Жанр: Религия » Елена Уайт » Свидетельства для Церкви (Том 4) (страница 56)


Мы запланировали посетить лагерные собрания в штате Огайо и на Востоке, но поскольку наши друзья посчитали, что было бы самонадеянностью ехать туда при таком состоянии моего здоровья, мы решили остаться в Батл-Крике. У меня сильно болело горло и легкие, да и сердце все еще покалывало. Поскольку я большую часть времени сильно страдала, то решила полечиться в санатории.

Последствия чрезмерного труда

Мой муж непрерывно трудился во имя продвижения дела Божьего в разных отделах, центр которых находился в Батл-Крике. Его друзья удивлялись тому объему работы, который он выполнял. В субботу утром 18 августа муж проповедовал в нашем доме молитвы; днем после обеда он четыре часа подряд внимательно слушал чтение рукописи третьего тома. Духа пророчества. Материал был необычайно интересным и рассчитанным на то, чтобы затронуть человека до глубины души, поскольку речь шла о страданиях, распятии, воскресении и [277] вознесении Христа. Мой муж очень утомился, прежде чем мы осознали необходимость отдыха. В воскресенье он начал трудиться в пять часов утра и закончил только в полночь.

На следующий день, примерно в половине седьмого муж почувствовал головокружение - ему угрожала опасность паралича. Мы ужасно боялись этого страшного заболевания, но Господь был милостив к нам и избавил нас от страдания. Однако вслед за приступом у мужа наступило сильное физическое и умственное истощение, и теперь нам и в самом деле было невозможно посетить лагерное собрание на Востоке. Я не могла отправиться туда одна, бросив мужа в подавленном состоянии духа и в полном телесном изнеможении.

Когда мой муж слег, я сказала: "Это происки врага. Мы не должны подчиняться его власти, а Бог позаботится о нас". В среду мы особо молились о том, чтобы Бог даровал мужу Свое благословение и вернул ему здоровье. Мы также просили о мудрости, желая узнать свой долг относительно посещения лагерных собраний. Господь неоднократно укреплял нас в вере, чтобы мы шли вперед и трудились для Него, не обращая внимания на разочарования и физические немощи, и в такие минуты Он чудесным образом сохранял и поддерживал нас. Но наши друзья уговаривали нас отдохнуть, утверждая, что было бы непоследовательно и неразумно с нашей стороны предпринимать такое путешествие и подвергать себя утомительной лагерной жизни на сквозняках. Мы сами пытались убедить себя, что дело Божье все равно будет идти вперед и без нас, что оно не пострадает, если нас там не будет. Бог воздвигнет других людей, которые совершат для Него работу.

Однако я не могла обрести спокойствие и легкость на сердце, когда думала о том, что мне было бы лучше отстраниться от работы на этом поле. У меня создалось впечатление, будто сатана стремится преградить мне путь, мешает возвестить мое свидетельство и выполнить работу, порученную мне Богом. Я уже решила было ехать одна и выполнить свой долг, уповая на то, что Бог дарует мне необходимые силы, как вдруг мы получили письмо от брата Хаскела, в котором он выражал благодарность Богу за то, что брат и сестра Уайт посетят [278] лагерное собрание в Новой Англии. Пастор Кенрайт написал, что не приедет, так как не может оставить заинтересованных людей в Денвере и никто из его группы не может отлучаться надолго оттуда. Пастор Хаскел далее писал, что все готово для большого собрания в Гровленде и что он решил с Божьей помощью проводить это собрание, даже если ему придется вести его одному.

Мы снова представили Господу это дело в молитве. Мы знали, что могущественный Врач и Целитель силен вернуть мне и моему мужу здоровье, если это будет во славу Его. Казалось, у нас нет ни малейшей возможности двинуться в путь, поскольку мы были больны, измождены и упали духом, но иногда мне казалось, что Бог благословит нас обоих в этой поездке, если мы доверимся Ему и отправимся на Восток. В моем сознании часто возникал вопрос: "Где твоя вера? Ведь Бог обещал, что даст тебе силу".

Я попыталась воодушевить мужа; и он решил, что если я чувствую себя в силах перенести тяготы лагерной жизни и потрудиться для людей, то мне лучше поехать, но он не может допустить и мысли о том, чтобы сопровождать меня в своем нынешнем ослабленном состоянии, ибо он неспособен трудиться, его ум затуманен отчаянием, и его состояние вызывает лишь жалость и сострадание у собратьев. Муж после своего внезапного приступа едва мог сидеть даже малое время, и ему не становилось лучше. Мы снова и снова обращались к Господу, надеясь, что появится какой-то просвет, но никакого особого света не получили. Поданный экипаж уже ждал, чтобы отвезти нас на вокзал, и мы снова обратились к Господу в молитве и умоляли Его подкрепить нас в пути. Мы оба решили идти вперед с верой и положиться на Божьи обетования. Это решение потребовало от нас большой веры, но когда мы разместились в вагоне поезда, то почувствовали, что исполняем свой долг. В дороге мы хорошо отдохнули и спали всю ночь.

Лагерные собрания

В пятницу около восьми часов вечера мы доехали до Бостона, а на следующее утро сели на первый же поезд в сторону Гровленда. Когда мы прибыли в лагерь, дождь лил как из ведра. Пастор Хаскел без устали трудился до последней минуты [279] и организовал прекрасные собрания. Было раскинуто сорок семь палаток, помимо трех больших шатров, один из которых предназначался для совместных собраний и достигал сорока метров в длину и двадцати пяти метров в ширину. Субботние собрания вызвали глубочайший интерес. Церковь возродилась и укрепилась, а грешники и отступники пробудились и осознали грозящую им опасность.

В воскресенье утром все еще было облачно,

но как раз перед началом собрания проглянуло солнышко. Паромы и поезда выгружали на лагерную площадку свой живой груз, который исчислялся многими тысячами человек. Пастор Смит проповедовал утром по восточному вопросу. Эта тема представляла особый интерес, и люди слушали с величайшим вниманием. После обеда я с трудом протиснулась вперед - так много народа стояло перед кафедрой. Взобравшись на нее, я увидела перед собой море голов. Гигантская палатка была битком набита, живая стена уходила вглубь на несколько метров. У меня сильно болели легкие и горло, однако я верила, что Бог поможет мне по такому важному случаю. Начав проповедовать, я забыла об усталости и боли, ибо поняла, что обращаюсь к людям, для которых мои слова - не праздные басни или выдумки. Проповедь заняла у меня более часа, и слушали ее на одном дыхании. Когда все пели заключительный гимн, руководители Клуба реформы и воздержания в Хаверхилле просили меня, как и в прошлом году, выступить перед членами Клуба в понедельник вечером. Но поскольку на это время уже было назначено мое выступление в Денвере, я вынуждена была отказаться от приглашения.

В понедельник утром мы молились в нашем шатре за моего мужа. Мы представили его болезнь великому Врачу. Это было прекрасно проведенное время; небесный мир сошел на нас. В моем сознании вдруг ясно всплыли слова: "И сия есть победа, победившая мир, вера наша" (2 Ин. 5:4). Мы все почувствовали на себе Божье благословение. Затем мы собрались в большом шатре; мой муж встретился с нами и сказал короткую проповедь, произнеся драгоценные слова из глубины пламенного сердца, смягченного глубоким сознанием [280] Божьей милости и благости. Он попытался помочь верующим в истину осознать, что их преимущество - принимать в сердца свои заверение в Божьей благодати, и что великие истины, в которые мы верим, призваны освящать жизнь, облагораживать характер и оказывать спасительное влияние на мир. Слезы на глазах людей свидетельствовали, что их сердца приняли эти слова и умилились под их влиянием.

Затем мы продолжили дело, начатое в субботу, и утром особым образом трудились для грешников и отступников, из которых вышло вперед для молитв двести человек, в том числе и десятилетние подростки, и седовласые старцы. Более двадцати человек впервые вступили на путь жизни. После обеда было крещено тридцать восемь человек, и большое число людей отложили крещение до своего возвращения домой.

В понедельник вечером, в обществе пастора Кенрайта и некоторых других, я села на поезд, отправляющийся в Денвере. Мой муж не смог меня сопровождать. Освободившись от напряжения и волнения лагерного собрания, я почувствовала себя больной и обессиленной, однако поезд быстро мчал нас на следующую встречу в Денвере. Там я должна была выступать перед совершенно незнакомыми людьми, которые имели предубеждения из-за ложных слухов и нечестивой клеветы. Я подумала, что была бы очень благодарна Богу, если бы Он избавил меня от боли в сердце, укрепил мои легкие и дал мне ясный голос. Я не высказывала вслух эти мысли и чувства и в великой скорби молча взывала к Богу. Мой мозг слишком устал, я не могла выразить свои мысли в виде связной речи, но чувствовала, что нуждаюсь в помощи и всем сердцем просила Бога поддержать меня. Я должна была укрепиться умственно и физически для предстоящего тем же вечером выступления. В тихой молитве я снова и снова говорила: "Я вверяю свою беспомощную душу в Твои руки, о Боже, Избавитель мой. Не оставь меня в этот трудный час".

По мере приближения начала собрания, мой дух все настойчивей взывал к Богу в молитве, умоляя Его о силе и крепости. Едва собравшиеся пропели последний гимн, я прошла к кафедре. Когда я стояла перед людьми, у меня подкашивались ноги, но я знала, что если моим трудам и суждено быть успешными, то это произойдет исключительно благодаря силе [281] Всемогущего. Когда я попыталась говорить. Дух Господень сошел на меня. Я почувствовала какое-то подобие электрошока в сердце, и вся боль исчезла в тот же миг. У меня сильно болела голова, но и эта боль полностью прекратилась. Першение в горле и легких почти не чувствовалось. Моя левая рука накануне почти полностью потеряла чувствительность из-за боли в сердце, но теперь чувствительность восстановилась. Мой ум прояснился, и душа наполнилась светом и любовью Божьей. Казалось, что ангелы Божьи окружают меня со всех сторон, подобно огненной стене.

Шатер был забит до отказа, и около двухсот человек стояли снаружи, потому что внутри для них не осталось места. Я проповедовала на слова Христа, которые Он сказал в ответ ученому книжнику, спросившему Его о том, какая наибольшая заповедь в законе: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем помышлением твоим" (Мф. 22:37). Божье благословение почило на мне, боль и слабость исчезли. Передо мной стояли люди, которых я, быть может, уже не встречу до самого суда; и желая спасти их, я проповедовала серьезно и в страхе Божьем, чтобы не оказаться виновной в их крови. Я весьма непринужденно проповедовала час десять минут. Иисус был моим Помощником, и Ему пусть достанется вся слава. Публика слушала очень внимательно.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать