Жанр: Фэнтези » Дэйв Волвертон » Рожденная чародейкой (страница 64)


Ударил второй подземный толчок, и Аверан подумала, не обрел ли Габорн заново свои силы. Может, это он вызвал землетрясение?

Обрушился целый эскарп крепости на скале, и с него слетели вниз сразу тысячи две опустошителей. Оказавшиеся внизу были раздавлены, уцелевшие обратились в бегство прямо по телам сородичей. У восточного склона вновь взвился в небо столб пламени, заклубился дым.

И все это время Аверан «слышала» предсмертные вопли чудовищ. Запах горящих сенсоров почти лишил ее возможности соображать.

Биннесман подскакал к Габорну, сидевшему на коне. В глазах короля отражалось пламя пожара. Конь под ним нервно перебирал ногами.

— Отлично, правда? — прокричал Габорн чародею. — Опустошители пытались нас обмануть, как и сказала Аверан. Руну Опустошения они построить не могли. Надеялись только, что мы застрянем здесь, стараясь выбить их со скалы. Как только я это понял и сообразил про огонь, сделать все остальное было легко. Ни один человек не погибнет! Знание! — выкрикнул он. — Знание лучше любого боевого молота!

Опустошители все бежали со скалы. Многие уже сами прыгали вниз, не тратя время на спуск, но только ломали в результате ноги.

Из подкопа выскочили еще несколько огненных колдуний и носители клинка — последние.

Оружие, в котором нуждался Габорн, чтобы прогнать опустошителей, ему дала Аверан. Девочку охватил страх. Такой массовой бойни она не ожидала.

На юге равнины возник и начал усиливаться звук, подобный громыханию грома. Уцелевшие чудовища спешно строились в колонны и отступали. От топота их дрожала земля под ногами.

Габорн взглянул на девочку, махнул в сторону скалы.

— Пойдем посмотрим, вдруг отыщем наконец Пролагателя Путей.

ГЛАВА 44

МОЛИТВЫ ВО ТЬМЕ


Когда ищешь помощи у высших сил, для обращения к ним годится всякое место. Чародеи Воздуха забираются в горы, колдуны Огня разводят костер, чародеи Воды окунаются в любой водоем, а тем, кто служит Земле, и вовсе хватает прикосновения к ней.

Высшие силы на наши молитвы откликаются часто.

Но люди редко слушают их.

Отрывок из «Книги чародейства для детей», писанной мастером очага Колем


Из Мейгассы Радж Ахтен и его воины выехали на юг по Старой Крепостной Дороге. Он очень надеялся раздобыть по пути свежих лошадей, но пока ехал на верблюде.

Ручеек беженцев превратился в поток, в сплошную массу тел, не вмещавшуюся в пределы дороги. Сотни сотен людей шли по обочинам ее, по краю джунглей. И не один час Радж Ахтен был вынужден ехать очень медленно, с трудом пробивая себе путь через толпу.

В ночной темноте скакали по верхушкам деревьев обезьяны, испуганно вереща и швыряя в людей огрызки фруктов и листья, словно то кричали и швырялись сами джунгли.

Через час после полуночи Радж Ахтен добрался до реки Келонг и остановился у моста, глядя на безостановочно текущий навстречу поток своих подданных. По обоим берегам широкой реки раскинулись рисовые поля, и перед Радж Ахтеном предстало незабываемое зрелище, внушавшее трепет.

Люди спешили к реке с факелами в руках. Мимо него проходили десятки тысяч их — мужчины, потные, в одних только набедренных повязках, с огромными тюками на спинах, пробирались вперед с упрямством вьючных животных, опираясь на дорожные посохи. Женщины шли следом, неся детей, привязанных к груди, придерживая на головах корзины.

Мост попыталось перейти слишком много людей и слонов сразу. Теперь слоновьи туши лежали на отмелях под мостом среди рухнувших бревен. Из-за этого переход через реку был затруднен.

Здесь были представители всех слоев общества — на белом слоне под шелковым балдахином ехал знатный лорд в расшитых золотом одеждах. Его стражники были разодеты в тонкий красный шелк с отделкой из меха выдры. Рядом шли простые крестьянки в своих повседневных платьях из грубого хлопка. Богатые торговцы передвигались на рикшах — коляски тянули беднейшие из бедняков, люди со столь тупыми и грубыми лицами, что походили они скорее на животных, чем на людей.

В повозках, запряженных буйволами, ехали целые семьи. Какой-то мужчина волок за собой тележку с больной женой, словно вез на рынок мешок имбиря. Вот прошел старый философ в окружении учеников с обритыми головами. Ученики, кроме узлов с пожитками учителя, несли еще сумки со свитками. Рядом смотрители подгоняли бамбуковыми палками кучку сумасшедших, нагих, скованных вместе за лодыжки цепью.

Келонг медленно струил под мостом свои воды. В них отражались горящие факелы, и над поверхностью воды стлался голубоватый дым.

Родители с детьми на руках шли через мост осторожно, тщательно нащупывая ногой опору. В узле за спиной одной из женщин Радж Ахтен увидел маленькую девочку, очень похожую на старшую дочь Саффиры.

Женщина эта споткнулась и упала в грязные воды Келонга. Когда же вынырнула, ребенка при ней не было. Видевшие это крестьяне подняли крик, тыча в сторону реки руками. Несколько человек нырнули в воду, надеясь спасти девочку.

Но поиски ничего не дали. «Ребенок скоро вынырнет, — подумал Радж Ахтен. — И долго будет плыть по течению лицом вниз, пока тело не вынесет на берег с телами других, кому тоже не удалось перейти реку».

А народ все шел мимо. Начало людского потока терялось у горизонта.

Один из крестьян вдруг увидел и узнал Радж Ахтена. И, показывая на него рукой, начал кричать:

— О Великий Свет,защити нас! Услышь наши мольбы, о Солнечный Лорд!

Его услышали остальные и тоже увидели РаджАхтена. Люди начали пробираться к нему, толкаясь, кто-то сорвался с моста в грязную воду. И вскоре, простирая к нему руки, кричало уже великое множество народу.

Издали из-за реки до него донесся запах смерти — знакомое зловоние колдовских заклятий.

Он махнул своим воинам и быстро перебрался через мост, а вслед ему все летели мольбы о помощи, словно сама ночь возносила их ввысь на своих темных крыльях.

Через час он достиг холма, с которого открывался вид на равнину. В трех милях впереди джунгли и пастбища курились ядовитым дымком, на глазах становясь серыми.

По дороге навстречу ему все текла река света — над бесконечным людским потоком пылали факелы. Этим людям было уже не успеть уйти от колдовской заразы.

По обеим сторонам дороги виднелись развалины старого города, стены домов из белого камня

казались разбросанными по земле костями.

Радж Ахтен вдруг услышал треск, словно на костре жарилось мясо. Болезнь докатилась до склона холма меньше, чем в полумиле от него, — листья на деревьях мгновенно свернулись, затем осыпались. Ветви и виноградные лозы поникли. Стволы некоторых деревьев треснули, словно в них ударила молния.

В небо поднялись целые стаи попугаев, ткачиков, зябликов, закружились над разоренной землей.

Опустошение простиралось насколько видел глаз, до самого горизонта. А до Картиша оставалось еще сто восемьдесят миль.

— Быть голоду в этом году, — сказал Бопанастрат, — ничего уже не сделаешь.

Волна заклятия все приближалась к Радж Ахтену. Сколько времени нужно, чтобы эта зараза разъела человека до костей?

Радж Ахтен, ударив верблюда по носу, заставил его опуститься на колени. Слез на землю.

— Накормите верблюдов, — сказал он солдатам. — Может, это последний раз на ближайшие несколько дней.

Бопанастрат и все остальные так и сверлили его глазами. Разумеется, хотели знать, что он собирается делать. Но спросить никто не осмелился.

Радж Ахтен весь день ощущал странную слабость в теле. Левая рука начала теперь дрожать.

Проклятие Биннесмана угрожало самой его жизни, и никакие дары, никакие действия не могли ему помочь.

Всю ночь Радж Ахтен ехал мимо пустых селений по мертвым, жутким, как видения из кошмарного сна, землям.

Кое-какие живые существа здесь уцелели. Среди развалин ползали тарантулы, охотясь на мышей и коноплянок. Но растения погибли все. Ни одной травинки было не сыскать. От зловония нечем было дышать.

Подданные его убежали, но не все. На обочине дороги порой встречались мертвые тела стариков, немощных, больных людей, не выдержавших и одного дня ходьбы. Кое у кого из мертвецов было перерезано горло — может, за кусок хлеба, может, за вола.

Зрелище полного опустошения заставило его забыть и о жаждущем его крови Уквазе Фахаракине, и о вероломном Габорне. По сравнению со злобой опустошителей людская злоба не значила ничего.

До своего войска — трехсот тысяч простых солдат, вставших лагерем в двенадцати милях к северу от Дворца Канареек, — он добрался только перед рассветом.

Солдаты остановились на ночь в брошенном городе, чтобы передохнуть и сжевать свой скудный паек. Проезжая по улицам, Радж Ахтен всюду видел угрюмые лица — отчаявшиеся люди уже не верили в избавление.

Даже прогони они опустошителей, на протяжении ста миль в любую сторону не сыскать было ни еды для них, ни корма для лошадей. И судя по мрачности лиц, воины готовились к смерти. Многие читали молитвы он то и дело слышал во тьме скорбное бормотание.

Лишь редкие приветствовали Радж Ахтена радостными криками, большинство же провожало его тоскливыми взглядами.

В центре лагеря парил над головами шелковый воздушный шар в форме граака. Под ним вокруг костра сидели, скрестив ноги, пламяплеты и его Хроно. Безволосые колдуны бесстрастно смотрели, как приближается Радж Ахтен.

— Что слышно нового? — спросил он, подъехав.

— Ваши войска возглавил Эйсалла Пуснабиш, — ответил Раджим. — Вчера он проверял укрепления опустошителей. Много воинов погибло.

— Сколько же? — спросил Радж Ахтен.

— Почти вся ваша конница, о Великий, — сказал Раджим.

Радж Ахтен выругался. Рудники в Картише представляли из себя открытый котлован с крутыми стенами, вокруг которого как попало сваливались отходы. Местность в самый раз для опустошителей, но никак не для конницы.

— Как это произошло? — спросил он. Раджим пожал плечами.

— Опустошители построили крепость. Горная колдунья, которая привела их, куда сильнее той, что была в Каррисе. Но еще не все потеряно. Пуснабиш неплохо подготовился к завтрашнему сражению.

Радж Ахтен потер левую руку, надеясь улучшить циркуляцию крови.

Пламяплет Аз кивнул на его руку.

— Стало хуже?

— Со мной все в порядке, — сказал Радж Ахтен.

— Я могу вас исцелить, — предложил Аз.

Но Радж Ахтен не желал такого исцеления — ценой человеческой сущности.

Он окинул холодным взором свое войско. То были солдаты из старого Индопала — из доспехов у них имелись только нагрудные пластины, рогатые шлемы и круглые щиты, крепившиеся к левой руке. Оружие их вполне годилось для сражения с опустошителями — длинные копья, боевые молоты, топоры. Но в руках людей, не обладавших дарами, оно было бесполезным. Такие воины слишком быстро уставали.

Триста тысяч простых солдат — ничто против опустошителей. Но Радж Ахтен помнил, что они все же могут пригодиться в сражении. В Каррисе опустошители, на которых нападало сразу много воинов, уклонялись от схватки. Они не могли отличить, кто из людей Властитель Рун, а кто обычный человек.

И это могло сыграть Радж Ахтену на руку.

Он пустил в ход всю силу своего Голоса и своего обаяния и прокричал:

— Благородные воины Индопала, я приветствую вас! Пробил час, которого мы опасались. Пришли опустошители. Лишь от храбрости ваших сердец и силы ваших рук зависит, наступит ли для нас новый день. Этой ночью Индопал погибнет или выживет благодаря нашей доблести. Этой ночью я поведу вас в битву, какой еще не видел мир! Так вперед, мои воины, со мной — за Индопал!

Сила Голоса Радж Ахтена удивила даже его самого. Измученные воины вмиг преобразились в берсерков и вскочили, потрясая оружием.

Он вскочил на верблюда и помчался вперед, обгоняя ветер.

Зимой в горах Алькайр обильно выпадал снег, покрывая вершины белыми шапками. Он таял все лето, питая реки, стекавшие с горных склонов. В долине Ом на юге Картиша было двенадцать водопадов.

Это было самое любимое Радж Ахтеном место в мире. Он приезжал в Ом ежегодно в первый день месяца Маков. В это время здесь всегда стояли в цвету пекановые деревья, пышно зеленела благоуханная трава, долину покрывал ковер красных маков, и над Дворцом Канареек висела водяная дымка, отнесенная ветром от водопадов.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать