корпуса», которые гнали Гота к Ростову.

Утром 6 января 1943 года на рубеже реки Куберле сосредоточилась часть 503-го отдельного батальона – 17 танков «тигр» и 20 Т– IV, вооруженных 75-миллиметровой пушкой с длиной ствола 24 калибра, то есть той пушкой, которой вооружались прежние танки Т– IV . Это было первое участие батальона «тигров» в боях.

Один из свидетелей событий того времени граф Кисельмангс 6 января 1943 года записал в своем дневнике:

«Тигровый психоз» принимает в высших сферах все более вопиющие формы. И вообще они воображают, что каждое очередное новое оружие в кратчайшее время выиграет войну».

Граф прав. Гитлер вопреки историческому опыту не первый раз переоценивал новое оружие, То же самое произошло и с новым танком «тигр».

К сожалению, автору этих строк свидетелей боя советских воинов с «тиграми» 6 января 1943 года пока найти не удалось.

Ганс Дерр в книге «Поход на Сталинград» пишет, что когда на рубеже реки Куберле и на южном фланге 4-й танковой армии ухудшилась обстановка, Гот ввел в бой севернее Островетянской 23-ю танковую дивизию, которая 6 января 1943 года атаковала советские войска.

«Во время этих атак,– пишет Г. Дерр,– впервые были применены новые танки типа „тигр“.

Дальше Г. Дерр пишет:

«Для ликвидации угрозы захвата переправы у Пролетарская через р. Маныч 11 января 1943 года навстречу советским войскам... через Екатериновку была брошена вновь образованная боевая группа с батальоном танков типа „тигр“.

К сожалению, и этот эпизод встречи с «тиграми» на реке Маныч остался белым пятном в истории Великой Отечественной войны. Кто были герои, принявшие удар этих бронированных машин, пока остается неизвестным.

Несколько приоткрыл завесу над «тиграми» под Сталинградом генерал-майор в отставке Александр Михайлович Овчаров, Герой Советского Союза, в свое время [357] командовавший 62-й механизированной бригадой.

«В Сталинградской операции,– писал он,– мне довелось участвовать с начала и до конца, как в оборонительный период, так и в наступательный, но с немецкими танками типа „тигр“ сталкиваться не приходилось ни мне, ни кому-либо из моей бригады. Впервые с „тиграми“ мы встретились в боях на Миус-фронте».

То же самое мне написали ветераны 3-го гвардейского танкового корпуса полковник И. Я. Амелин и подполковник Я. В. Шканчиков.

Но когда я внимательно проследил боевой путь 62-й бригады, входившей в состав 13-го танкового корпуса генерала Т. И. Танасчишина, то убедился, что в боях 11 января 1943 года за станицу Пролетарскую, о которых пишет Г. Дерр, она обязательно должна была встретиться с «тиграми».

Написав Александру Михайловичу еще письмо, я просил вспомнить эти бои. Боевой комбриг, конечно, не мог их забыть, хотя отдельные события того времени, возможно, и выпали из его памяти. Ответ я получил исчерпывающий, который и предлагаю вниманию читателей.

«Я утверждал и утверждаю, что в период отражения натиска группы Манштейна в двадцатых числах декабря 1942 года наша 62-я мехбригада с танками противника типа „тигр“ непосредственно не встречалась.

На реке Куберле у Зимовников на нашем участке фронта они тоже не появлялись, и лишь в районе р. Маныч восточнее станции Буденновская числа 13-го или 14-го января 1943 года (станицу Буденновскую мы взяли 15-го января...), когда повернули на запад и наступали вдоль Маныча, были обстреляны танками противника из-за реки. Многие обратили внимание на то, что звуки выстрелов были не такие, как в танков Т– III и Т– IV , а гораздо громче и резче. Да и разрывы снарядов свидетельствовали о том, что стрельба велась из орудий калибра около 100 миллиметров. Кое-кто утверждал, что огонь ведет артиллерия противника с закрытых огневых позиций. Но вскоре заметили за стогами соломы (или сена) замаскированные танки. Когда огнем 85-миллиметровых пушек зенитного артдивизиона гвардии майора Царева была подожжена одна скирда, оттуда выполз, подставив бок, огромный танк, Он тут же был подбит бронебойным снарядом. [358]

Сгорел ли он, или его уволокли в тыл, не могу утверждать, так как нас разделяла река и расстояние в 1000 – 1200 метров. Я сам наблюдал эту картину. Хотя Маныч был покрыт льдом и по нему можно было проехать на автомашине, никто к горящему танку не поспешил, так как надо было выполнять приказ и мы устремились на запад».

Письмо генерала А. М. Овчарова интересно тем, что в нем описана тактика боевого использования «тигров». Они, как и новые танки Т– IV Г2 и Т– IV Н, не шли впереди боевых порядков средних танков Т– III и Т– IV , как боевые слоны и колесницы персов и индусов впереди своей пехоты, а наоборот, прятались за ними и через боевые порядки наступающих средних танков и мотопехоты на бронетранспортерах «плевались» своими увесистыми снарядами.

Бывший командир 4-й гвардейской механизированной бригады генерал X. Л. Харазия в одном из писем сообщил, что в последующих боях Великой Отечественной войны он, не раз встречаясь с «тиграми» и «пантерами»,



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать