Жанр: Боевая Фантастика » Сергей Вольнов » Приговоренные к войне (страница 1)



Посвящается детям всех войн... значит, и нашим отцам, бывшим детьми Великой Отечественной.

Воин света умеет узнавать безмолвие, предшествующее решающей битве... И кажется, будто безмолвие это говорит: «Всё замерло и остановилось. Не лучше ли забыть о битве и развлечься?» Неопытные бойцы в такие минуты выпускают из рук оружие и жалуются, что им тоскливо.

Воин чутко вслушивается в тишину, зная, что где-то что-то вот-вот произойдёт. Он знает, что разрушительные землетрясения приходят без предупреждения. Ему случалось бродить по ночному лесу, и он помнит эту верную примету: если не слышно зверей и птиц, значит, опасность близка.

И покуда другие ведут беседу, воин до совершенства доводит своё искусство владеть мечом и не спускает глаз с горизонта.

Пауло Коэльо, писатель, мир Земля

Воин знает, что ангел и демон оспаривают его руку, держащую меч. «Ты ослабеешь, ты не сумеешь узнать нужный миг. Ты боишься», — говорит демон. «Ты ослабеешь, ты не сумеешь узнать нужный миг. Ты боишься», — говорит ангел. И воин изумлён — оба говорят одно и то же:

«Давай, я помогу тебе», — продолжает демон. И ангел произносит: «Я тебе помогаю». И вот тогда воин постигает отличие. Слова одинаковы, да только разные уста произносят их. И тогда воин выбирает руку своего ангела.

Пауло Коэльо, писатель, мир Земля

КНИГА ПЕРВАЯ

ЭВОЛЮЦИОННАЯ ВОЙНА

И упала повелительно рука тысячника первой ударной тысячи, срывая с места конную лаву. И оказалось, что есть в степи нечто пострашнее безжалостного, съедающего тела по чуть-чуть зноя, — кровожадная ярость кочевников, не сумевших поделить бескрайнее место под солнцем.

Алексий Ганимедянин, летописец, XXII век н. э.

...в эту ночь Хасанбек так и не сумел заснуть. Темник Чингисхана сидел на траве, скрестив ноги, и неотрывно смотрел на пламя костра. Что видел он? Спроси — не ответит.

Давно прошли молодые годы, когда мечталось удалому оролуку о многом... В подрагивающем пламени лагерных кострой, разжигаемых ночами, во время бесчисленных военных переходов, его воображение рисовало объятые огнём города врагов.

В игре огненных языков чудились манящие к себе женщины-инородки, тучные стада лошадей и скота, драгоценности, сокрытые в мареве распростёршихся впереди степей. Земли, не завоёванные ещё, но — обречённо ожидающие, дабы разделить участь покорённых, оставленных позади.

Однажды и навсегда, бесповоротно ступил он на военную тропу. Как-то летним рассветом ушёл из родного улуса, чтобы больше уже никогда не вернуться надолго. Лишь изредка навещал он край, где родился...

Давно уж нет юного оролука* Хасана. Растворился во времени. Выветрился по частицам. И превратился с годами в Хасанбека. Не витязем-одиночкой судилось ему стать, а непобедимым полководцем, слава о котором не разлеталась далеко лишь потому, что пребывал он в тени нетленного имени Чингисхана, потрясшего Вселенную.

Командиру ханской гвардии виделось в огне костров совершенно иное...

Вчера, например, представлялось Хасанбеку, как входит он в это пламя, нежданно взметнувшееся до небес. Входит, очищается от налипшей за все прошедшие годы скверны, и становится бесплотным. Взлетает над бескрайней равниной и парит. Парит. Парит... Бесконечно. Невесомо, как облако. Плывёт над родной степью, различая знакомые фигурки.

Вот мама. Кричит вслед ему — малышу, что бежит вдогонку за барашком... Вот сам малыш, совершенно уверенный, что он уже багатур...* Вот стоит на пригорке ненаглядная жена Алталун, приложив ладонь к глазам, высматривает его из затянувшегося похода... И вот — тузят друг друга Усун и Джалаир, два маленьких сына-увальня...

Промелькнуло перед взором. Угасло. И снова вспыхнуло, но уже пламенем костра.[1]

А сегодня, должно быть, привиделся ему в колышущемся пламени образ Вечности. Как огонь, она столь же неотступна, властна и всё сжигает. Никогда не останавливается... Огонь не способен лежать и стоять, ему дано только движение. Если пламя не будет двигаться, окончит свой Поход — оно просто перестанет быть. Так и Вселенная.

«Эй, что это вы себе возомнили, дерзкие человечки-однодневки? Вечный Поход?! Уподобиться мне? Ой, не смешите! Но уж, коль надумали всерьёз — идите скорей сюда, в мои объятия, обниму вас жарко-прежарко, да смахну после ваш пепел...»

Малая доля времени отмерена человеческой жизни, да... Но сколько же минуло всего, сколько событий произошло за последние месяцы! Уже и нойона* Хасанбека, прежнего темника*, не было... Остался где-то там, нахлёстывает испуганного коня пред Облачными Вратами. Ещё не ведая, что сыщет за ними.

И не изводит его покуда противоборство белого и чёрного зверей внутри собственного естества. И не догадывается он даже, какова на самом-то деле она — земля воистину ЧУЖАЯ.

Проходя сквозь Врата, дабы продлить свой военный поход в Небо, не слыхал ещё бравый темник пугающего неизвестностью слова. ЛОКОС...

И прежнего Повелителя НЕТ больше. Обливается кровью сердце верного сподвижника, когда смотрит он на старца, ушедшего в себя... Видит темник укутанное в синий атласный халат тельце, внезапно ставшее тщедушным.

Видит глубокие морщины, окружившие молчащий, плотно стиснутый рот... Какой пожар бушевал на безмолвном лице Великого Хана, когда услышал и увидел он в Логове Демонов

всю правду! Когда познал великую ложь их мнимого вечного похода!

Хасанбек чувствовал нестерпимый огонь, полыхавший у хана внутри во время общей битвы с демонами, хотя старался Великий не подавать виду и казаться прежним, невозмутимым... И точно так же чувствовал нойон, как рдеют угли в душе у Чингисхана сейчас, после окончания совета полководцев.

Не выдвигал Великий Хан себя в главнокомандующие. Впервые промолчал величайший завоеватель Земли. Тот, что по праву зовётся Потрясателем Вселенной, и сие право первенства без споров признали за ним даже воины позднейших эпох, с которыми свела Чингисхана судьба на вчерашнем Курултае* Многих Великих... на совете полководцев всех народов и времён...

Повелителю, доселе полагавшему себя единственным и неповторимым, довелось вдруг, со всей беспощадностью, осознать мучительную истину. Как много, оказывается, в необозримой мировой степи Великих. РАВНЫХ... И до чего же велико множество на этом белом свете, да и на всех других заодно, — ВРАГОВ. Никак не извести их под корень. Не перебить до последнего... Никакой жизни на это не хватит!

Вселенская Степь воистину не имеет ни конца, ни края — хоть в этом не солгал улыбчивый велеречивый соблазнитель Кусмэ Есуг, коварно назвавшийся посланцем Неба.

Но военный поход отдельно взятого воина, увы, когда-нибудь непременно заканчивается...

Смотрел Хасанбек на своего Великого Хана, и скорбел всем сердцем, И повизгивал чуть слышно белый зверь в душе, предчувствуя недоброе.

Совладает ли с недугом Повелитель?! Ох, нелегко далось хану прозрение! Ему-то, Потрясателю Вселенной, да узнать, что на самом деле его держали за раба?! Всё равно, что рухнуть с царского седла в облако пыли, взбиваемое копытами лошадей вражеских слуг!

Разве сейчас возможно представить большего врага для ненавистных иноземных демонов, нежели Великий Хан монголов?!

Вот и дождался торжества справедливости храбрый нойон, с первого взгляда возненавидевший Кусмэ Всуга. Только вот жаль, что, заполучив наконец-то желаемое, не чувствовал он почему-то ни малейшей радости...

Сидел верный сподвижник Чингисхана у костра рядом с боевым побратимом своим... более чем побратимом. Не анда* Аль Эксей темнику. Воистину БРАТ. Роднее родного.

Сидел Хасанбек, и молча смотрел в пляшущее огненное полотно, на котором вновь возникали обрывки картин прошлого, настоящего и возможного грядущего. Рядом с ним сидел и смотрел в огонь его кровный брат... более того, духовный брат. А вокруг них без устали бродил незримый белый зверь, словно охраняя не только тела обоих воинов, но и думы их тяжкие.


Вечность — это дорога без начала и конца. Стоит ли так опрометчиво заявлять о том, что мы выступили в поход «Вечный»? Ведь начат он задолго до нас и... окончится ли, нет?..

Гораздо важнее понять — с какого шага мы вступили на эту тропу. Когда именно вошли мы в эту реку, и в каком направлении движемся, по течению или против? Каких целей пытаемся достичь — искоренить причину или же сражаться с последствиями?

Я, простой русский солдат Лёха Дымов, дерзновенно пытаюсь разобраться в Основах Основ.

При этом сижу рядом с «татаро-монголом» Хасанбеком, плечом к плечу, и смотрю на безостановочно изменяющийся огненный рельеф костра. Мы молчим. Все главные на сегодняшний день слова — сказаны.

Да и сам день уже давно сдал свои полномочия. Я не буду утверждать наверняка, что разглядел мой побратим в танцующих языках пламени. Что касается меня — я не всматриваюсь в живую ткань костра, я вижу его полностью и любуюсь им целиком... Может быть, потому, что он напоминает мне большой огненный цветок.

«Цветок и Кольчуга... Цветок и Кольчуга...» — раз за разом всплывает из глубин памяти, заслоняя тему Вечности.

«Кому-то выпадает цвести на фоне безоблачного неба, а кому-то — дерзко пламенеть среди громыхающих доспехов. Миг ли. Вечность ли...» — добавляет от себя Антил. Сегодня мой своенравный «внутренний голос» полностью солидарен со мной.

Миг ли. Вечность ли... Амрина... спасибо тебе даже за этот миг.

Я впитываю взглядом живой пылающий цветок, отождествляя его со своей любовью.

Спасибо тебе за Время Влюблённых и Сов! За это мгновение истинного БЫТИЯ. Подобные ему, драгоценные подарки судьбы — как зеницу ока обязан беречь в сокровищнице памяти любой, кто замахнулся на Вечность... Жди меня, любимая! Жди меня, и я обязательно доберусь к тебе.

Сейчас именно я, наверняка, самый опасный враг Локоса. Ибо стремлюсь попасть в этот чужой мир с двойным рвением: меня толкает ненависть, меня притягивает любовь. Любовь и Ненависть — две неразъёмные грани Мироздания...

ТАМ базируются враги и там же, судя по всему, находится моя Амрина. И пускай, пускай мне суждено явиться к ней завоевателем, а не гладиатором, но я обязан увидеть её. Хотя бы ещё на одно мгновение!..

Завтра великие полководцы, прибывшие на Совет, отправятся в обратный путь, в расположения своих корпусов. Поспешат, чтобы как можно быстрее произвести реорганизацию войск и прибыть на строевой смотр Первой Земной Армии. Завтра...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать