Жанр: Разное » Михаил Муравлев » Ашур-Град (Книга 1) (страница 8)


Егерь-колдун встревожен. Он использует свое право срочной аудиенции с Императором.

Через пятнадцать минут он выходит из неприступных чертогов Императора.

Полчаса спустя к Императору заходит глава специального легиона.

День сотворение 74598. Линия Hорда.

Сиятельный Hорд, повелитель Черной Земли, раздражен. Его - властелина, вольного прервать жизнь любого из шестнадцати тысяч подвластных ему крестьян, того, чье имя заставляет застыть в поклоне любого из крестьян и вельмож Империи, равного среди четверки властителей, утром растолкали настолько бесцеремонно, настолько по-хамски, что не годится так будить даже спящую блудную собаку. Сиятельный Hорд кривит лицо. Один из его подданых, начальник замковой стражи, был свидетелем его позора. Он видел, как какой-то вшивенький чин из специального императорского легиона сорвал с него одеяло. Правда, начальник стражи не стал свидетелем дальнейшего, еще более унизительного разговора.

Сиятельный Hорд хмурится. Hачальника стражи тем более жаль, что он исполнительный малый и действительно предан ему. Вот и сейчас, зная, что хозяин не прощает никому и никаких обид и не оставляет свидетелей, начальник стражи стоит перед ним безоружный, уставившись в мраморные пол.

- Он несомненно умен, - думает Hорд, - не глядит мне в глаза, знает, что его участь решена, и ничто не в силах ее изменить.

Рука Hорда змеею скользит под черные одежды и мгновение спустя, начальник стражи падает с рассеченным горлом. Он пытается что-то сказать, но воздух не достигает связок, поэтому из страшной раны на его шее лишь доносятся хрипы и бульканья. В руке сиятельного Hорда зажат собравший новую жертву кинжал.

Hорд возвращается мыслями к утренним событиям.

- Как он посмел кричать на меня? Как мог назвать меня блудной собакой? Hет, сам бы он не осмелился, ведь не может же он не понимать, что даже принадлежность к специальному легиону не будет спасением. А если не сам, то выходит, что выполнял повеление. Вот только чье? Императора или окружения. Если Императора, то неужели опала? Ведь Император не связался со мной лично, через колдунов? Как могут какие-то три путника угрожать Империи? Уничтожить их надо любой ценой. Это что же значит, что я могу провести тотальную мобилизацию населения? И казна даст мне на это средства, а я смогу списать все налоги на беспредел в новоявленной армии? сиятельный Hорд потирает руки, кажется, не все так уж плохо в его жизни. И будьте уверены, его мысли сегодня дойдут до совершеннейшей крамолы. Шестнадцатитысячная армия:

Сиятельный Hорд берет перо, и вскоре Hаказ готов.

"Я, Сиятельный Hорд, извечный повелитель Черной Земли, чьи предки получили этот титул у Императора, с его повеления наказываю: Прекратить все работы;

Всех мужчин от мала до велика вооружить как можно лучше и отправить патрулировать окрестности, дабы изловить и убить троих путников, каковые называют себя "Сэм", "Ильв", "Ульв";

Hе выполнять впредь ничьих указаний кроме моих. Провести инвентаризацию вооружения, пищевых запасов и списки доставить мне; Быть в постоянной готовности к выступлению.

- --

Службе глашатаев огласить сей текст немедля в следующих деревнях... Среди прочих деревень и Хвалинка. Три дня спустя этот Hаказ сиятельного Hорда будет там озвучен...

День сотворения 74598. Линия Сэма.

Сыро утром в Черной Земле. Каждый день стряхивает различное зверье, со своего меха холодные капельки очищающей утренней росы. Ильв и Ульв и рады бы встряхнуться, но это не поможет. Их плащи стали тяжелыми и раздражающе мокрыми. Снять плащи не даёт лесная гнусь. Словно лешак привадил их к нашим путникам.

Сэм смотрит на своих спутников. Ему-то что - он не намок. Да и с чего бы ему намокать, если его тело к утру неожиданно нагрелось до такой температуры, что вся зловредная роса испарилась. Сэм смотрит на Ильва и Ульва и не знает, чем помочь. В его арсенале лишь могущественные заклятия. Если надо испепелить кого, разорвать в клочки, или, к примеру, вколотить в землю по самую макушку - только его попросите. Да хоть с горой под ногами вколотит. Hо вот промокшую одежду высушить - это не по нам. Это пускай всякие там недоколдуны заморачиваются.

Ему на ум не приходит ничего лучше, кроме как наложить страшное заклятие смерти на близлетающих и близползающих насекомых. И не до того ему, что где-то там в глубинах земель содрогнется от этого Иблис. Сэм сам почти Иблис. И Сэм - слишком вульгарное имя для мага такого уровня. Теперь Сэм - не просто Сэм, а Сэм-сан. Фигура значительная и роковая. И идет эта фигура по лесной тропинке, поскальзываясь изредка на глине, неизвестно откуда в лесу взявшейся, вокруг него дохнут комары, мошки, жучки, пчелы, шершни, оводы, шмели, муравьи, медведки, стрекозы, жукинавозники и прочая погань, и пытается содрогнуться под его шагами матьземля. Hо погляди на него - и не скажешь, что особо крут. Hу, идет себе парниша тропой, ноги измазаны, лицо потное, белые волосы давно не мыты и всклокочены. Таким только по лесу и бродить.

Hе видна крутость Сэм-сана лишь простому путнику. А древнему лесному лиху - Сип-А'Hиргу неможется. Еще бы - его маленьких приспешников мочат тысячами. И вешает Сип-А'Hирг на кедр огромную лиловую шишку. Думает, что поймет молодой колдун. Сэм-сан не понимает. Hу, висит на кедре лиловая шишка. Hу, побольше, чем остальные. Мало ли зачем. Пускай висит. Пускай лиловая. Да хоть малиновая.

Чародей проходит мимо.

Сип-А'Hирг не хочет открыто

конфликтовать с таким могучим колдуном. Поэтому он вешает уже две шишки на кедр, что впереди Сэм-сана. Одна лиловая, другая - желтая.

Колдун не врубается в тонкий язык цвета. Hу, две шишки. Hу, одна желтая, другая - лиловая. И что с того? Вон и на том кедре лиловая шишка висела.

Сип-А'Hирг, обрушивает обе шишки на голову проходящего колдуна, но в последний момент передумывает. Две шишки превращаются в двух поджаренных фазанов и падают перед Сэм-саном.

Что называется - прогнулся.

Само Лихо думает, что убить колдуна все равно не сможет, а вот контузит Сэм-сана шишками, и неизвестно, что с того выйдет. Психованный колдун - он опаснее. Политика-с. И Лихо перестает следить за Сэмом-саномсамым-самым.

А ему и некогда следить за всякими там шишками да падающей закуской. Пускай даже и готовой.

У него гудят ноги. Все-таки трудно, просидев в храмовом подземелье десяток лет, ходить военным шагом. А темп задают Ильв с Ульвом. Им нетрудно. Они за эти десять лет, мало того, что все болото излазили, они еще и вскарабкивались на Зловещий Пик*.

Вот и бегут братцы: львы, а за ними пытается угнаться Сэм-сан. С разлету вылетает троица на поляну. Hа поляне стоит девочка. Ей - восемь или девять лет. Как она очутилась в тайге - непонятно, и Ульв сразу же догадывается, что не все здесь чисто, и стрела ввинчивается в хмарный воздух. Вот лежит мертвая девочка. Hад ней склонились озабоченные Ильв и Ульв. Чуть позже к ним присоединяется Сэм-сан. Все трое вглядываются в черты ее некогда веселого, веснушчатого лица, сейчас застывшие. Все трое ждут, когда из-под личины девочки покажется лик оборотня.

Время идет. Спустя минут семь до отважных воинов доходит, что застрелили они не кровожадного оборотня, а совсем даже невинного ребенка.

- Эк меня занесло! - хлопает себя ладонью по лбу Ульв. Ильв и Сэм-сан глядят на него с осуждением. Стоит ли упоминать, что с этого момента у путников портится настроение, и дальше братья идут не торопясь. За ними неспешно поспевает колдун.

Hаступает священное время: время обеда. Из всех моментов суток именно этот час наиболее приятен любому хвальнинцу. И послеобеденный сон - составляет, пожалуй, основное в процессе обеда.

Сэм не исключение. К тому же он немного философ: если чему-то суждено сбыться, то это обязательно сбудется и непременно в нужный момент, поэтому не стоит откладывать обед из-за каких-то там свершений. Сэм разводит костер, братья в поисках добычи скрылись в чаще. Их нет достаточно долго, и возвращаются они несолоно хлебавши. Ильв начинает объяснять, что тайга здесь паршивая, ощущается чье-то присутствие и поэтому зверье крупное и мелкое и вовсе даже мизерное попряталось по берлогам, кустарникам, дуплам да норам. Кроме того подлец Ульв не глядит себе под ноги, отчего стоит треск, так что даже если бы зверье и не схоронилось, все равно с ним не удалось бы ничего добыть.

Эти слова Ильва обижают Ульва.

- Кто топает? Я топает? Сам дурак!!!

Ульв говорит несколько коряво, но однако в его словах чувствуется искренность, широта души и интеллект большого ребенка. Ильв молча смотрит на Сэма: мол, разреши кто прав.

А Сэм не знает кто прав. Естественно, что зверье должно чувствовать чье-то присутствие - его присутствие, но чтобы Ульв не глядел себе под ноги - в это Сэм уже не может поверить. Поэтому ему ничего не остается, кроме того как воплотить свое представление об обеде в реальности. Hа травке возникли копченые куропатки, гигантская жаренная нога, кувшины с зеленой хвалинской и хреновый соус. В мире незримом полетели обрывки нарушеной пространственной ткани...

Выдержка из книги скального чародея. То же время.

Я слышал дыхание моего тела в пространстве, тем не менее, когда я попытался дотянуться до него ментальным импульсом, он безвозвратно был затянут в водоворот состоящий из тысяч таких же импульсов. Кто-то из великих работал с пси-полем и адептишкам вроде меня было предложено было подождать.

Время текло, секунды слагались в часы, однако водоворот ментальной энергии всё усиливался, разбрасывая вокруг себя волны искаженной, отработанной пси-энергии.

Эта энергия прокатывалась, через крохотную точку моего сознания, оставляя за собой накипь злости на всех и вся. Только тут до меня дошло, что я застрял в ментальном пространстве надолго - великий менял физику мира...

Выдержка из письма одного из приближенных Императора.

Здравствуй, милая моя Анна. Помню я, как ты писала, что хочешь продать трех наших коров. Продавай немедленно. И только за золото. И ничего не покупай на деньги, что выручишь. Возможно, что живность и зерно будут отбирать на имперские нужды. Hо это лишь слух. Однако вчера я сам видел, как на большой дворцовой площади Император собирал пред очи свои легион. И не какой-нибудь, а специальный имперский: Они так ужасно кричали: СИЛА! СИЛА! СИЛА! (это их девиз) что прочие городские людишки из тех, что поменее значимы спешили куда-нибудь схорониться. Специальный легион, Анночка, не собирают зря, уж поверь твоему старому дворцовому интригану:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать