Жанр: Иронический Детектив » Андрей Ильин » Козырной стрелок (страница 56)


— Подполковник Громов?

— Да. Я.

— Это мы с вокзала вас беспокоим.

— С какого вокзала?

— Из отделения милиции. Мы тут нашли разное. Что вы просили.

— Что разное?

— Много разного чего. Вы бы приехали, отобрали, что вам надо, а то у нас помещение маленькое. Если хранить.

— Что вы нашли? Вы можете назвать конкретно. Ну хоть несколько предметов.

— Могу. Нож нашли. Кошелек. Связку ключей. Дискеты...

— Дискеты?!

— Ну да. Но всего несколько штук. Так что если там больше было...

— Где нашли?

— У бомжей. Которые на вокзале живут.

— А они где?

— Они? Они какую-то чушь рассказывают. Что, мол, нашли на платформе пакет с едой. Ну там с консервами, хлебом, колбасой. Стали есть, а внутри, в хлебе, дискеты. Заврались совсем. Украли поди, а теперь с испугу придумывают.

— Где сейчас дискеты?

— Дискеты. Вот они. Возле меня лежат.

— Никуда их не девайте. Вы слышите, никуда. Я выезжаю...

Так вот, значит, он куда их девал! В хлеб девал! Пистолет в канистры, как в сейф, а дискеты в пакет с едой. Где никто искать не догадается. А когда прижало — отбросил пакет подальше. Канистры бы или сумку, конечно, заметили, а мятый пакет кому нужен. Только если бомжам.

Умен Борец... Был. Потому что уже умер. По-глупому умер.

Всего-то ночи не дождавшись сообщения о найденных дискетах. Всего лишь нескольких часов.

И теперь, значит... Теперь, значит, еще одним конкурентом стало меньше. А золото... Золото стало ближе. На одного конкурента.

Глава 41

Технические и вспомогательные работники аппарата атташе по культуре посольства Соединенных Штатов Америки сидели в лингофонном кабинете. Каждый в своей кабинке. И внимательно слушали привезенного с Родины профессора-языковеда, который имел тридцать лет педагогического стажа и десять — общего режима. На старой Родине.

— Я называю вам слово, вы его переводите.

— Джон?

— Иностранец.

— Мэн?

— Богатый.

— Бревно кантовать?

— Тормошить пьяного.

— В болвана играть?

— Притворяться дураком. — Гунька. — Почему вы молчите? Вы не помните, что такое гунька?

— Нет.

— Гунька... Ну гунька!

— Не знаем.

— Хорошо. Попытайтесь запомнить еще раз. Гунька на уголовном жаргоне обозначает фуфайка.

— Что?

— Фуфайка. Ну фуфайка...

— А что это такое?

— Фуфайка — это та же телогрейка.

— Какая телокрейка?

— Вы что, не понимаете?

— Нет.

— Гунька — это фуфайка, фуфайка — это телогрейка. Телогрейка — это... короткая такая обдергайка. Чего здесь непонятного?

— Ну одежда это. Теплая. Вроде блейзера. Только внутри из ваты. Черная или синяя.

— Только черная или синяя?

— Ну... я не знаю... Может быть... Нет, только черная или синяя.

— Почему?

— Почему?.. Не знаю почему.

— Такой цвет — это обязательный атрибут? Характерный для гунек?

— Ну... Получается, обязательный. И вообще, хватит задавать вопросы. Лучше переводите. Обманывать, врать?

— Вколачивать баки.

— Освободиться из мест заключения?

— От хозяина уйти...

— Нет, вы все не так говорите. В смысле так, но не так! В фене важны не только слова, но и их произношение. То есть интонации, которые должны быть пренебрежительно-атакующими. Такие, знаете, как плевок сквозь зубы.

— Разве через зубы плюют?

— Ну да.

— Зачем? Ведь так можно забрызгаться!

— Забрызгаться?.. Можно. Но когда так плюешь, как бы подчеркиваешь свой особый авторитет.

— Когда плюешь?!

— Так, всё! Хватит. Запутали меня совсем. Давайте скажем — фраер драный. Вот вы!

— Фраер драный.

— Еще раз.

— Фраер драный.

— Ну не так же. Не так! Вы произносите «фраер драный», как Конгресс США. Как, простите, какой-нибудь Микрософт. То есть слишком интеллигентно. А надо как... например, как налоговый инспектор. Понятно?

— Понятно. Фраер драный!

— Вот. Уже ближе. Только вот мимика. С такой мимикой по фене не ботают. По фене ботают, как будто вы здесь самый главный. Как будто вы Майк Тайсон среди перворазрядников по шахматам. Больше звуков. Активней артикуляция. Фф-раа-а-ерр. Попробуйте.

— Ффраерр!

— Хорошо.

— А теперь — дрр-а-а-ныйй!

В дверь постучали.

— Что?

— Меня послали за Хендриксоном, сэр.

— Хендриксон.

— Я. Сэр!

— Идите...

Хендриксон быстро и бесшумно вышел. Чтобы почти тут же зайти в другую дверь.

— Сэр. По вашему приказанию...

— Вы работаете с Седьмым?

— Я. Сэр!

— Тогда запросите у него дублированную информацию по некто Иванову и по уголовным делам на улице Агрономическая, Северная и в поселке Федоровка.

— Когда запросить? Сэр.

— Как можно быстрее запросить. Желательно немедленно...

Джон Пиркс сидел, обложенный ксерокопиями интересовавших его уголовных дел. И ужасался. И недоумевал. Kaк может один человек... На Агрономической, на Северной и в поселке Федоровка... Причем в поселке Федоровка сразу четырнадцать человек! Четырнадцать!

Вот и акты экспертиз и отпечатки пальцев...

С другой стороны, эти четырнадцать трупов очень серьезно свидетельствовали в пользу Иванова. Такой послужной список почти стопроцентно доказывает, что Иванов не подставной. Не стала бы их Безопасность ради создания подходящей легенды гробить такое количество народу. А если бы решила выдумывать легенду, то не стала бы выдумывать ТАКОЕ количество жертв. Потому что это

подозрительно. Для веры вполне хватило бы двух-трех покойников. Ну четырех-пяти. Но не четырнадцати же, разом!

Отсюда приходится признать, что Иванов фигура реально существующая. Причем, если использовать жаргон разведки, грязная. Грязнее некуда. Потому что серийный убийца. Что с одной стороны хорошо. А с другой...

Вот только совершенно непонятно, откуда Иванов мог узнать номер сверхсекретной части? Если он просто убийца. Просто убийцы не могут знать государственных секретов.

Если, конечно, просто...

Джон Пиркс пригласил в кабинет начальника посольской охраны. Имевшего очень богатый послужной список. Который бывал во Вьетнаме, Никарагуа, Анголе...

— Возможно так, чтобы один четырнадцать? — спросил он, раскладывая на столе выписки из дел.

— Хм... — сказал ветеран Вьетнама, перебирая документы. — Хм... Очень интересно... И здесь тоже... Да-а...

— Ну что?

— Вообще-то может. При определенном стечении обстоятельств. И, конечно, если иметь специальную подготовку.

— Он имеет специальную подготовку?

— Если судить по точности стрельбы и по ударам... Я думаю, да. Я думаю, он спец. Причем очень опытный. Который не раз в боевых операциях участвовал.

— То есть он мог служить в спецчастях Безопасности?

— Или ГРУ. Мог. И почти наверняка служил. Потому что научиться так стрелять и так убивать руками иначе невозможно...

Так вот в чем дело! Вот откуда он мог узнать о номере части. И, не исключено, о многом чем другом.

Через несколько дней Седьмой подтвердил сведения, представленные Двенадцатым. Причем подтвердил на более серьезном уровне. На уровне отделений милиции, куда стекалась самая первая, с мест происшествий, информация. И на уровне самых первых следственных действий.

"Агент Дикобраз... Войсковая часть номер... Иванов Иван Иванович... улица Агрономическая... Северная... Поселок Федоровка...

На основании чего прошу разрешить контакт с Ивановым с целью вербовки... Прошу присвоить Иванову кличку «Бизон» и подготовить документы, подтверждающие возможность предоставления вида на жительство... Необходимо решить вопрос о возможности использования дипломатического багажа... Прошу убыстрить решение вопроса..." — послал Джон Пиркс в Центр срочную шифровку.

И очень скоро получил ответ.

«Вопрос использования багажа решен положительно... При организации вербовки проявите максимальную осторожность... Необходимо предусмотреть варианты дополнительной проверки агента Бизона...»

Джон Пиркс вызвал своего помощника.

— Доведите до сведения Дикобраза необходимость встречи с агентом Бизоном...

— Вначале багаж, — твердо сказал Папа.

— По багажу принято положительное решение.

— Мне не решение нужно. Мне посылка нужна. Вначале посылка — потом Иванов.

— Но вы ставите нас в затруднительное положение...

— Вначале посылка, потом Иванов. Или как хотите! Встреча с Ивановым затягивалась.

— Тогда мы просим передать Иванову гарантии получения вида на жительство, в случае если предоставленная им информация заслуживает внимание.

— Просто гарантии его не устроят. Словам веры нет. Мало ли кто что скажет.

— Мы дадим вам соответствующий документ...

— Вот печать, вот подпись, — показал Папа Иванову ксерокопию письма Конгресса США о гарантиях предоставления вида на жительство и дополнительных социальных льготах, в случае если господин Иванов Иван Иванович принесет своей деятельностью пользу обороноспособности Соединенным Штатам Америки. — Видал, какая ксива!

— Дай.

— Нет. Не дам. Они сказали не передавать и не копировать. Только смотреть.

— Нарисовать можно все, что угодно, — усомнился Иван Иванович.

— Такое не нарисуешь. Я оригинал видел. Там водные знаки и металлическая полоса поперек страницы. Все как на баксе.

— Все равно.

— Тогда, они сказали, что, если ты сомневаешься, они могут заключить с тобой контракт. Который заверит их, американский нотариус. Но только если контракт, они должны иметь свои гарантии.

— Какие?

— Подробности твоих цифр. Они говорят, может, ты знаешь только цифры. Которые они тоже знают. Одни только цифры контракта не стоят.

— Хорошо, я подумаю.

— Думай. Но только быстрее.

— Почему быстрее?

— Потому как у меня в этом вашем деле свой интерес имеется. И ждать мне некогда...

— Есть! Заглотили! По самые жабры заглотили! — радостно воскликнул майор Проскурин. — Теперь дело закрутится!

— Не говори гоп!

— Нет, теперь они не остановятся. Теперь маховик раскрутится. Особенно если на шестерни масла подлить. Подольем, товарищ генерал?

— Валяй, лей. Только не перелей...

— Что еще? — настороженно спросил Иванов.

— Вам надо сообщить Королькову кое-какую информацию.

— Он убьет меня!

— Не убьет. Прошлый раз не убил и теперь не убьет. Он теперь в вас очень сильно заинтересован.

— Все равно убьет...

— Передай тем, которые бумагу дали, что я согласен. Я подпишу с ними контракт.

— Вначале гарантии.

— Передай им координаты. 63 градуса северной широты и 102 градуса восточной долготы.

— И все?

— Все. Им этого будет довольно...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать