Жанр: Боевая Фантастика » Сергей Вольнов » Приговоренные к войне (страница 16)


Амрина смотрела на отца расширенными глазами, боясь пошевелиться. Он снова подошёл, склонился над ней и прошептал:

— Кодовым воспоминанием будет такая последовательность... Слова, которые я сказал тебе перед отправкой на Экс. Там, возле транспортной камеры Главного Портала... и последние слова твоей матери.

Ладонь, в которой неведомо как вместе с силой уживалась нежность, опять смахнула с её глаз слезинки.

— Всё! — он решительно выпрямился. — До встречи через восемь дней. Мне нужно очень многое успеть.

Амрина смотрела на его удаляющуюся спину. Потом на дверь, за которой он скрылся. Потом просто в белое вздрагивающее пространство, сквозь непослушные капли солёной влаги. Капли переполняли, застилая взгляд. Избыток их скатывался по щекам, прокладывал блестящие мокрые дорожки.

Даже воину не зазорно плакать при мысли о том, что однажды придёт день, когда любимого ПАПЫ уже не будет среди живых.

ЧЁРНЫЙ день.

Глава пятая

СТАВКИ РАСТУТ

— Делайте ваши ставки, господа! — бесстрастный голос крупье, определённо, имел дьявольский тембр; планировал над зелёным сукном стола прямо в мои уши.

Я выжидал.

При этом старался не смотреть на его лицо. Иначе, уверен — хоть на миг, но выхватил бы взглядом незабываемую улыбку. Ту самую, что зловеще змеилась вниз по опущенным уголкам линии рта на лице Кусмэ Есуга...

«Стоп! При чём здесь Кусмэ Есуг?! Это герой совершенно не моего романа. Я слышал о нём от Хасанбека. А значит, впитал в себя набор эмоций и внутреннее знание темника. А значит — эта змеиная улыбка теперь, на ту бесконечность, покуда не перезагрузят память, поселилась в нашей общей с Хасаном душе. Как будто в ней недостаток подобного хлама! Моего же персонального беса звали иначе. Фэсх Оэн... Но, если перед глазами вот-вот проявится постылая улыбка никогда не виданного мною в реале Кусмэ Есуга, то... Значит ли это, что неподалёку объявился и вступил в контакт мой анда и сокармник, предводитель грозного Чёрного тумена — Хасанбек?.. Но ведь он сейчас должен быть далеко. Ох, как далеко!»

Я медлил, словно ждал чего-то, объясняющего всё сразу.

Отработанный жест-бросок крупье, и блестящий шарик метнулся навстречу раскрученному колесу рулетки.

Торопливые заказы. Азартные выкрики. И резюме.

— Ставки сделаны... Ставок больше нет.

Не успел!

Пришлось просто расслабить плечи и сомкнуть разошедшиеся было губы. Права пословица: слово — не воробей... Потому и не успело вылететь.

Крупье, стоило лишь о нём задуматься, — тут же вырос до вселенских форматов. Раздался вдаль, вглубь и вширь. Заклубился мглой гигантской туманности. Он уже без слов входил в моё естество, искушал из глубин космоса. Манипулировал моей жаждой рисковать. Колесом рулетки стала целая планета. Искусственная планета Экс, которую создали именно для подобных азартных игрищ.

Касательно шарика — им, скорее всего, был я. Блестящим, но, увы, — исполнителем. И поди знай — от чего больше зависел результат — от моей удачи или же от силы и точности чужого броска?

Я сплошь и рядом чувствовал эту незримую сильную руку, раз за разом прикладывавшуюся ко мне. Однако все попытки запомнить её жесты, объяснить их, и хоть что-то понять — заканчивались примерно одинаково: моё сознание натыкалось на непреодолимую стену, возведённую из того же воздуха, которым я дышал. Это напоминало силовое поле узлового терминала, не так давно захваченного нами...

«Полноте, шарик! Что за дерзость? Вам ли заглядываться на руку крупье?! Тем более что...»

«Очень трудно найти чёрного крупье в совершенно тёмном зале казино... Особенно, если его уже уволили».

Чуткий антипод Антил, как никто, заботился о моём психическом здоровье.

«Спасибо, дружище. Ты уже занялся ревизией учения Конфуция? — колко поблагодарил я и почувствовал, как неоконфуцианин расплылся в улыбке. — И всё-таки, почему Кусмэ Есуг? Как ни мусоль это ощущение — объяснение только одно. Откровение от Хасанбека! Неужели всё-таки духовный брат где-то рядом?»

Медленно кружилось колесо планеты Экс. Новый бросок — и я спешил ему навстречу — с заката на восход. Подпрыгивал на всех попадавшихся неровностях. Ударялся обо все выпуклости. И больше всего мечтал о судьбоносных впуклостях и покое.

— Делайте ваши ставки, господа!..

Нервы Алексея Алексеевича Дымова не выдержали.

— Душу на чёрное!!! — от моего крика всё живое в казино замерло.

— Ставки сделаны. Ставок больше нет.

— ...Дымыч, ты чего! Охренел?! — глаза Упыря блеснули в клубящейся туманности спасительными маяками-звёздочками. — Что это ты душой разбрасываешься? Избыток?

Я смахнул с себя наваждение. Осклабился. Провёл с силой ладонью по щетине на щеке.

«М-да, поистине, дай мыслям волю — утащат в виртуальность. Да ещё и загрузят по полной программе... К чёрту демо-версии!»

«Или демон-версии?!» — не преминул вякнуть Антил.

— Да хрен его знает, Данила. Накатило какое-то марево. Не поверишь — померещилось, что не с тобой сижу, а с судьбой в рулетку играю, да раз за разом по кусочку себя проигрываю.

— Марево, говоришь? А может, бледнолицые опять чего удумали, за ниточки свои хитрые дёргают, кукловоды долбанные. С них станется. Хотя... От усталости-то ещё и не такое померещится. Ну, как ни меркуй, а вовремя я тебя... Ладно, хватит разговоры разговаривать. — Упырь, подобно бродячему фокуснику, невесть откуда материализовал солдатскую флягу. — Есть у меня одно средство...

Следом возникли две видавшие виды кружки. Данила аккуратно поставил их на табуретку, служившую нам импровизированным столом. Споро разбулькал своё снадобье.

— Держи, игрок... Чтоб голова не качалась, да о душе, как о товаре, не думала. Отведай, подпол, нашего штрафбатского эликсира «Мольба на спирту».

Запах уже вполз в мои чуткие ноздри. Спиртяга! Вот только — с какими-то странными добавками.

— Отравить хочешь? Чего

домешал-то?

— Да будто бы не за что травить... — усмехнулся Упырь. — Говорю ж, два компонента: спирт и мольба... Чтобы она — доза! — у жизни была не последней, а мы — у смерти не первыми. Каждый раз — не первыми... Давай, Дымыч, вздрогнули!

И я вздрогнул! Два коротких выдоха через паузу. Протяжные, обжигающие нутро, глотки. Жидкий прозрачный огонь обрушился внутрь. Ещё один длинный выдох, изгоняющий остатки воздуха, и только потом... Вдо-о-ох! Ох-х-х!!! До чего же хор-рошо-то!

— Ну во-от... — протянул мой собеседник удовлетворённо, и с грохотом обрушил пустую кружку на табуретку. — Сознание восстановлено.

Я не уверен, что после дозы этого эликсира вошёл в образ штрафбатовца, но спецназовец во мне действительно очнулся и подобрался.

Мы сидели вдвоём — Данила Петрович Ерёмин по прозванью Упырь и я. Новоиспечённые — начальник штаба Первой Земной Армии и начальник управления спецопераций, соответственно.

Ещё месяц назад я скользил смертоносной тенью-одиночкой по пересечённой местности, обрывая все ниточки жизней, что пересекали мой путь. Путь «Вечного Похода» — так называли свой проект два моих куратора и душеприказчика, два моих «резидента» — Фэсх Оэн и Тэфт Оллу... Как оказалось впоследствии — два инопланетянина!

Представители цивилизации с планеты Локос, вознамерившейся «в тёмную» использовать земных воинов всех времён и народов в качестве гладиаторов для решения собственных космических проблем. С каким размахом ШОУ было локосианами организовано! И надо отдать должное — всё было исполнено безупречно, и на первых порах практически всё удавалось... Сколько же мы, земляне, перебили друг друга на потребу и потеху незримых болельщиков!.. Эх, узнать бы эту горькую правду немного раньше...

А ещё год назад я — урождённый Алексей Алексеевич Дымов, подполковник российской армии и командир элитной группы специального назначения «Эпсилон» — был вполне доволен собой и своими ребятами, выполняя очередные задачи, поставленные высшим командованием и правительством страны. И наверху нами также были довольны... Пока в один из дней «икс» там не приняли решение: принести нас в жертву, зачищая грязные следы своей преступной внутренней политики. В ту пору я совсем не думал о чужих планетах и цивилизациях, не обращал внимания на звёзды. Только мимоходом — при ориентировании на местности, да во время бессонницы. Меня вполне устраивала фраза моего друга-поэта: «Звёзды — это вознёсшиеся души разбитых фонарей». Не более...

О себе и своём вспоминать не хотелось. Об Упыре же можно было сказать многое, даже на основании того, что я узнал о боевом побратиме за недолгое время нашего знакомств. Это был интереснейший типаж. Сын каторжанина. Красный командир, кавалерист. Преподаватель в военной академии, учёный-историк. Политзаключённый сталинских лагерей — «зэк» по кличке Упырь. Затем — командир штрафного батальона. Короче, «батяня» на все сто... Слуга «царю» — отец солдатам. И спец, и жрец, и жизнью игрец... Я только сейчас понял: вряд ли кто другой на его месте СМОГ бы ПРИДУМАТЬ такое: сплотить разрозненные группы воинов в эту самую «лесную интербригаду». Уникальное воинское соединение, с которого и начались силы земного сопротивления. Мне определённо повезло, что я встретил на своём пути этого удивительного человека — настоящего русского командира...

Мы сидели с Данилой в деревянной избушке. Той самой, где ещё пару недель назад я шептал на ушко своей Амрине бессвязные слова и смотрел на мерцающие огоньки свечи, отражавшиеся в её счастливых глазах.

Амри... Сколько же кануло с той поры в Лету, в эту загадочную реку Времени, которая берет истоки именно в днях, месяцах и годах нашей скоротечной жизни! Кануло... И в то же время — всё происшедшее продолжало стоять перед глазами, изводило меня мыслями и внутренними голосами.

Оно было во мне и со мной. Оно было частью меня.

Я сидел и по инерции слушал рассуждения Упыря. Кивал головой. Не теряя нити разговора, вставлял реплики, и всё же...

Моё сознание расширилось настолько, что я уже перестал помещаться здесь. Не только в этой избушке. Мне уже было мало места в сегодняшнем дне. Я устремлялся в будущее. Но большей частью, всё же, оседал в прошлое. Туманом. Пеплом на голову вчерашних дней, отпевавших нас, беспутных, опрометчиво канувших «в завтра». Падающим в чужой огород детским бумажным змеем. Беспомощным невесомым облаком. Рваными кусками дымящейся окровавленной плоти. И мысли мои были этой плоти под стать.

Я не фиксировал их, просто перебирал, как карточки в библиотечном каталоге.

«Осознание себя гладиатором... Тряпичной куклой в жестоких чужих руках...»

«Нежданная любовь... И потеря любимой... инопланетянки...»

«Война с представителями иной цивилизации...»

«Эх, чтоб ты был здоров и не кашлял, рекрут Вечного Похода!..»

Я листал СЕБЯ — дивную эксклюзивную книгу «Евангелие от Памяти». Единственную книгу на свете, в которой все описанные события до мельчайших нюансов адекватно переданы единственному читателю точно так, как было понято и прочувствовано автором.

Эх, Память-Память...

Память. Немыслимо глубокий колодец с тёмными зеркалами вместо стенок. На недоступном дне подрагивают блёстки-стёклышки. Только задумайся. Только перестань замечать окружающий мир и посмотри внутрь себя. Тут же — пробежит рябь по мнящейся воде. И жажда иллюзий со вчерашним напором подтолкнёт к самому краю. И рухнешь в эту пропасть. В самую гущу видений, оживших внутри колодца-калейдоскопа.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать