Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Трое из Леса (страница 92)


Снова три ряда воинов стояли вокруг. Не пили, не ели, смотрели зло. Руки были на мечах, глаза бегали по пирующим.

— Ешь, — шепнул Мрак строго. — Смотри на Олега! Раздулся, как паук, а по ковриге за щеку мечет. Второго кабана начал. Видать, решил разорить кагана.

— Это у меня нервное, — пробурчал Олег невнятно.

Донесся далекий шум, словно от приближающегося стада. В далеком проломе под Котлом задвигались веревки, подвесные доски, железные рычаги, цепи. Вниз опустилась огромная сеть из железных колец. С площади ее зацепили крюками, оттащили, пока не исчезла по ту сторону пролома.

Олег опустил глаза, Мрак хмуро прихлебывал вино, а Таргитай растерянно вертел головой. Очень медленно канаты натянулись, задрожали. Сеть начала подниматься. Она была заполнена белыми телами, похожими на крупных рыб, но это были не рыбы — люди!

Двое киммеров подняли головы, кто-то закричал пьяным голосом хвалу Табити. Другие молчали, были в том мире, куда занес голос певца. Каган захлопал в ладоши, хохотал, но глаза оставались встревоженными. Вторя ему, орал и стучал по столу рукоятью ножа его полководец.

Работники, постанывая от усилий, подняли сеть с чудовищной добычей над Котлом. У Таргитая замерло сердце. Заскрипели блоки, колья, посыпалась мелкая каменная крошка. Сеть задвигалась, отползла в сторону.

— Зачем? — спросил Таргитай шепотом.

— Дурень, — ответил Мрак с отвращением. — Тебе хоть кол на голове теши, хоть орехи коли…

Олег сидел с закрытыми глазами, лицо было серым. Над краем Котла возникли голые руки. Они держали пузатую амфору с длинным, как журавлиная шея, узким горлом. Почти сразу рядом появились другие амфоры, в Котел полились струи масла.

Мрак покосился по сторонам, сказал все с тем же угрюмым весельем:

— Торопятся… Спешат перебить силу твоих песен! Не думал я, что в тебе столько мощи.

Возле Котла возникла суета. Амфоры уже не опорожняли через узкие горлышки, а спешно били о толстый железный край, роняли черепки в Котел. В сети поднялся плач, люди раскачивали сеть, путались в крупных ячейках, им выворачивало руки, ноги, трещали кости.

К Котлу бегом бросились жрецы, в руках полыхали смоляные факелы. Иные бросили факелы с разбега, так торопились поджечь, другие сперва уложили связки бересты, та запылала сразу — взметнулось багровое коптящее пламя. Сухие поленья занялись почти сразу, огонь взыграл, пошел лизать толстые бревна, похожие содранной корой на обглоданные кости великанов.

Каган встал, закричал хриплым звериным кличем, вскинул над головой кубок. На этот раз многие закричали, глаза начали разгораться, как у хищных зверей. Появились обнаженные рабыни, разносили полные амфоры, с лукавым смехом наполняли кружки. Их шлепали по голым задницам, хватали за груди, тащили на колени. Вино расплескивалось по смуглым телам, растекалось по полу.

Под Котлом полыхал огонь, пошли вверх струйки пара, воздух рябил мерцающими струйками. По всему залу потек тонкий аромат разогретого дорогого масла. Лица раскраснелись, все вскинули головы к раскачивающейся под потолком сети с человеческим уловом. Там кричали, молились, громко плакали дети, молодые девушки.

— Степь, — проговорил Мрак ненавидяще. — В Лесу так не делают.

— Дрягву забыл? — обронил Олег. — Тарх сумел это зверье обратить в людей, да ненадолго…

Таргитай прошептал в ужасе:

— Неужто их в кипящее масло?

С грохотом распахнулась неприметная дверь в стене. Из проема вывалился и упал на каменный пол полуобнаженный человек, покрытый кровью и грязью. Следом шагнул огромный страж, зверски ударил ногой лежащему под ребра. В одной руке страж держал железную цепь, другой конец заканчивался толстым обручем на шее раба. Когда тот со стоном поднял разбитое в кровь лицо, невры узнали Баджеда.

— Великий каган! — закричал Баджед. — Трое демонов, что ограбили мой караван… здесь!.. Я видел того, кто пел… Это один из них… Позволь, отыщу!

В тишине, нарушаемой лишь треском поленьев под Котлом, громко залязгали металлические двери. Стражи задвигали засовы, вешали пудовые замки, становились у выходов с обнаженными мечами.

— Всем не двигаться! — проревел каган страшным голосом. — Кто поднимется из-за стола — смерть!

Военачальник кагана поднялся во весь рост. Его глаза хищной птицы нашли невров, блеснули свирепой радостью. Таргитай бессильно смотрел на кагана: там откуда ни возьмись возник двойной ряд воинов, копья наготове, плечо к плечу, выдержат удар бешеного тура.

Мрак сказал вполголоса:

— Надо бы чик — и готово.

— Договорим в вирые, — сказал Олег тихонько.

— Рылами не подходим, — напомнил Мрак. — Гульнем напоследок здеся! Всем красного вина не хватит, но кого сумеем — угостим.

За Баджедом двигался уже с десяток степняков, мечи наготове. Таргитай ощутил крепкую ладонь Мрака, молча сжал ладонь в ответном прощании, начал медленно переносить ноги через лавку. Глаза Баджеда расширились. Он ускорил шаг, рот раскрылся:

— Они… Это те…

Он начал поднимать руку, в зале пронесся вопль ужаса. Огромный волк-оборотень метнулся через стол, как черная молния, смел амфоры и трех воинов с той стороны.

Вскакивали, забыв о грозном предупреждении кагана, хватались за оружие. Олег, пользуясь тем, что взоры прикованы к бегущему через зал гигантскому волку, нырнул под стол, быстро побежал на четвереньках.

Таргитай ухватился за опустевшую скамью, страшным рывком поднял и швырнул в Баджеда. Огромная скамья, которую с трудом подняли бы пятеро степняков, свалила раба и стражу. Таргитай перескочил через упавших,

побежал к заветному помосту с Мечом.

Двое прыгнули навстречу прямо из-за стола. Таргитай отмахнулся, побежал, уже чувствуя колющую боль в плече. Еще кто-то бросился наперерез, а перед помостом страшно блеснула голой сталью ограда из острых копий. Таргитай заорал яростно, страшно вздувая жилы на лбу, кинулся, в бок ударило острие, сзади, как молотом, шарахнуло по голове — брызнуло горячим, начало заливать глаза. Он свалил последних, взлетел через последние ступени на помост…

Золотой как кипящее золото Меч сиял страшно и нестерпимо, словно солнце светило прямо в глаза. Сзади грянул голос полководца:

— Стрелами… Лучники! Бейте стрелами!

Тонко взвизгнуло. Пальцы Таргитая жадно сомкнулись на рукояти Меча. Внезапно руку рвануло с такой силой, что в плече хрустнуло. Меч судорожно задергался, тут же застыл в руке Таргитая — легкий и страшный. На деревянный помост посыпались рассеченные на лету стрелы!

Киммеры в ужасе пятились, из рук вываливались луки. В зале повисла тишина. Умолкли даже несчастные, что раскачивались над кипящим маслом. Каган непонимающе смотрел на чужеземца: тот все еще не рухнул, сраженный небесным огнем?

Между столами пронесся огромный зверь. Впереди зиял пролом в стене, его загораживал Котел, но еще страшнее — жаркий огонь полыхает с треском, волна нестерпимого жара уже окружила Котел. Волк ударился о пол, мелькнули когти, оскаленные клыки — на ноги вскочил огромный заросший черной шерстью полузверь-получеловек. Со звериным рыком прыгнул, схватил длинное бревно и, отворачивая лицо, с разбега воткнул в костер под край Котла.

За столами с криками вскакивали. Гигантский человек-волк был страшен, глаза горели жутким красным огнем. Котел нехотя наклонился, под ним затрещали угли и горящие бревна. Кипящее масло плеснуло через край. В зале в панике метались, сшибали друг друга. Масло потекло по раскаленной стенке Котла, с горящих углей взметнулся черный дым. Под потолком в сети страшно закричали.

Кипящее масло брызнуло тонкими струйками по каменным плитам. Один гость скакнул неудачно, сапоги вспыхнули, через мгновение он уже катался по полу пылающим факелом.

— Тебе, великий Агни! — закричал полузверь страшно. — За кудов!

Котел накренился сильнее. Масло со змеиным шипением лилось через раскаленную стенку, затушило огонь с той стороны, ринулось высокой волной в зал.

Стоял страшный крик. Воздух стал горячим, чадным. Зал застлало дымом, блестели языки огня. Жутко пахло сладким человеческим мясом. В сторону Мрака брызнули стрелы, но дым мешал, стрелы ушли в стороны.

Каган и его полководец, окруженные стражей, пятились к железной двери в стене. Полководец с криком указывал на Мрака, тот с рычанием швырял, обжигая руки, горящие поленья в масло, что разбегалось по залу. Котел под тяжестью масла внезапно лег набок, под ним хрястнули горящие бревна. Огромная тяжелая масса горящего масла освобожденно понеслась по залу, сшибая столы, людей, превращая все в факелы.

Мрак даже не пытался вырваться из огненной ловушки — огонь в проломе за спиной и кипящее масло впереди, — хохотал грохочуще: враги орут в ужасе, сгорают, как сухой камыш!

Дым скрыл его, Таргитай ощутил на губах соленые слезы. Стража кагана выставила копья, но в руке Таргитая дернулся внезапно оживший Меч — хрустнуло, разрубленные копья исчезли. На Таргитая плеснуло горячим, два стража перед ним внезапно стали короче — из срубленных наискось, как сочные стебли, шей с клекотом хлестала кровь. Ноги у обезглавленных подломились, кровью залило ноги оцепеневшим кагану и полководцу.

— Тебе, великий Агни! — крикнул Таргитай, подражая кличу Мрака. — За кудов!

Он увидел бешеные глаза кагана. В руке взметнулся Меч, Таргитай вскрикнул от боли, ибо его рвануло назад! Он развернулся, не выпуская Меч, успел увидеть полководца: рот широк — от уха до уха, когда только успел забежать со спины. Меч снова дернулся, едва не свалив Таргитая, заскрежетало железо… Страж был в бронзе, но золотое железо рассекло его, как лист клена. Каган подался назад, Таргитай сам направил удар Меча и едва не застонал от жестокого счастья, когда лезвие развалило чудовище от макушки и до груди, но не остановилось, а погружалось, словно раскаленный нож в теплое масло. Шипело, каган распался на ровные половинки, а Меч сладострастно рассекал его дальше, глубже…

Залитый кровью Таргитай поспешно шагнул назад. Стоял крик, в ногах барахталось, толкая, хватаясь за одежду, рассеченное, изуродованное тело, брызгающее горячей кровью. Меч в руке Таргитая дергался, как живая рыба, блестел, по нему текла кровь и, к ужасу Таргитая, мгновенно впитывалась, словно золотое железо жадно пило человеческую кровь.

В спину ударила волна опаляющего жара. Он обернулся, закрываясь руками, отбежал от волны кипящего масла — по гребешкам плясал багровый чадный огонь. С разбега ударился о стену, сбоку кричали люди. Струйка масла добежала к ногам, рядом загорелись обезглавленные трупы, иные еще дергались, царапали ногтями каменные плиты. Таргитай отступил, кашляя и задыхаясь, но волны надвигались, пламя сливалось в огненную завесу. Над багровым огнем трещал и клубился черный удушающий дым.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать