Жанр: Боевики » Андрей Воронин » Умереть, чтобы воскреснуть (страница 39)


Глава 31

— У нас есть все основания думать, что вы помогаете преступнику, — начал разговор Прилукский. — Вполне возможно, вы помогали ему с самого начала, как только были назначены старшим охраны. «Жучок» гарантировал нам успех. А вы сделали все, чтобы этого не случилось.

— — Вы уже наняли других людей, со стороны, — возразил Слепой. — Откажитесь вообще от услуг ФСБ! Что вам мешает?

— Вы не вольный художник, вы получили приказ. Принципиальные вопросы мы решаем с подполковником Звонаревым. Все претензии к нему. Требуйте именные часы и молоко за вредность.

«Далековато он ушел от дипломатичного способа выражаться, — подумал о Прилукском Слепой. — Впрочем, они все сейчас на нервах. Кажется, этого и добивался Веденеев».

— Мы все докажем, товарищ секретный агент.

На скамье подсудимых вы окажетесь рядом с Веденеевым!

— Вы не доведете дело до суда. Вы наняли людей, чтобы шлепнуть капитана при первой возможности…

— Бывшего капитана.

— ..а моя посредническая миссия, выходит, для отвода глаз?

— Свяжитесь с начальством еще раз, уточните свое задание. Вы на стороне закона или намерены дальше проявлять корпоративную солидарность?

В теперешнем виде вы нас точно так же не устраиваете, как и мы вас.

— Хорошо посидели, — поднялся с места Глеб.

В ближайшие два дня его не отягощали работой. На третий вызвали к подполковнику.

— Я им предоставил другого сотрудника. Двух суток хватило, чтобы они уяснили: без тебя дело затянется черт знает на сколько. В результате состоялось соглашение: они готовы забрать «пилюлю» и отменить слежку, если мы гарантируем возвращение заложников в течение трех дней.

— Деньги готовы?

— Да. Вот планы коттеджей на взморье и фотографии. Здесь пять или шесть вариантов, пусть выбирает любой. Насколько спокойно он будет там жить, уже его трудности.

— Думаю, он отдает себе отчет, что в покое его не оставят. Так я могу избавиться от своей «пилюли»?

— Мы подписываемся на три дня?

— Постараюсь.

Сиверов чувствовал себя обязанным довести дело до конца.

— Тогда действуй. Моя поддержка тебе обеспечена. Мы должны заткнуть все поганые рты, которые позволяют себе чернить наше ведомство.

Последняя фраза предназначалась не только для Сиверова, но и для прослушки — подполковник не упускал из виду, что «пилюля» пока еще на месте и действует исправно.

Разговор происходил в гостиничном номере — том самом, где недавно содержались Мирон Митрохин и Лена по прозвищу Ричи. Сейчас родители забрали их под свою ответственность. Наверное, передали под охрану человека с костистым лицом и его людей.

Перед тем как зайти в ванную комнату, Слепой достал из кармана хирургический ланцет, взял из бара початую бутылку водки. Закатал штанину, поставил ногу на край ванны. Ополоснул водкой лезвие над раковиной и сделал уверенный надрез.

Поддев кончиком ланцета «пилюлю», извлек ее наружу, поднял с плиточного пола, промыл и положил на полку. Вещь дорогая, и мидовцы потребуют ее назад.

Продезинфицировал порез водкой, наложил несколько оборотов бинта. Убедился, что кровь не капает, и опустил штанину. Совсем другое чувство — он больше не под колпаком, руки и язык наконец развязаны.

* * *

За время вынужденного простоя он уточнил, что представляет собой объект 149А. Бывшая ракетная часть с шахтами и прочими сооружениями. Десять лет назад расформирована — ракеты порезаны на куски по соглашению с американцами, тягачи и прочая техника выведены.

Землю никак не могут передать местным властям, те требуют предварительного демонтажа железобетонных конструкций — наземных и подземных.

Несколько лет назад военные вроде нашли подрядчика по демонтажу, но тот первым делом превратил территорию части в небольшой карьер по добыче песка. Его прогнали и даже завели уголовное дело, теперь ищут нового подрядчика. Никому ничего особо не надо: местные власти не знают, что делать с этим куском земли, военным тем более не горит заниматься пустым делом.

Покружив немного по Москве, Глеб убедился в отсутствии «хвоста». Но все равно не стал добираться на служебной «девятке», чей номер стал теперь многим известен. Подмосковных гибэдэдэшников вполне могли попросить об одолжении, и его маршрут был бы моментально вычислен.

Большую часть пути он проехал на рейсовом автобусе, последние несколько километров прошел пешком по редколесью. И вот он — объект 149А. Воронкообразная ямища карьера, земля, когда-то укатанная груженными под завязку грузовиками. Дальше бетон в окружении гигантских сорняков.

Отправляясь на объект, Сиверов прихватил дозиметр. Вообще-то он не верил, что капитан в крайнем ожесточении мог держать заложников в зоне с повышенной радиацией. На картах независимых экологов эта зона была окрашена в бледноватый цвет — означавший двойное-тройное превышение уровня.

Но у экологов своя правда, своя политкорректность. Иногда им выгодно преувеличивать угрозу.

Когда Сиверов очутился внутри бетонного забора, дозиметр едва прореагировал.

Веденеев вырос как из-под земли — загорелый, голый по пояс. Вопросительно взглянул на Глеба.

— Все чисто, — подтвердил Сиверов. — Чужеродных тел не осталось, нарыв с общего согласия удален.

— Тогда добро пожаловать.

«А он ведь рискует, веря мне на слово, — подумал Глеб. — На его месте я бы дольше сомневался».

Тут Веденеев показал, что доверие его не безгранично.

Обыскав Глеба, он забрал оружие, пообещав вернуть на прощание. Черной косынкой завязал ему глаза и повел путаной дорогой с лишними петлями. Несколько раз они спускались в шахту по вделанным в стенку стальным скобам, несколько раз куда-то карабкались по бетонным ступенькам. Спуски, подъемы, солнце и тень — жара и запах сорной травы сменялись сыростью бетонного склепа.

Повернулся ключ в замке — и то и другое явно смазали, избавив от ржавчины. Щелкнула еще одна дверь, и Сиверов услышал знакомые голоса. Когда капитан снял повязку, Глеб увидел просторное помещение без окон с тремя двухъярусными солдатскими кроватями и не слишком тусклой лампочкой под потолком.

— От аккумулятора, — объяснил Веденеев причину такой экономии.

Кроме как на кроватях с матрацами, сидеть было не на чем. Денис молча смотрел в стенку, скрестив по-турецки ноги. Вероника с Машей ели ложками кашу из общей алюминиевой миски. Все трое были одеты как в момент захвата, но дорогие вещи уже выглядели, будто купленные на вес в «сэкондхэнде». Обе девушки кивнули Глебу — они не казались запуганными или подавленными. Денис продолжал смотреть в одну точку, будто спал с открытыми глазами.

— Решил заняться аутотренингом, — объяснил капитан. — Я тут подсказал ему пару упражнений.

Чего, в самом деле, время зря тратить?

Наверху кто-то зашевелился, скрипнув металлической сеткой. Человек лежал, с головой накрывшись простыней. Присмотревшись, Глеб узнал его ладонь — единственную часть тела, выглядывающую наружу. Узнал, но не поверил глазам.

Мирон?

— Сегодня к нам присоединился, — прокомментировал Веденеев. — Я просто хотел доказать, что дело не в тебе и не в твоих ребятах. У теперешних сторожей мне гораздо легче забрать, что надо.

Вероника присела в углу на корточки, стала мыть пустую миску в тазу, поливая водой из канистры.

— Сейчас будешь снимать или потом? — изучив при встрече спортивную сумку Глеба, капитан обнаружил в ней видеокамеру. — Объектив подходящий и такую освещенность возьмет.

— Это для кого, для телевидения? — спокойно поинтересовалась Маша.

— Для родни и прочих заинтересованных лиц, — ответил Сиверов.

— Тогда можно и бесплатно, — заметила она.

На свободе Маша шутила реже других, а тут вдруг в ней прорезалось чувство юмора.

— Сама понимаешь, чего нельзя говорить, — предупредил Веденеев.

Маша молча кивнула. Нельзя ни одним словом характеризовать свое местонахождение.

— Не хочешь поснимать? — обратился капитан к выпавшему из сосредоточения Денису.

Тот встряхнул золотистыми прядями и с легким удивлением поздоровался со Слепым. Только потом разглядел видеокамеру и осознал вопрос.

— Что снимать?

— Всех по очереди. Есть возможность передать приветы.

Приняв камеру из рук Глеба, Денис включил ее и собрался направить на Прилукскую.

— Стоп. Маша становится вон туда, — показал капитан. — Следующие тоже. Камерой не водить из стороны в сторону.

Солдатские кровати не обязательно должны были находиться на территории части, но капитан все равно не хотел, чтобы они попали в кадр. Маша послушно встала в угол, спиной к стенке, и сразу же, не подыскивая нужные слова, сказала:

— За меня не беспокойтесь, жива-здорова. Конечно, хотелось бы попасть на свободу. Чтоб это была настоящая свобода, без надзора. Мы стали заложниками раньше, чем оказались здесь. Это вы нас сделали заложниками своей подлости. Мы хотим, чтобы все закончилось, чтобы вы хоть частично искупили свою вину.

Сиверов не верил своим ушам. Гордая, самовлюбленная девчонка, откровенно презиравшая людей не своего круга, не своей тусовки, говорила именно то, что было нужно капитану. И главное, не через силу, не ломая себя, не сквозь зубы. Как ему "удалось за такой короткий срок подчинить их своей воле?

— Все, конец, — объявила Маша, выходя из угла.

— Кто у нас следующий? — поинтересовался Веденеев.

Вероника как раз закончила мыть алюминиевую миску и две ложки. Вытерла ладони о свои ярко-красные, уже основательно запачканные брюки от Calvin Klein и заняла место подруги.

— Я тоже в порядке, паниковать не стоит. Просто сядьте и задумайтесь о причинах: почему все так случилось? Лично я уже задумалась. У меня особый случай: я единственная из всех несу не только коллективную ответственность. Я еще лично виновата в том, что случилось с нашими согражданами. Исход суда был во многом предопределен, но я все равно обязана была выполнить свой долг до конца. А я оказалась не готова.

Сиверов непроизвольно поморщился. Не зная точных обстоятельств дела, он был уверен, что Вероникины слова соответствуют истине. Но как-то уж слишком гладко звучало ее признание. Может, все заложники решили подыграть капитану в интересах скорейшего освобождения? Они ведь не боятся унизиться перед людьми второго и третьего сорта.

— Главная вина, конечно, не моя. Тех, кто придумал, обосновал и совершил жуткий фарс, предательство в худшем виде.

«Или ее красноречие всего-навсего профессиональная привычка юриста?» — засомневался Глеб.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать