Жанр: Остросюжетные Любовные Романы » Ольга Володарская » Стерва на десерт (страница 26)


— Остается Зорин, — страшным шепотом выдала Княжна.

— Да перестань! Нашла на кого думать, этот и мухи не обидит, — уверенно оборвала ее Марья.

— Стоп, стоп! — Я подняла руку, предотвращая зародившийся спор. — Не о том размышляем. Нам надо выяснить, когда это, — я брезгливо мотнула подбородком в сторону стола, — подбросили на мой стол.

— Как когда? Ясно, что вчера.

— Почему именно вчера?

— Точно — вчера, — деловито изрекла Маруся и поудобнее устроилась на стуле, который до сего момента занимала лишь на треть. — Ты ушла в два. Ну и мы следом.

— А работа? Нам ведь полно складских документов принесли на обработку.

— Какая работа, Леля? Мы все перенесли душевную травму, когда увидели ту несчастную женщину, как там ее…

— Мы все? — засмеялась я. — По-моему, кроме нас с тобой ее никто не видел.

— Остальные могли вообразить. А воображение у нас, сама знаешь, — и Маруся со значением покосилась на Княжну. — Короче, мы отпросились у Кузина пораньше, наплели ему о расшатанных нервах и утаили о том, что у нас работы полно. Он нас и отпустил.

— И, выходит, что весь отдел знал, что наша комната пустует.

— Весь, ни весь, а мужики, как есть четверо, присутствовали, когда я перед Кузиным страдание жертвы Фреди Крюгера изображала.

— Так, — попыталась сосредоточиться я. — Так. Что же нам делать?

— Провести свое расследование, — радостно вскрикнула Маринка.

— Каким образом? Спросить у каждого, не он ли обозвал меня сукой и пошвырялся в моем столе.

— Нет, конечно. Но ведь можно что-то сделать. Например, поискать улики, опросить свидетелей.

— Каких свидетелей? На всем этаже только мы да электрики, — обречено махнула рукой Княжна.

— Стой, а она ведь дело говорит, — встрепенулась я. — Пойдемте к электрикам сходим, вдруг они что-то видели…

— Что можно в нашем темном коридоре увидеть?

— … или слышали. Или обоняли. — Все дружно рассмеялись. Вот обезьяны! Лишь бы похихикать. Даже угрозы в мой адрес не мешают им веселиться. — А чего вы ржете? От Сереги, например, всегда одеколоном несет, а от Кузина спиртом. Санин с Маниным, правда, не пахнут, но зато Зорин благоухает лавандовым маслом, как французская куртизанка конца 18 века.

— Кстати, зачем он им мажется?

— Он его в волосы втирает, — сообщила Маруся, она была поверенной во всех делах нашего чудо-юдо программиста. — Для придания пышности.

— А лаванда, похоже, по ошибке придает пышность не волосам, а телу, — хихикнула Княжна.

— Собрались, — строго проговорила Маринка. — Нам расследование вести.

— Насчет улик можете не беспокоиться — их нет. Следов ОН не оставляет, — задумчиво протянула я. — Скорее всего, бардак он устроил, чтобы их замести… А вот поспрашивать электриков, думаю, стоит.

Тут Эмма Петровна, бледненькая, осунувшаяся, встала, пошаркивая, прошла к двери и у порога прошептала:

— Не могу, девочки. Что-то мне страшно. Можно я не буду расследование вести, а? Можно я пойду? — Эмма Петровна молитвенно сложила руки и жалостно на нас посмотрела.

— Можно, — смилостивилась Маруся. — Идите погуляйте.

— Или домой езжайте, — сурово молвила Княжна. — Нечего у нас под ногами мешаться. Нам сейчас не до вас.

Эмма Петровна закивала головой, вскочила и бросилась к двери. Маруся рванула следом и участливо распахнула дверь перед трусоватой коллегой. Тут же комнату огласил ее радостный вопль:

— На ловца и зверь бежит!

— Неужто маньяк? — ахнули мы.

— Какой маньяк? Электрики идут. Сеня, Вася, подите сюда.

Мы высыпали за дверь. В полутемном коридоре разглядеть мужиков было практически невозможно, Маруся их скорее почуяла. Спустя 10 секунд и мы догадались об их присутствии: Сеню мы услышали, он громко топал и сопел; а о Васином приближении нас оповестил многоголосый кошачий хор.

Когда мужчины подошли вплотную, мы загалдели:

— Мужики, вы не видели, в нашу комнату вечером никто не заходил?

— А если не видели, может, слышали?

— Или обоняли?

— А подозрительного ничего не заметили?

— Девчонки, вы чего? — растерянно спросил Вася и осторожно улыбнулся. Он вообще все делал осторожно, уж такой был человек. Больше всего в жизни Вася Бодяйко боялся кого-то нечаянно обидеть.

— Мы тебе вопрос задали, отвечай.

— А чего вам хотелось бы услышать? — поинтересовался он, преданно заглядывая в глаза каждой из нас.

— Видел ли ты кого или нет? — нетерпеливо переспросила Марья.

— Я нет, — выдал-таки Вася, после чего наклонился к своим облезлым четвероногим любимцам и засюсюкал. — Проголодались, мои хорошие? А вот я вас покормлю. А какой я вам вкуснятины сейчас дам, м-м-м!

— Убери ты их! — выругалась Княжна. — Нагадят нам под дверью, а мы в темноту потом наступай!

— Они не гадят, где попало, они воспитанные.

— Еще скажи породистые, —

фыркнула Княжна, благоговейно относящаяся к голубой крови не только у людей, но и у животных.

— Да они даже лучше… — Горячо начал Вася, но неожиданно был прерван своим другом Сеней:

— А я видел!

— Как они гадят? Так и я видела, — торжественно изрекла Княжна.

— Да нет, как к вам в комнату кто-то заходил.

— Когда?

— В начале пятого.

— И кто это был?

— Разве увидишь в такой темнотище?

— А ты бы пригляделся, — разозлилась Маринка.

— Да если б я знал, — и он беспомощно развел своими пухлыми руками.

— Ну, хотя бы силуэт ты можешь описать?

— Могу, — Сеня сморщил лоб, вспоминая. — Худой, длинный, немного сутулый.

— Кузин или Серега? — вопросительно посмотрела на меня Маринка.

— Серега маленький, скорее всего, Кузин. Сень, а еще что-нибудь не вспомнишь?

— Ну…Э…. А! Чуть не забыл! Спиртом от него несло, как от…от…

Пока Сеня придумывал звучное сравнение, мы возбужденно переглядывались. Значит, Кузин. Наш безобидный, славный и простой гражданин начальник и есть тот самый убивец? Или его визит в нашу обитель еще не доказательство, а простое совпадение?

Маруся поманила нас в комнату. Мы дружно переступили порог и захлопнули за собой дверь, не взирая на то, что Сеня уже подобрал нужный эпитет и приготовился его выдать.

— Пошли выведем его на чистую воду!

— Правильно, — поддержала подругу Княжна. — Скажем, мы все знаем, так что нечего отпираться.

— А вдруг он просто так заходил? — предположила я.

— Зачем, если нас никого не было?

— Чайники считать.

Княжна нахмурилась. Она знала, как и все остальные, что Кузин мог зайти к нам и для этого. Дело в том, что наш начальник был настолько рачительным хозяином, что даже гоголевский Плюшкина по сравнению с ним был вертопрахом и транжирой. У Кузина каждая ерунда, типа стаканчика для карандашей или ластика, была учтена и прономерована. Для более серьезных вещей — машинок, чайников, каминов — имелся регистрационный журнал, в котором еженедельно он отмечал, в каком состоянии находится вышеперечисленные предметы. Даже пустые коробки Кузин не выбрасывал, и сломанные стулья хранил, не говоря еже о перегоревших лампочках.

— Давайте ему позвоним и спросим, что он делал в нашей комнате, — предложила Марья.

— Давайте, только осторожно, как бы не спугнуть.

— Кто будет говорить? — Маруся замерла с поднятой трубкой.

— Пусть Леля. — предложила Княжна. — И громкую связь не забудь включить.

— Ладно. — Я набрала номер, когда трубку взяли, осторожно произнесла. — Але.

— Кузин слушает.

— Иван Львович, это Володарская.

— Здравствуй, Лелечка, я узнал.

— Вы, говорят, к нам вчера заходили?

— Кто говорит? — голос его напрягся, или мне это только показалось.

— Соседи наши — Сеня с Васей. Так вы заходили?

— Заходил.

Все так испуганно ахнули, будто он уже и в трех убийствах сознался.

— А что ты хотела?

— Вы, Иван Львович, из моего стола ничего не вынимали?

— Как я могу… Без спросу.

— И ничего не оставляли?

— Нет, — растеряно протянул он.

— Может, что-то видели?

— Конечно, видел.

— Значит, когда вы вошли, на моем столе что-то было? — я даже дыхание затаила, предвкушая ответ.

— Было, было, не волнуйся ты так. — Он немного покашлял, потом затараторил. — Машинка счетная, 1 штука, регистрационный номер 1122, стаканчик пластмассовый, 1 штука, номер 1165, в стаканчике: карандаши, 2 штуки…

— Эй, Иван Львович, стойте, — испуганно выкрикнула я, вспомнив, что у меня на столе была коробка со скрепками, и не известно, коробками он их учитывает или поштучно. — А больше ничего?

— Как ничего? Скрепки…

— А альбомного листа с красными буквами?

— Откуда у тебя альбомные листы? — с опаской поинтересовался Кузин. — Нам их не выдавали.

— Иван Львович, вспомните, пожалуйста. Был лист или нет?

— Нет. Никакого листа на твоем столе не было. Только машинка счетная, 1 штука, регистрационный номер…

— Спасибо, — прокричала я в трубку и дала отбой.

Все выжидательно на меня пялились и молчали, наконец, Маруся не выдержала:

— Ну, что скажешь?

— Либо он очень хороший актер, либо это не он.

— И если это не он, то весь этот кавардак нам устроили после половины пятого, то есть прямо перед тем, как уйти с работы.

— И что нам это дает?

— А ничего! — я зло отодвинула телефон. — Давайте ментов вызывать, пусть сами разбираются!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать