Жанр: Научная Фантастика » Борис Никольский » Хозяин судьбы (страница 4)


Тышкевич уже почти не различал времени суток,- иногда он валился и засыпал в своем номере в отеле как убитый посреди дня, а ночь опять заставала его возле пульта "Оракула", иногда, наоборот, он приходил сюда с утра и поднимался со своего кресла поздним вечером, а потом мучился от бессонницы... За это время он осунулся, исхудал, но надежда и азарт, это ни с чем не сравнимое ощущение власти над тем, что еще не произошло, овладевали им, стоило лишь только протянуть руку к кнопкам выбора. Количество возможных вариантов не уменьшалось, страна вероятного, простиравшаяся перед ним, выглядела бесконечной, суля еще неведомые открытия...

Порой Тышкевич так ясно, так отчетливо ощущал волнующую близость удачи,- казалось, еще немного и он ухватит свою версию. Так было, когда на экране вдруг вoзник его старый-еще по школьным временам-приятель. Они не виделись давно, уже несколько лет, и теперь столкнулись случайно у входа в мэрию. Это был тот человек, который мог помочь Тышкевичу, который мог что-нибудь придумать для него. Если бы только пожелал. Он был весьма значительной фигурой в деловом мире, Тышкевич отлично знал это. Тышкевич видел себя на одном из экранов протягивающим ему свою визитную карточку; видел затем себя входящим в загородный коттедж своего школьного приятеля... И вдруг все пропало, исчезло-пустота. Что произошло, что случилось? "Оракул" не давал на это ответа. Словно огромная рыбина осторожно тронула крючок и затаилась, и сколько ни забрасывай снова удочку - поплавок остается неподвижен. Но ведь ты точно знаешь, что она там, в темной глубине, среди зарослей,так неужели же не повезет больше? Примерно такое чувство испытывал Тышкевич, нажимая в отчаянии на кнопки выбора, пробуя все новые и новые варианты в надежде, что вот-вот лицо приятеля снова возникнет на экране...

И тут он вдруг обнаружил, что его сбережения уже растаяли, что денег у него осталось в обрез-разве что на обратную дорогу.

"Все, надо выбираться отсюда,- говорил он себе. - Все. Конец. Финиш".

Но огромная рыбина по-прежнему стояла в темной глубине, заманчиво пошевеливая плавниками.

"К черту, к черту, надо быстрее уезжать отсюда",говорил себе Тышкевич, а ноги его сами опять вели в подземные владения "Оракула".

"Может быть, как раз сегодня... Если бы вместо двадцать шестой кнопки нажать двенадцатую... Или семнадцатую... Если бы..."

Тышкевич в нерешительности остановился возле автомата, менявшего деньги на жетоны. Взгляд его скользнул по объявлению, которое он уже не раз видел, до в смысл которого раньше как-то не особенно вникал:

"Своим постоянным клиентам фирма "Оракул-XX" охотно предоставит кредит и работу на предприятиях фирмы".

Пожалуй, это было как раз то, что нужно.

Уже на следующее утро Тышкевич шел к проходной завода. Цеха этого завода казались такими же бесконечными, как подземные лабиринты "Оракула". Конвейер, к которому поставили Тышкевича, уходил вдаль и терялся где-то в уже не различимом глазом пространстве цеха.

Операция, которую поручили выполнять Тышкевичу, оказалась несложной, он быстро освоил ее,- работать на линотипе было куда сложнее.

Что именно производит этот цех и весь завод, Тышкевич не знал, да его это и не интересовало,-все его мысли были обращены туда, к вечеру, когда он сможет снова занять свое место перед пультом "Оракула". Только один раз он чуть не сбился, чуть не сорвал свою операцию. Ол поднял глаза и по другую сторону конвейера, неподалеку от себя увидел лицо, показавшееся ему знакомым. Да, лицо было очень знакомым, только глаза - беспокойные глаза больного, одержимого человека - мешали ему вспомнить, кто же это. Но все-таки он вспомнил. Этот человек был из того же городка, что и Тышкевич. Одно время o нем много говорили в городке. Говорили, будто он исчез, пропал без вести, как в воду канул. Никто не знал, куда он делся. И вот теперь Тышкевич вдруг увидел его здесь, за конвейером. Их глаза встретились. Узнал ли он Тышкевича? Наверно, узнал. Во всяком случае, что-то похожее на удивление промелькнуло в его напряженном взгляде.

И тут же оба они опустили глаза-как будто никогда прежде не знали друг друга.

А вечером Тышкевич в толпе молчаливых, сосредоточенных людей опять торопливо шагал к "Оракулу". Теперь он уже не мог представить свое существование без этого пульта с кнопками

выбора, без мерцающих экранов с мгновенно сменяющимися перед глазами вариантами своей вероятной, своей предполагаемой жизни.

Но однажды, когда он привычно протянул руку в окошко кассы за очередной порцией жетонов, служащий фирмы, как две капли воды похожий на Майкла, такой же безукоризненно подтянутый и вежливый, сказал:

- Очень, сожалею, мистер Тышкевич, но вы ужe превысили максимальный предел кредита. Очень сожалею.

Растерянный, Тышкевич молча отошел от кассы. Что ж, рано или поздно это должно было случиться.

Все же машинально он продолжал идти к своей ячейке, к ячейке за номером 203415/371, как ходил туда каждый день. Кажется, ничего не изменилось здесь с того момента, когда он впервые попал сюда. Тот же мертвенный свет ртутных ламп разливался под низкими потолками, тот же ровный однообразный гул стоял в воздухе, и те же согнутые спины виднелись в ячейках. Никто не оборачивался, никто не отрывался от своего дела, никто не обращал внимания на Тышкевича, одиноко, без всякой цели бредущего по коридору. И вдруг он понял, что напоминала ему эта картина.

Это было в Японии. Еще тогда, когда он был молод и служил в военно-морском флоте. И вот в те дни как-то он и забрел в зал для игры в починок. Так, кажется, называлась эта игра. Больше нигде, кроме Японии, он не видел ничего подобного. Что поразило его тогда в этом зале? Бесчисленные ряды молчаливых, терпеливо сосредоточенных людей, часами простаивающих у автоматов. Игра с самим собой, без партнеров. До сих пор помнил Тышкевич характерный, сливающийся воедино звук перекатывающихся, сыплющихся шариков... Что ж, там были шарики, сверкающие, никелированные шарики, а здесь - кнопки, клавиши, вспыхивающие и гаснущие экраны - но, в сущности, какая разница?

Ничего, кроме безразличия и усталости, не испытывал сейчас Тышкевич. Его взгляд остановился на тяжелых красных портьерах. "Детская"? Так, кажется, сказал тогда Майкл.

Тышкевич нащупал у себя в кармане последние две монеты. Этого было слишком мало для того, чтобы подключиться к "Оракулу", но, пожалуй, вполне достаточно, чтобы спуститься в "детскую".

- Прошу! - сказал, возникая из-за портьеры, еще один двойник Майкла. Почему все они были так схожи между собой? Подбирали их, что ли, по принципу сходства? Или работа в "Оракуле" постепенно делала их неотличимыми друг от друга?

- Прошу! Только у нас вы получите ни с чем не сравнимую возможность оказаться в роли любого великого человека, всего за один вечер прожить любую жизнь, какую пожелаете!

- И жизнь Стива Эллинсона?

- Да, и жизнь Стива. Но сегодня я бы не советовал вам этого делать.

- Интересно!-сказал Тышкевич.-Это еще почему?

- Разве вы не знаете? Стив Эллинсон неделю назад покончил с собой. Он застрелился.

- Как? - поражение воскликнул Тышкевич.- Но отчего?

- Кто их разберет, этих актеров! Они ведь живут по своим законам...

- Но -как же так...-растерянно пробормотал Тышкевич.-Мне же рассказывали... я же сам видел... его портрет здесь, на стене... Значит, он должен был знать свое будущее...

- Да, это верно,- сказал двойник Майкла.- И все же... Возможно, он просто недостаточно глубоко проработал свой вариант, свою версию, а возможно...

- Что еще? Что - возможно?

- Возможно, это был риск, сознательный риск. Скорее всего, я думаю, так оно и было. Он понимал, что за все нужно платить, .в том числе и за ту жизнь, которую он выбрал, которую он получил возможность прожить. Эга плата; вероятно, показалась ему вполне сносной...

Тышкевич молчал в растерянности.

- И тем не менее я вам не советую...-сказал двойник Майкла.- Выберите лучше что-нибудь другое. Могу порекомендовать, например, роль наследного принца...- И он, доверительно понизив голос, назвал страну, которую Тышкевич не знал, и имя принца, которого Тышкевич никогда не слышал.Сейчас это очень модно... Вы не пожалеете... - Ну что ж...-сказал Тышкевич.-Принц так принц... Я согласен.

И он шагнул за портьеры.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать