Жанр: Фэнтези » Пола Вольски » Проклятие чародея (страница 68)


Глава 20

В ночь, последовавшую за отступлением Тьмы и разгромом белых демонов, весь Ланти-Юм праздновал победу. Под чистым звездным небом плясали и пели высыпавшие на улицы толпы горожан. Изготовленные на скорую руку петарды и шутихи осыпали каналы мириадами разноцветных искр. Рекой текло вино, люди прощали друг другу давние обиды, все обнимались, целовались, клялись в вечной дружбе и любви. На воде качались горящие всеми цветами радуги домбулисы, из окон дворцов струился золотой свет, и призрачные голубые огни на верхушке колокольни Ка-Неббинон мерцали в уютной ночной тьме. Свежий ветер радовал своей прохладой и запахом моря. Над головами сияла полная луна, и всюду царило безудержное веселье.

Впрочем, веселье было омрачено трауром многих семей, потерявших родственников, павших в битве с врагом.

А поднявшееся наутро благословенное солнце осветило картину вчерашней бойни. Равнину за городской стеной усыпали горы тел — трупы людей, нелюдей, белесых демонов. Перед горожанами стояла задача с почетом похоронить по лантийскому обряду павших защитников и устроить погребальный костер для белых демонов, ни один из которых не был взят в плен, правитель Ланти-Юма герцог Бофус, вышедший из сражения живым и невредимым, понятия не имел, как подойти к решению этой проблемы, и предпочел обратиться за помощью к ордену Избранных, чего лантийцам, привыкшим относиться к магам не иначе как с глубоким недоверием, делать вовсе не хотелось, и потому они медлили. Наконец группа смельчаков приблизилась к острову Победы Неса, чтобы встретиться на пирсе с горсткой растрепанных измученных мужчин в черных одеждах. Растратив почти все свои силы, пытаясь справиться с Грижниевым проклятием, чародеи смогли лишь на время уберечь трупы от разложения. Тем самым им удалось предотвратить массовую эпидемию. На большее они пока не были способны. Горожане ничуть не сомневались в том, что именно магия рассеяла грозную Тьму, но мнения относительно того, кому именно принадлежит честь называться Спасителем Ланти-Юма, разошлись. Многие усматривали в том заслугу непревзойденности Ваксальта Глесс-Валледжа. Кому еще могло быть под силу такое чудо? Но уверенности в том не было. Сам Глесс-Валледж — возможно из скромности — помалкивал, от Избранных же, как всегда, ничего нельзя было добиться.

В городе между тем царил полный хаос. За день многие здания превратились в госпитали, в которых залечивали свои раны герои битвы с вардрулами и поправляли здоровье изнемогшие от Тьмы. Хирурги и чародеи трудились, не покладая рук. На улицах было полно бездомных, голодных, потерявших рассудок бедняг, которые брели не разбирая дороги, по заваленным мусором аллеям и переулкам, мимо заброшенных алтарей Эрты, мимо выгоревших участков земли, где совсем недавно пылали огромные костры. Тут и там лежали трупы бексаев, зониандеров, дендеров, убитых ради наживы, а то и из-за их не вполне человеческой наружности. Наиболее совестливые не могли без слез сожаления смотреть на эти картины разрухи и запустения, радость победы затмило чувство жгучего стыда.

В городе начался голод. Мясники, зеленщики, бакалейщики, булочники давно уж позакрывали свои лавки; фермерский рынок исчез; закрылись харчевни. На оставшихся постоялых дворах и в тавернах еду предлагали по безбожной цене. В гавани не было кораблей, так что наладить поставку продовольствия было невозможно. Богачи, разумеется, не бедствовали, но те, кто победнее, уже заглянули в глаза голодной смерти. Проходили дни, и всерьез озабоченный плачевным положением своих подданных добрый герцог Бофус попытался перераспределить имевшиеся в городе запасы в пользу обездоленных. К несчастью, все его благие устремления ни к чему не привели, равно как и попытки обеспечить бездомных крышей над головой, захоронить умерших и вообще наладить хоть какой-нибудь порядок среди встревоженных и ропщущих людей. Даже для самых верных сторонников герцога становилось все более очевидным, что организационные способности их правителя гораздо ниже средних.

На фоне нарастающей смуты возвращение леди Каравайз Дил-Шоннет и трех ее спутников прошло незамеченным почти для всех, за исключением донельзя обрадованного герцога. Надо сказать, что Бофуса озадачила произошедшая с дочерью перемена, бледный и болезненный вид еще можно было объяснить долгим пребыванием во Тьме, но какова причина глубокой задумчивости и погруженности в себя? Действительно, появление Каравайз не привлекло сколь-нибудь существенного внимания горожан. Не вызвало ажиотажа и ее публичное заявление о роли, которую сыграл премудрый Уэйт-Базеф в избавлении от черного проклятия. Многие продолжали верить в то, что обязаны своим спасением Глесс-Валледжу — тем более что он красив и обаятелен, не в пример вечно ухмыляющемуся, пузатому и лысому Уэйт-Базефу… Впрочем, горожане предпочитали не касаться таинственных дел Избранных. Пусть чародеи уж сами как-нибудь между собой разберутся.

С таким же безразличием было встречено и объявление Каравайз о том, что один из участников похода, в результате которого свет возвратился в мир, был не кто иной, как лорд Деврас Хар-Феннахар, хозяин дворца Феннахаров. В любое другое время подобная новость произвела бы сенсацию, теперь же никому не было до этого дела. Бесконечно более важным стало известие о том, что уставший от трудов герцог решил передать бразды правления своей энергичной молодой дочери. Сколь ни велика была популярность герцога в народе, его уход был встречен

в равной мере с сожалением и облегчением и, по завершении церемонии официальной передачи власти, испуганные, любопытные, полные надежды взгляды жителей Ланти-Юма обратились к его преемнице. Каравайз весьма ответственно отнеслась к своим новым обязанностям и с таким жаром погрузилась в работу, что целую неделю не показывалась на глаза незадачливому отцу. В конце концов, беспокоясь о здоровье дочери, герцог решил ее разыскать.

Бофус постучал в дверь ее рабочего кабинета и, дождавшись приглашения войти, вошел в просто обставленную, но очень удобную и уютную комнату.

Каравайз сидела за столом с пером в руке, просматривая разложенные перед собой документы. Лицо девушки удручало своей бледностью, под глазами обозначились темные круги.

— Кара, родная, — встревожился Бофус, — ты плохо выглядишь.

— Все хорошо, отец. Просто немного устала.

— Дитя мое, ты непременно должна хорошо кушать и подольше спать, иначе заболеешь, и твой отец этого не переживет.

— Еще успею отдохнуть. А сейчас слишком много работы.

— О, Кара, мы живем не ради того, чтобы работать, не покладая рук, поверь мне. Тебя так долго не было дома, а со времени твоего возвращения мы ведь почти не виделись. Мне так не хватает моей девочки. Отложи бумаги, пойдем выпьем ароматного вео, поговоришь со мной. Знаешь, в алькове Павлиньего зала накрыт чудный стол. Отведаем сочных фруктов, поговорим о том о сем, полюбуемся, как солнце отражается в водах Лурейса. Пойдем.

— Заманчиво, отец, — грустно улыбнулась Каравайз, — но сейчас не могу. Как-нибудь в другой раз, обещаю тебе. Очень скоро.

— Кара, мне тревожно за тебя. Какие дела могут увести мою дочурку от любящего отца?

— Дел так много, так много, что все не перечесть. Столько всего нужно успеть! Не знаю, когда управлюсь и управлюсь ли вообще. Все так запущено… — Уловив на лице отца обиженное выражение, она поспешила добавить: — В том смысле, что Тьма причинила нам столько бед. Город переполнен голодными, бездомными людьми, которым крайне нужна наша помощь. Но продовольствие сейчас практически не поступает, поэтому я работаю над программой перераспределения имеющихся запасов наиболее справедливым образом. Кроме того, часть общественных зданий послужит временным пристанищем для бездомных — к примеру, крепость Вейно.

— Кара, голубчик, ценю твою доброту и великодушие, но ламмийский гарнизон ни за что не согласится с подобным планом.

— Никто и не спрашивает их согласия, — мрачно усмехнулась Каравайз. — Я уже отдала распоряжение, чтобы собирали вещи, уматывали и больше не возвращались. Ноги их не будет на нашей земле, это я обещаю.

— Дитя мое! — переполошился Бофус. — Что ты наделала? Какой ужас! Келдхар Гард-Ламмиса сочтет себя оскорбленным в лучших чувствах!

— Ничего, переживет.

— Дорогая моя, присутствие ламмийских солдат в Ланти-Юме объясняется прежде всего тем, что мы в долгу перед Гард-Ламмисом. Раз мы приняли его условия, то должны их неукоснительно соблюдать, разве не так?

— Отец, ламмийцы веками нас эксплуатировали, начисляли на наши займы немыслимые проценты. Мы давно уже с лихвой выплатили все долги! Ты только загляни в наши гроссбухи…

— Мне вовсе не нужно заглядывать в гроссбухи для того, чтобы понять, что с друзьями следует обращаться честно и добропорядочно.

— Друзья! Ха! — Язвительная реплика чуть не сорвалась у нее, с языка, но при виде искренней обеспокоенности отца Каравайз смягчилась. — Мы обращаемся с ними более чем добропорядочно. Помнишь мятеж в тот день, когда ты ходил к статуе Юна? Ты сам поведал мне о нем, а я приказала провести тщательное расследование. Так вот, отец, в тот день ламмийские солдаты ни с того ни с сего убили несколько лантийских граждан — наших подданных. Так вот, я уже послала гонцов с сообщением келдхару Гард-Ламмиса, что компенсация, назначенная мной за жизни убитых, намного превышает остаток числящейся в его счетах задолженности. Мало того, по моим расчетам, он сам нам должен немалую сумму — долг, который я готова простить в случае безоговорочного возвращения нам укреплений Вейно и крепости Уайт. Это ли не добропорядочность?

— Не знаю, — покачал головой Бофус. — Даже не знаю. Не уверен, что келдхар согласится.

— А разве у него есть выбор? — Мрачноватая улыбка снова появилась на ее лице. — Гард-Ламмис пострадал от Тьмы не меньше нашего. Из донесений знаю, что и там страшный беспорядок и смута. У келдхара сейчас по горло собственных проблем и заниматься Ланти-Юмом ему явно не с руки. Тут-то мы и возьмем его за горло… давно пора.

— Что будет, когда келдхар разберется со своими проблемами? Что тогда?

— К тому времени мы настолько приумножим свои силы, что никакой Гард-Ламмис нам будет уже не страшен. Для этого я намерена возродить старую традицию лантийских дружин, и тогда у нас будет превосходная армия. Затем я заручусь поддержкой Избранных. Сколько можно чародеям и простым людям волками коситься друг на друга? Возможности ордена должны служить интересам Ланти-Юма ради всеобщего блага.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать