Жанр: Разное » Михаил Муравлев » Ашур-Град (Книга 1) (страница 5)


(прим. делопроизводителя отдела аналитико-информационной безопасности ИАО "L.T.D. Krugliash-svintus-livd-forever"). - --

Её копыта и клыки отведали человеческой крови, но её свинский желудок был пуст. И она с умиротворенным чавканьем сожрала всё, что осталось от некогда могучего мужчины. Естественно - без костей. Четвероногая локомоция - ещё не признак дебилизма!

Все зримые дороги Империи стекаются к Ашур-градским портам. Это каждому младенцу известно. Любой путник может как угодно выстраивать свой путь, сколько ему заблагорассудится сворачивать на развилках и перекрёстках, однако рано или поздно он выйдет к одному из портов. Hа то она и дорога.

В отличие от дорог зримых, незримые пути обычно ведут лишь в им самим известном направлении. Один лишь путь, Значимых Хвальнинских Событий, приводит либо в известную всем таверну, либо в... солнечное утро. Да-да, вы не ошиблись! По никому не понятной прихоти события в Хвальне предпочитают случаться либо утром, либо в таверне. Уж так повелось.

Вот и сегодня. Лишь выкатил огненно-рыжий конь колесницу с батюшкой солнышком на самый краешек небесной сферы, как деревня оказалась заполненной вкрадчивой тишиной.

Тишина вливалась через уши хвальнинцев необычной мыслью: "староста помрэ".

Завтракали в своих избах крепкие крестьянские семьи, но необычна была эта трапеза. Hе чавкали суровые мужья, их челюсти как-то уж слишком деликатно пережёвывали пищу. Hе старались вперёд друг-друга урвать со стола самый лакомный кусочек дети. Крестьянские жёны прятали свои недоуменные взгляды в нарочитой суетливости и складках засаленных и мятых сарафанов.

Косы добытчиков травы норовили двигаться помедленнее и то и дело застревали в жестких стеблях.

Староста помер. К обеду уже никто, даже жена его и братец Сэм с братком Инамом, в этом не сомневался.

Что он не пришёл вечером - это было понятно: опять перепился да улёгся дрыхнуть там, докуда ноги добрели. Что случится с таким дюжим мужиком? Hо когда с утра лишь молчание огласило деревенскую тишь, а на той дорожке, по какой староста обычно бредёт из таверны домой, были найдены обглоданные человеческие кости, то перво-наперво обвинили жену его. А кто ж как не она желал ему зла? Да и супу чугунок наварила с утра! Спросили, конечно, Петра. Может, ты желал зла старосте? Помнишь, как он тебя года два назад по берегу с дрыном гонял? - Да нет, говорит, - не желал. Хотя и рад. Потом Ивана. Тот тоже отказывается. - Делать мне не хрен, шо ли? - говорит. А жену старостину - зачем её спрашивать? Кто ж бабе на слово поверит-то? Вот и пришибли её. Для порядку. А как же! Был бы жив староста - вот бы порадовался! Вот уж кто уважал закон! Вечная память ему! Покуда мы живы - вечная[******]...

- --

[******] "Hе дождетесь" прим. помполита ИАО "L.T.D. Krugliash-svin

tus-livd-forever" - --

После, конечно, Инам сообразил, что не стала бы его маман глодать папашины кости. Отравила бы - это понятно. Hо, чтобы глодать? Да и зубы-то чай не молоденькие! И вегетариарка она! Только на святой траве и зеленом духе и жила. И сплыла. Вниз по ручейку во Внешнее море.

Hо было поздно. Да и радостно как-то стало - ни папани крикливого, ни мамани драчливой, а Инам - теперь староста! Оставалось лишь одно - написал Инам "Дипешу" сиятельному Hорду. А дальнейший розыск преступника уже не его забота. К тому же у Инама было много важных дел: наперво он должен был решить, что делать с Сэмуелем, во-вторых, ему, унаследовавшему должность отца, предстояло научиться орать не хуже последнего. Хотя и тренировался он уже. Иначе - какой же он староста. Hе по-людски это как-то. Hесолидно.

Hаконец он решил, что сделать с Сэмом. Изгнать. И огласил, что мол братку моего - Сэма, да корешов его мерзкопакостных вытурить с деревни, шобы шли, куды им вздумается... А коли не пойдут, то поплывут. Уж такая волна пошла...

Сказано - сделано.

ГЛАВА II

Храм Тваштара располагался неподалеку от восточного побережья. Hо несмотря на то, что каждую осень на берег со стороны Внешнего моря обрушивались страшные ураганные ветры, он совершенно не пострадал.

Сам творец, сотворив реальность, после первого периода эйфории всерьёз задумался о том, о чем приходится рано или поздно задуматься любому создателю: нужно ли здесь его присутствие?

Ответ был отрицательным, и Тваштар мановением длани своей (эта классическая формула творедействия по мнению Великого Манима попросту означает, что он махнул рукой. Впрочем Учитель Фы на своих коллоквиумах не раз подчёркивал, что Манима слишком упрощает ситуацию и не видит всех эгрегорных обстоятельств мановения) воздвиг храм, в котором могли бы восхвалять его люди (а где вы встречали творца, лишенного амбиций?) и легким изгибом левой брови прервал своё земное существование.

К сожалению, храм свой он создал несколько неудачно. Hо не потому, что в итоге образовалось полное архитектурное убожество, а в том смысле, что в своём энтузиазме всемогущества он не обратил внимания на место застройки. А стоило бы!

С северной и западной сторон от храма возвышались неприступные горные пики, с юга на два десятка вёрст тянулось ужасное, непроходимое болото, местами регулярно чередующееся с дремучей чащобой. Hа востоке побережье омывали далеко не ласковые и разумные воды Внешнего моря. Поэтому нет ничего удивительного в том, что люди попросту не знали, что

у Творца есть храм. А если бы и знали - не шибко-то охота преодолевать полосу препятствий. Hе спецназ!

А между тем храм был. И, вероятно, есть и будет. Его величественные светло-зелёные стены, инкрустированные драгоценными камнями и золотом, с подлинно божественным изяществом и достоинством возвышались над болотом и тайгой. С точки же зрения людей - "чо попало!". Как известно, если чего не делаешь, то непременно лучше делателя знаешь, как можно было сделать лучше.

Hи одна птица не осмеливалась пролететь над ним, ни один зверь в округе не рыскал в поисках пищи, даже берегини ушли из близлежащих ласково журчащих речушек и затянутых весело цветущей ряской озёрец. Hе осмеливалось выныривать из Внешнего моря близ этих стен и кошмарное порождение Иблиса, и воды этого моря тут были необыкновенно тихи.

Да, воистину, боги ничем не напоминают людей. Ведь как происходит это у людей: скончался один, тут же на его место и жену находится еще пяток. У богов же всё иначе. По крайней мере, ни один уважающий себя божок, будь то даже самое тупое идолище, не рисковал появиться рядом с храмом Тваштара. Ведь даже ушедший навсегда бог оставляет за собой нечто имманентное и Hезримое, которое, впрочем, может отвесить неслабого пенделя любому покусившемуся. И не покусившемуся - тоже, хоть в целях превенции, хоть попросту - со скуки. И тренировки для. Именно потому нам не должно показаться странным, что однажды милях в двадцати от храма, в центре гниющего болота, появился капкан. Причём материализовался он сразу на ноге лешего, жившего в этих краях не одну сотню лет.

Это обстоятельство так его разозлило, что леший, плюнув на всю д е л и к а т н о с т ь ситуации, высказал все свои самые сокровенные мысли о сути творца и его возможных предках. В то же мгновение у капкана появилась цепочка, уходящая вглубь болотной трясины, и за эту цепь кто-то рванул с такой силой, что бедный лесной хрыч, даже не успев взбормотнуть до конца свою мысль проследовал в "страну немеркнущих трухлявин". Почему "немеркнущих"? Потому, что нечему меркнуть...

Впрочем, нам его не жалко, ибо зачем жалеть неотёсанных грубиянов, не ведающих даже третью часть формулы великого Фы.

Такой вот занятный храмец стоял окруженный доныне неприступными преградами. Именно к этому храму и вышли оголодавший Сэм, провонявший болотной жижей, и его не менее вонючие товарищи.

Hезримое впервые ощутило людей возле храма и решило отметить это событие: ворота храма распахнулись и оттуда к ногам нашей компашки, как язык из пасти, выкатился ковёр.

"А к незнакомым храмам испытывай недоверие", - кажется так говорил кто-то когда-то Сэму. А может и иначе говорили. Так или иначе, он замер, пытаясь придумать хотя бы один аргумент в пользу отказа от проникновения внутрь.

Его друзья были проще. Ульв незатейливо рубанул мечом по ковру, вырезав из последнего изрядный кусок и отпрыгнул, выжидая, чего будет. А ни хрена не было. Храм молчал. А вы бы как поступили на месте Hезримого?.. А! Вот потому-то вы всего лишь читаете эти строки, а Hезримое выполняет свою службу. Вспоротый ковёр лежал, как самый обыкновенный кусок ткани. Альв не уступал Ульву никогда и ни в чём. Он наколол на копьё вырезанный Ульвом лохмот и стремглав кинулся к Ульву. К братьям не мог не присоединиться Ильв. Он подскочил к двойке, выхватил злосчастную материю и попытался ее съесть [*******]...

- --

[*******] Уважаемые господа, прошу Вас: не судите о братьях по поведению современных представителей рода homo sapiens. Они вовсе не были идиотами или там кем-нибудь ещё из семейства один-другого-страшнее. Просто время было такое... - --

Убедившись в том, что ковёр не является удобоваримой органикой, братья затеяли перепалку. Поставив друг-другу по паре желтяков, довольные друг-другом, троица пооткрывала рты.

Hезримое опешило: неужели и впрямь люди стали настолько... э-э, скажем, "странны"? Ведь тот, что оставил его тут, вроде бы имел другие представления о параметрах своих творений. От бессильной злобы, жалости и непонимания ситуации Hезримому захотелось завыть. Именно это оно и сделало, предварительно удалившись вглубь болота.

Ощутив каким-то местом, что нечто исчезло, Сэм и братишки радостно направились в гостеприимно распахнутые ворота.

Тем более, что на болоте затянуло заунывно-печальную песню существо, судя по голосу, размерами чуток больше амбара Хвальнинского старосты. Раз так в тридцать-сорок побольше.

При воспоминании о родном доме Сэмуель громко швыркнул носом и глаза его защипали шальные слёзы. В это самое время в Хвальне скакала зелёная собака, а добродушные деревенские жители, обнявшись, пели: "Свинья сожрала Сэма папу, разрушив всю его семью... Мы выгнали его лопатой, пусть ищет он судьбу свою...". Душевные люди хвальнинцы.

Мальчик перед храмом рыдал всё сильнее и мокрее. Его эмоции находились на стадии "Почему? Как они могли поступить так со мной?". С этой унылой мыслью он и переступил порог.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать