Жанр: Фэнтези » Наталья Игнатова » Змееборец (страница 2)



* * *


Гиень плакала дождями. После горных, пронизывающих ветров, что по осени яростно штурмовали Северный перевал, эти холодные дождики вполне сходили за хорошую погоду. Первые пару дней. Потом Серпенте начал подумывать, что ветра, все-таки, меньшее зло.

В гордом одиночестве следуя по раскисшей дороге, он слушал, как барабанит дождь по капюшону сшитого из тонкой кожи плаща, смотрел на мокрую гриву своего коня и думал о том, что не сегодня-завтра выберется на мощеный камнем тракт, по которому можно будет доехать до Вайскова, столицы Гиени, не опасаясь осенней распутицы. А в Вайскове можно будет остановиться. Дней на несколько. Переждать выматывающие душу дожди.

Он живо вообразил себе теплую комнату, горящий в очаге огонь, чистую постель без клопов. Грустно вздохнул и поднял глаза от конской гривы.

Дождь лил стеной.

Здравомыслящие люди, из тех, кого застигли в дороге проливные дожди, останавливались, где придется, пережидая непогоду. Рыжень – не самый подходящий месяц для путешествий. Но мастер Серпенте спешил добраться до Надерны. Известие о том, что за книгой охотится еще кто-то, кто-то, кого королева, похоже, опасается всерьез, заставляло поторопиться. А вдруг да окажется охотничек удачливым. Где искать его потом?

– Остановись-ка, добрый человек! – рявкнули из кустов на краю дороги.

Первой и естественной реакцией на подобную просьбу было выпалить по кустам из обоих пистолетов и дать коню шенкелей. Но дорога раскисла и носиться по ней не то, что галопом, хотя бы рысью, стало опасно. Еще опасней было пытаться уйти от тех, кто в кустах, и от тех, что вышли из лесочка, перекрывая пути к отступлению. Мокрые и раздраженные мушкетеры. Вооружение их больше пристало королевским войскам, манеры были самые, что ни на есть разбойничьи, а одежка… интересная такая, пятнистая одежка. В подлеске прятаться – самое то, что надо.

– Слазь с коня. Оружие брось. И тихонько, спокойненько, топай сюда, – распоряжался один из стрелков. Синеглазый бородач, с топором на поясе. – Будешь хорошо себя вести, уйдешь живым. Поведешь себя плохо – умрешь. Вот, молодец.

Последняя реплика, снисходительно веселая, одобрила разумное поведение десятиградца, который действительно спрыгнул с коня и направился к бородатому, держа на виду пустые руки.

– Удивительные люди попадаются на дорогах, – балагурил разбойник, пока купца обыскивали, обшаривали седельные сумки, успокаивая нервно похрапывающего скакуна, – я бы даже сказал, непонятные. Ведь не простой ты человек, сразу видно, – бородач взвесил в ладони изъятый у Серпенте кошель, – Золотишко вон, при себе возишь. Одет хорошо. Конь под тобой справный. И едешь в Загорье без всякой охраны. О чем думаешь?

– О сухой комнате и теплой постели, – честно ответил десятиградец.

Разбойник заржал и хлопнул его по плечу:

– Не боишься!.. Ну что там?! – крикнул молодцам, потрошившим седельные сумки.

– Камни, – доложили в ответ. – Золотишко. Цацки с самоцветами. Одежа, как у знатных, золотом шитая… еще чего-то…

– Зубная щетка, мыло, бритвенные принадлежности, туалетная вода, – ядовитым голосом сообщил Серпенте.

– Какая щетка? – переспросил бородатый.

– Зубная, – повторил Серпенте.

– Зачем? – нахальство разбойника стало чуть неуверенным.

– Зубы чистить.

– Зубы?

– Да.

– Зачем?

Серпенте вздохнул.

– Забирайте побрякушки, деньги и что там вам еще глянулось, оставьте мне меч и разойдемся по-хорошему.

– Ты, видать, из благородных, – хмыкнул его бородатый собеседник, – меч оставить. Дорогой, поди, меч-то?

– Я купец, – безразлично ответил десятиградец. И отвернулся, потеряв к грабителям интерес.

Он смотрел на лес, кутаясь в блестящий от воды плащ. Возле лошади продолжалась возня. Дошло и до меча. Один из разбойников пытался вытащить оружие из потертых ножен. Пытался. И не мог. Остальные, кроме тех, что продолжали держать под прицелом купца, заталкивали обратно в сумки, вываленные на грязную дорогу вещи.

– Вот, Краджес, глянь, – подбежал один. Протянул командиру тисненый серебром несессер и плоскую, широкую шкатулку. – В куферке[1], значит, цацки. А в этой хреновине всякая хренотень, на хрен не нужная.

– Что с мечом? – поинтересовался бородач.

– Да застрял, зараза, не вынуть. Думается, меча там никакого и нет, так, для виду ножны с рукояткой повешены.

Краджес открыл шкатулку. Долго смотрел на разложенные внутри, хитро закрепленные на темном бархате драгоценности.

– Мастера делали, – не спросил, сообщил себе самому. – Один ларчик сколько стоит! А уж цацки-то! Бабе вез?

– Женщине, – задумчиво ответил Серпенте. – Хотя… может быть.

– Женщине, – повторил Краджес. – Точно из благородных. Ладно, ты добыча правильная, глупостей не делаешь, и денег с тебя много. Сейчас ты с нами пойдешь, расскажешь о себе, мы тебя накормим, напоим, даже спать уложим. А утром пойдешь дальше.

– Мне с вами не по дороге.

– Ну, не звери же мы, чтобы обобрать человека и даже ужина ему не предложить, – заржал бородатый, – пойдем-пойдем. Или силой тебя вести?

– Не надо силой, – Серпенте оглянулся на своего коня. – Сам пойду.


Разбойники, как им и подобает, жили в лесу, в неуютных землянках. Мимо такого убежища можно пройти в нескольких шагах, и даже не заподозрить о том, что под зеленым холмиком прячется человеческое жилище. Тем более что вокруг лагеря было на

удивление чисто. А ведь люди имеют обыкновение гадить вокруг своего дома, не то от лени великой и нежелания за собой убирать, не то от перенятого у зверей обычая метить территорию. Зверь, он метит, а люди – гадят.

На неширокой поляне между деревцами был растянут навес, под которым поместился длинный дощатый стол, скамьи и даже очаг, возле которого священнодействовал агромадный мужичина, с черпаком себе под стать.

Серпенте осматривался, и видел, что и навес, и вся обстановка под ним, ставятся и разбираются меньше чем за час. Вот оно было, а вот – нет. И следов не сыскать. Странные разбойники, право слово. Обычные бандиты все-таки по деревням прячутся, а эти в лесу горе мыкают, но мыкают с претензией на комфорт и даже некоторую изысканность. Об изысканности подумалось, когда узрел десятиградец на поваре белоснежный фартук.

– Вот и пришли, – сказал Краджес, усаживаясь во главе чисто выскобленного стола. – Сейчас жрать принесут. А пока, не обессудь уж, гость дорогой, мы тебя еще разок обыщем. Не наскоро, а как следует.

– Ты скажи, что ищешь, – купец стянул с плеч мокрый плащ и тоже сел, – если есть у меня, я отдам.

– Да кабы я знал, – синие глаза смотрели задумчиво. – Не нравятся мне, понимаешь ли, люди, которые такие деньжищи и камушки без охраны возят. Ведь подумать страшно, сколько стоит то, что ты для бабы своей везешь. Неужели денег на сопровождение не нашел? Вряд ли. Значит, что? Значит, думал сам справиться. От дурости великой? Опять же не верю. У дураков таких денег при себе не водится. Что скажешь?

Серпенте пожал плечами:

– Если честно, рассчитывал проскочить пока дожди. Обозы сейчас не ходят, и разбойники попритихли.

Краджес хмыкнул.

– Обыскать его, – скомандовал холодно.

И снова взялись обыскивать. На сей раз со всем тщанием. Стянули перчатки, кафтан, даже сапоги и рубашку. Нашли во внутреннем кармане подорожную, несколько кредитных поручений, выданных десятиградскими банками, сдернули с шеи, оборвав тонкой работы цепочку, золотой Огнь.

– Анласит, – кивнул Краджес, разглядывая Огнь. – Не люблю я вас, страсть!

– У него браслет, – сообщил один из разбойников. – Не снимается.

Синеглазый атаман долго разглядывал искусно вырезанную из дерева змейку, что свернулась на руке купца, повыше локтя. Потом отошел и с ног до головы, так же внимательно, как браслет, оглядел своего пленника. То, что он видел, Краджесу не нравилось. Но что именно не нравилось и почему, он объяснить бы не взялся. Вот просто не по себе, и все тут. И узор на браслете знакомый, но где его видеть доводилось, вспомнить не получается.

Неправильная какая-то добыча. То, что и нужно было, Капитан ведь приказал на непонятных всяких в первую очередь внимание обращать. Однако… нет, не так что-то с этим десятиградцем.

Здоровенный, мрачный, если бы не косища, какой любая девка позавидует, и не угадаешь, что торгаш. Они там, в Десятиградье, через одного такие – с косами до задницы, одно слово что купцы: встретишь на большой дороге, так неизвестно еще, ты его обберешь, или он с тебя башку снимет. Зверюги такие, им бы в армии служить, а не золото в сундуках пересчитывать. Ишь, стоит, зараза, ухмыляется. Весело ему!

– Что там, в подорожной? – спросил Краджес, ни к кому отдельно не обращаясь.

Кто-то тут же взялся зачитывать.

– Серпенте? – переспросил атаман. – Ах, какая птичка к нам залетела. Я бы даже сказал, птица. Орел цельный, с потрохами и перьями. Как думаешь, мастер, обидятся гномы, если в Загорье с тебя шкуру живьем сдерут и чучело сделают?

Десятиградец приподнял бровь.

– С чего ты взял, что я дружен с гномами?

– Может, ты и вправду дурак? – удивился Краджес. – Или не знаешь, что деревянные бирюльки свои они не продают? Никому и никогда. Только дарят. Не знаешь?

– Знаю. Но это, – купец шевельнул плечом, – не гномья работа.

– Брешешь. Людям такое не сделать. А ты с нелюдью якшаешься, это всем известно.

– Образованный нынче разбойник пошел, – задумчиво пробормотал Серпенте. – Что такое зубная щетка – слышать не слышал, а купцов десятиградских знает наперечет.

– Да не всех, – хохотнул Краджес, – только Десятку. Как раз по одному на город выходит. Вас запомнить много ума не надо. Ну что… мастер. Тебя ведь мастером называть положено? Как мы поступим с твоей шкурой?

– Я слышал только один вариант. Он мне не нравится. Есть другие?

– Есть. Прислать твою шкуру гномам, а голову – в Квириллу, столицу вашу.

– Тебе так надо, чтобы гномы обиделись на Загорье? Знаешь, Краджес, я предложил бы тебе спросить за меня выкуп. Честное слово, пользы будет намного больше. И деньги верные. За голову же тебе не дадут ни талера.

Голос у Серпенте был громкий, сильный. Про деньги услышали все. Даже повар заинтересовался, отложил устрашающего вида черпак и развернулся к беседующим.

Краджес задумался. Почесал темную бороду.

– А пока я буду выкупа ждать, ты отсюда сбежишь, так надо понимать? И не будет мне ни денег, ни гномов обиженных, а будет сплошное расстройство.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать