Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Человек с топором (страница 83)


Олег расправил грудь и пробормотал, что он в самом деле защитит ее от всего-всего. Мрак поморщился и отвернулся, словно друг при огромном стечении народа во все воронье горло… ну, взял фальшивую ноту. Да еще задним проходом.

Игарка встала, но глаза ее с любовью и нежностью не отрывались от бледного лица Олега.

— Я пойду приготовлю на стол, — сказала она.

— Я буду делать все, что вы хотите! Теперь не скрывайтесь, говорите все. Я люблю тебя, Ол-лег!… И тебя, суровый Мрак.

Она исчезла, подарив обоим ослепительную улыбку, а Олегу еще и нежный взгляд. Из дальней комнаты послышался легкий шум работающих агрегатов, что изготавливали стол, стулья, посуду и необходимую еду. Мрак смотрел в ту сторону, в его глазах Олег прочел невысказанное пожелание насчет жареного кабанчика.

— Ха, — сказал Мрак саркастически, — она и меня любит!… Прямо как кошечку. Нет, как рыбку в аквариуме.

— Как хомячка, — сказал Олег сердито.

— Лохматого такого… Неужели ты не можешь себе представить, что нас можно принимать, как, скажем, людей?

Мрак смотрел с горькой иронией в золотых глазах.

— А ты — можешь? Я, конечно, человек грубый, но я не могу принимать за равного, как и любой человек двадцати первого века, современника Ивана Грозного, Рюрика или Жанны д'Арк! О чем я с ними мог бы разговаривать? Общаться?… Ну подумай!… А стать на всю жизнь нянькой и учителем при таком балбесе, что норовил бы при каждом удобном случае разбить кувалдой всю нечестивую технику в моем доме… нет, благодарю. А между лабунянами и нами разницы больше, чем между охотниками на мамонта и разработчиками монитора с зерном на двадцать и одну десятую. Так что это ты смотри здраво!… Во, дожили: не ты меня, а я тебя призываю думать головой, а не чуйствами!… Что-то в лесу издохло.

— Головой? — переспросил Олег.

— Тогда получи головой. Я хорошо помню Землю, когда мы ее покидали. А ты помнишь? Кого мы последними видели на Земле, когда покидали ее?… Вспомнил те слюнявые морды?… Вспомни тех уверенных в своей мощи хамов… Эх, Мрак, это и есть человечество. Если даже обвешаем дипломами всех вузов, оно останется таким же.

Мрак пожал плечами:

— Олег, другого человечества нет.

— Теперь есть, — сказал Олег страстно.

— Мы так часто говорили, что другого нет, что уже миримся с его скотством, его низостью, его звериной натурой. Но вот оно — другое! Мрак, это и есть человечество. Настоящее человечество. Правильное! Мудрое, возвышенное, чистое…

Игарка появилась на пороге, ее оранжевые глаза смотрели на обоих с немым вопросом. Мрак сказал ласково:

— Ну, чего тебе, Ихошка?

— Обед готов, — сказала она чистым музыкальным голосом, и даже у Мрака сладко дрогнуло сердце.

— Кроме того, я написала для вас философию.

Оба уставились на нее во все глаза. Олег решил, что ослышался, а Мрак переспросил тупо:

— Вот так села и написала?

— Да нет, — рассмеялась она, — пришлось стоя, пока готовила. Зато, когда накрывала на стол, оформила основы этики и мировоззрения для… адаптации.

Олег смотрел восторженно, так показалось Мраку, вот-вот удар хватит, побагровел даже, и Мрак сделал отметающий жест:

— А на фиг нам филозопия? У нас самих этой мути хватает!… Нам нужны новые технологии, нужны звездолеты, нужны эти Врата…

Она произнесла мягко:

— Эта философия сделает вас обоих счастливыми. Вы ощутите, какое это счастье — служить нам, разделять с нами наши идеи, взгляды, образ мыслей, наши ценности… Я сейчас для вас сформирую основы мировоззрения, что гармонично оттолкнется от ваших ценностей, сразу введет в мир… в другой мир. Вы ощутите, какое это счастье — помогать нам, участвовать с нами в нашей жизни…

— Да-да, — повторил Олег влюбленно. Мрак сказал резко:

— На фиг! Не надо нам этого.

Она смотрела на него с победной улыбкой.

— Вы только прочтите, — сказала она мягко.

— Прочтите только первые фразы. Если не захотите прочесть до конца, то я признаю, что не права. Согласны?

— Да, — ответил Олег.

— Нет, — ответил Мрак угрюмо.

— Мрак, — сказал Олег с мягкой настойчивостью, — мы должны прочесть. Мы просто обязаны. Не понравится — не станем менять свои взгляды, но если они в самом деле правы…

Игарка улыбнулась, бросила весело:

— Обед на столе! Поспешите!

Она исчезла, а Мрак, вскипев, ухватил Олега за плечо, развернулся и заорал прямо в лицо:

— Дурак!… Мало ли как они построят фразы!… Я не хочу их вообще слушать! Они не могут быть правы!

— Почему?

Глаза Мрака стали бешеные, он прорычал, удлиняя клыки:

— Потому что правы только

мы!

Олег молча отстранил его, вышел из дома, двигаясь, как слепой, неверными шагами и щупая перед собой воздух.

Когда через пару часов он так и не вернулся, Мрак вылез из-за компа, уже успел пошарить по всему Шару, Игарна унеслась пообщаться с соотечественниками. Несмотря на декларируемое желание побыть в одиночестве, она, как и все термиты и тараканы, по мнению озлобленного Мрака, чувствовала необходимость соприкосновения с телами себе подобных.

Олег все еще сидел у озера. На том же месте, заметил Мрак, где впервые встретили Игарку. Сидел как болванчик, глаза бессмысленно уставились в воду. Мрак тряхнул его за плечо:

— Эй, не спи! Замерзнешь.

Олег вздрогнул, по телу прошла волна, а кожа сразу потеплела. Мрак сказал пытливо:

— Что на этот раз?

— Мрак… это ты, Мрак… Да просто я погрузился в размышления.

— Ага, погрузился, — повторил Мрак.

— Когда погружаешься, надо не забывать выныривать. Хоть иногда. За глотком свежего воздуха. Понял? Там, на глубине, в размышлениях, он не совсем чистый. Я бы сказал даже, с обратным вектором.

— Слова-то какие, — буркнул Олег.

— Размышления в самом деле могут показаться затхлыми, так как идут от нашего извечного: «кто виноват?» и «что делать?» Но без них тоже теряем направление. Гадко мне, Мрак. Чувствую, слишком рано мы вышли в Большой Космос. Не готовы. Приходится не просто сталкиваться с такими проблемами, что… а тут еще надо решать, ибо промедление смерти подобно. Что есть мы, земляне, и эти лабуняне в нашей Вселенной? Во Вселенной, за которой признаем жизнь и даже возможность некого интеллекта? Где мы в этом сверхгигантском организме, какова наша роль? Что нам предназначено, чего от нас Вселенная ждет, а чего делать никак нельзя?

— Действий она ждет, — ответил Мрак.

— Ей давно надоели эти слюни. И философия.

— Действий…

— ответил Олег тоскливо.

— Для Вселенной — все есть действие. Я уподобляю ее сверхорганизму, в котором и скелет… возможно, и плоть, и нервы, и кровеносная система… Мы, пока летели, убедились, что космос… гм… устроен сложно… но что в этом организме мы?

— Мозг, — сказал Мрак гордо.

— А все остальное — задница.

— Ну, на мозг, — протянул Олег, — на весь мозг не тянем. Даже на мозжечок или участок коры слабо… Ребенок, к твоему сведению, вылупляется уже с мозгом. А вот к мысли, рождаемой мозгом, твоя догадка близка. Легкой такой мимолетной мысли! Скользнула и пропала. Или — скользнула и… задержалась, зацепилась за что-то. Начала развиваться, обрастать деталями. Мрак подумал, хмыкнул:

— Значитца, мысли взрослого человека?

— Пожалуй, — сказал Олег осторожно. Тут же пожалел, ибо Мрак кровожадно воскликнул:

— Ага, а эти земноводные — детская мысль?

— Скорее, предыдущая, — поправил Олег поневоле.

— Учитывай процессы во Вселенной! Тут миллион лет — вообще не время. Да, я бы назвал ее, да, предыдущей мыслью.

Мрак задумался, брови сошлись на переносице, кожа на скулах натянулась. Олег с тревогой заметил, что нижняя челюсть воинственно подалась вперед.

— Эй-эй, — сказал он предостерегающе.

— Не делай никаких выводов! Это только предположение.

— А что, — протянул Мрак с хмурым удовлетворением, — впервые мне кажется, что в философии что-то есть… Все человечество — это мысль… Мысль бога, если уж высоким штилем. Та самая беспокойная мысль, что даже богу мешает почить на лаврах, просто балдеть, оттягиваться, ловить кайф… после того, как сотворил мир, Адама и Еву, Имира, Прадуб и прочие достопримечательности. И хотя у нас таких любителей оттягиваться и балдеть все больше, но, видимо, пока что человечество в целом — мысль беспокойная. Избавиться от этой мысли есть только два варианта…

Олег следил за развитием темы с беспокойством, спросил подозрительно:

— Два? Какие?

— Либо поддаться, — растолковал Мрак покровительственно, — принять ее, либо… отмахнуться. Отдать предпочтение другой мысли. Или желанию, тебе виднее, что точнее. В смысле, полежать, оттянуться, понаслаждаться жизнью. В этом случае ты понимаешь, что будет с той, первой мыслью…

Олег буркнул:

— Она исчезнет.

— Она будет стерта, — согласился Мрак.

— Вытеснена. Заменена. Ну, за дело?… Эх, люблю я философию — мать ее всех наук!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать