Жанр: Остросюжетные Любовные Романы » Ольга Володарская » Стерва на десерт (страница 9)


— Не до этого сейчас, Эмма Петровна, — сурово ответила Маруся. — Не до баловства.

— Тебе бы вообще, дорогуша, баловаться пора прекратить. Не девочка ведь, 35 скоро стукнет, а все туда же, глазки бы парням строить.

— 35 не 50, можно и построить, — с ударением на слове «пятьдесят» протянула Маруся. Типа, нам до вашего полтинника еще жить и жить, не одному успеем голову вскружить.

— И тебе 50 будет, не волнуйся. А от привычек своих профурсеточных пора избавляться уже сейчас.

— Вы тут матом не ругайтесь, Эмма Петровна, — обиделась на незнакомое слово Маруся. — И не вам советы давать, вы в мужчинах ничего не смыслите…

— Это почему же? — возмутилась бывшая учительница. — Только потому, что я не была замужем?

— Конечно, — с чувством превосходства ответила Маруся.

— Е-рун-да! Вот Лелька тоже не была, а вы с открытыми ртами об ее любовных приключениях слушаете, да еще советов спрашиваете.

Ну вот. И до меня добрались! Я вжала голову в плечи и попыталась не дышать — авось, пронесет. Но, не пронесло.

— Лель, — возопила Маруся. — Ну, хоть ты скажи ей, что ваше поколение, от ихнего отличается, как, как, как… «Мурзилка» от «Плейбоя»!

— Брейк, господа, — я сделала попытку утихомирить спорщиц, но не тут-то было.

— Вам Эмма Петровна полагалось замуж девственницами выходить.

— Прекрати, Маруся, — предостерегла представительница поколения «Мурзилки». — Я пошлости не потерплю.

— Да вы даже от слова «секс» краснеете.

— Хватит! — прокричала Эмма Петровна, заливаясь краской.

— Секс, секс, секс!

— А ну прекратите! — прикрикнула я.

Все остальные с радостным любопытством молчали и ждали продолжения. Княжна даже шею вытянула, чтобы ничего не пропустить — как-никак таких стычек в нашей комнате еще не было.

— И «Камасутру», поди, не читали?

— Зато я читала Пастернака и Ахматову.

— А что такое презерватив вы знаете?

— Знаю.

— А видели?

— Видела.

— Может, и покупали даже?

— Да как ты…

— Замолчите! Обе! — гаркнула я.

Маруся закрыла рот, Эмма Петровна наоборот открыла, чтобы глотнуть воздуха. Остальные застыли в немом ожидании.

— А ты чего раскричалась? Командир нашлась, — зло зыркнула на меня Маруся, но, судя по всему, она уже поуспокоилась и начала приходить в себя. — Мы просто спорим. Да, Эмма Петровна?

— Дура ты, Маруся, — беззлобно выругалась ответчица.

— И вы дура, — радостно ответила Маруся. Она, видимо, уже раскаивалась. Вот такая она у нас, горячая, но отходчивая.

— Вот и ладненько! — обрадовалась я и, потирая руки, приготовилась испить чаю, но тут Эмма Петровна принялась за меня.

— А ты, Лелечка, зря с этими парнями не познакомилась.

— Я?

— Ну не я же, мне-то уже поздно. А

вот тебе еще пока нет.

— Еще пока? Я что уже дряхлею?

— Нет, но скоро, лет эдак через 5, тебя будет тяготить одиночество. И ты выскочишь замуж за первого встречного, помяни мое слово.

— Но вы же не выскочили! — отбрыкивалась я.

— Потому что я не знала народной мудрости.

— Мужчина должен быть чуть получше обезьяны?

— Нет. — Эмма Петровна, выдержав длиннющую паузу, торжественно произнесла. — Плохенький хорошему дорожку торит.

— Что он с дорожкой делает, плохенький ваш, я не поняла? — заволновалась Маринка.

— Прокладывает, то есть. — Эмма Петровна по старой учительской привычку встала в стойку у стола. — Мне всегда мама говорила, пусть плохенький, но твой. Я фыркала, вот как ты, Леля, и все принца ждала. А зря! Сначала неказистый, потом получше, а там, глядишь и принц бы пожаловал. Начинать надо с малого, а потом по возрастающей. Они ведь мужики какие?

— Какие? — заинтересованно выпалила Маруся, хотя уж кто бы спрашивал, но только не эксперт по мужчинам, коим она только недавно отрекомендовалась.

— Приземленные. Мы, женщины, думаем как? Если нет достойного тебя мужчины, надо быть одной и ждать, когда достойный появится. А как рассуждают они? Раз одна — значит, некому не нужна. А раз некому, значит и мне. Что я хуже других?

— Я что-то не пойму… — начала, было, я, но Эмма Петровна остановила меня жестом и продолжила:

— Потом, не забывай, что мужчина охотник и забияка. Ему за женщину драться надо. Вспомни хотя бы оленей, которые из-за самки по весне рогами сталкиваются, или собак, или петухов. А с кем ему за тебя драться, коль ты одна одинешенька? Вот то-то и оно! — Эмма Петровна сделала глубокий, удовлетворенный вдох, после чего закончила свою эффектную речь словами. — По этому и говорят, что плохенький хорошему дорожку торит.

— Эмма Петровна, миленькая, да у меня столько этих плохеньких было, что если б они и впрямь что-то торили, то ко мне бы уже не дорожка вела, а трасса Е-95.

Все согласно закивали — знали, черти, как часто я связывалась с теми, кто этого был совсем не достоин. Даже Эмма Петровна глубокомысленно хмыкнула, отказавшись от дальнейшей дискуссии.

— Может, взбодримся, чайку попьем, — предложила Маринка.

Все оживились, захлопали ящиками, доставая свои бокалы и кружки. Маруся нежно вынула чайную пару немецкого фарфора, которой гордилась, как Брежнев своими геройскими звездами.

Княжна налила мне и себе по чашке (что в обычные дни делала только после долгих уговоров), сунула мне последний сухарик, поднесла свой бокал к губам, как вдруг…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать