Жанр: Русская Классика » Виктор Нель » Звезда и шар (страница 10)


-- Почтовый вагон, -- подсказал гражданин с беломором, -- но пасаран, придется дальше по снежку.

Поезд притормозил на полустанке. Саша спрыгнул на снег. Во все стороны, на сколько хватало глаз, расстилалась девственная снежная равнина, искрящаяся под луной.

Набрав скорость, восемнадцатикилограммовые плиты зажили своею собственной аэродинамической жизнью. Они неостановимо неслись вперед, параллельно рельсам, слабо реагируя на рывки рук.

"Если провалюсь в снег ногой или зацеплю плитой за сугроб, найдут меня уже археологи", - подумал Саша, подбегая к началу третьего вагона, и сам удивился, что еще способен связно мыслить. В поезде оказалось два почтовых вагона.

Подряд.

31.

О троллейбусах, конях и физической механике.

Взять к примеру лошадь. Или коня. А еще лучше скакового рысака. Когда идет он на всем ходу галопом. Что, спрашивается, делать всаднику. Ну там красноармейцу с шашкой наголо или Арнольду Шварцнеггеру?

Выход один: привстать в стременах. И висеть в мировом пространстве над конем, как бы от него отдельно, на полусогнутых. Чтобы зад не отшибло напрочь. Правильный угол согнутия колен здесь чрезвычайно важен.

Если присесть слишком низко, получишь седлом.

Выпрямишь ноги - и того хуже. Каждая вертикальная эволюция коня в тазобедренном суставе отзовется. Умелый наездник как бы плавно плывет над землей, красиво и ровно, будто бы и не зная о дергающейся под ним лошади.

Так и троллейбус, груженый под завязку, парит, как ландо, над колдобинами Кондратьевского проспекта, не обращая внимания на обезумевшие колеса свои, выписывающие джигу по ямам и трамвайным рельсам. Если конечно, рессоры в порядке. Рессоры для троллейбуса - все равно что полусогнутые ноги для кавалериста. Артрита не допускается.

И старушка, бегущая за троллейбусом, никогда не выпрямит руки в локтях. Старушка научена опытом поколений, что авоськи с капустой должны двигаться по возможности горизонтально, в то время как сама она сигает через лужи и обломки асфальта. С точки зрения физической механики капуста тут играет роль жокея, старушка - роль коня, а старушкины верхние конечности - роль рессор.

Короче говоря, иностранец Исаак Ньютон продолжает царить, невзирая на постановления политбюро.

32.

Пусто в стратосфере. Ни птица ни насекомое не поднимется сюда, сдерживаемые разряжением воздуха. Самолеты тоже летают ниже. Лишь иногда чиркнет по белесому куполу небосвода одинокий метеорит, оставит за собой белую полоску и сгинет навсегда. Только перистые облака вокруг и тишь неземная. Сама Земля далеко внизу. Отсюда не видно ни огней городов, ни паутины дорог.

Если спуститься пониже, из голубизны проступит бескрайняя белая равнина, ровная как стол и нетронутая как моря Ганнимеда. С высоты километра уже можно различить рассекающую равнину пополам железнодорожную линию и поезд на ней, стоящий, казалось бы, без причин, поскольку никакого человечьего жилья нету вокруг в помине.

Но что это? Рядом с третьим вагоном движется маленькая человеческая фигурка. Отсюда, с высоты, она похожа на поднявшегося на задние лапки муравья, который упорно тащит к себе в муравейник сразу две куколки гусениц, каждую с него ростом.

И только если приблизится вплотную, можно увидеть несущегося дикими прыжками человека, держащего в каждой руке по огромному тяжелому плоскому предмету, завернутому в голубоватую бумагу. Бумага кое-где разодрана в клочья, на отвисшем лоскуте можно прочесть: Совершенно секретно.

Волосы развеваются на морозном ветру, смешиваясь с паром дыханья. Шапка осталась навеки где-то в снегу позади. В остекленевших глазах человека застыло отчаяние. Гудок уже прозвучал в бескрайних снегах и он мысленно предал себя воле всевышнего, не зная, что у штурвала судьбы стоит сегодня машинист Ерофеев.

Ерофеев уже протянул было руку к рычагу тепловоза, но передумал и выщелкнул еще одну папиросу из помятой пачки. Он длинно сплюнул в окно и зажег спичку, не подозревая, что только что решительно изменил ход истории, подарив жизнь человеку на снегу, которого он никогда не видел и встретиться с которым впоследствии ему также не приведется никогда.

33.

Утром их разбудил истошный женский крик: -- Оторвало!, оторвало...

В лагере началась суета: бегали какие-то люди, в главном корпусе непрерывно звонили телефоны, жену начальника лагеря вырвало на снег, а сам Атасенко, босой, на льду заводил зачем-то мотопилу "Дружба".

-- На плотах пойдем! -- кричал он, -- На плотах!

Постепенно выяснились подробности: в пять тридцать утра, поднявшейся волной оторвало от берега льдину со всем генералитетом, включая представителя министерства обороны, генерал-майора Лосося. Все усиливающийся береговой бриз уносил сейчас заливаемую волнами и обкалывающуюся по краям льдину в сторону финских территориальных вод. Строительство сортира не возобновлялось до двух пополудня, когда стали известны результаты спасательной операции:

Вертолетами береговой охраны спасены и доставлены в Зеленогорский госпиталь почти все участники рыбалки. Генеральный директор Волопас, первый секретарь парторганизации Охудеев и председатель профкома Пеньков находятся в сознании и полном здравии. Первый секретарь комсомольской организации Виктор Кузачев отморозил яйца.

Представителя министерства обороны, генерал-майора Лосося, несмотря на героические

действия вертолетчиков и подоспевшего финского траулера "Кюмбакяйте", спасти не удалось.

34.

Из дневника Каменского

Почему-то вспомнилось начало осени. Возле Выборгской улица была перекрыта. Трамвай пошел в объезд по заброшенной улочке, где никогда не было движения. Улочка узенькая, рельсы шли между куч щебня и залитых водою ям. Домов почти не было, какие-то покосившиеся сараи. Вдруг в глубине показался старый особняк. Вдоль рельс потянулась старинная витая решетка.

На решетке кое-где висели странные бесформенные глыбы, в некоторые местах - почти до земли, как будто их бросали сверху и они накалывались на копья. Или нет - будто решетку окунали беспорядочно в расплавленный воск, и он, застыв и растрескавшись, остался на ней огромными каплями.

Это была древесина - старая, рассыпающаяся, полусгнившая. Останки бывших гигантских деревьев. Одно еще стояло - по обе стороны забора - он проходил сквозь ствол, как сквозь масло, казалось это монтаж. Казалось, решетку можно отодвинуть, и дерево не шелохнется... Но нет. Они срослись, соединились намертво - тому порукой то, что осталось от других деревьев пни в воздухе, пни, цепляющиеся за землю металлическими ржавыми корнями.

Как это похоже на то, что происходит с тобой. Вначале ты свободен, решетки и гранитные стены еще далеко, есть еще место. Потом свободное пространство уменьшается, потом изчезает - есть первое касание, потом второе, третье... Какое-то время можно колебаться, потом обступает со всех сторон, и выхода нет - или перестать расти, или впустить железо внутрь. Обтечь его, сомкнуться за ним, изкорежиться, прирасти к обстоятельствам и долгам, к образу жизни и обязательствам. Добавить к этому коктейлю совесть, и срастись навсегда с тем, что чуждо, от чего гибнут клетки и ткани.

Дальше - хуже. Отделение вначале болезненно, потом похоже на хирургию без наркоза, потом невозможно. И даже после смерти остаться висеть кусками, обрубленными со всех сторон на том, что крепче - на металле обстоятельств, который теперь означает одно: Дело Твоей Жизни.

Страшная штука - привычка к повседневности, к делу, которое ненавидишь, к людям, до которых нет дела. Все это со временем въедается в плоть, входит как гарпун с обратным зубом, ты искажаешься, меняешь форму, как арбуз, выращенный кубом в плексигласовом коробе. Этот арбуз прекрасно укладывается в стопку себе подобных, но покатиться не сможет уже никогда.

Сквозь запыленное окно с затянутой марлей форточкой виднелся край крыши первого корпуса и огромная, как телебашня, красная кирпичная труба. Над верхушкой трубы слегка мело желтым. Пространство справа от трубы было свободно. Ни провода, ни облака не нарушали ровного спокойствия, на котором начал проступать силуэт звезды.

Звезда росла, медленно поворачиваясь и материализуясь все четче, отбрасывая блики и переливаясь. В какой-то момент он увидел, где должны пройти разрезы. По ребрам звезды побежали трещины, вершины лучей сдвинулись и вот уже вся она стала распадаться на остроугольные части, обнажая рубиновые грани, скрытые доселе.

Грани скользили, как дамасская сталь по бархату ножен. Части разошлись в пространстве, звезда распалась на шесть одинаковых обломков. Обломки начали медленно поворачиваться, как будто в поисках пути обратно.

-- Не мешай, -- прошептал он глазастому божку, -- смотри лучше туда. Он повернул божка к окну.

За окном осколки звезды начали медленно сближаться, неуверенно покачиваясь, будто бы нащупывая путь, вот они уже коснулись друг друга...

Назойливое жужжание послышалось откуда-то сзади, из-за книжных полок. Осколки звезды потеряли форму, съежились и утонули в сером, пасмурном небе. Саша вылез из-за кульмана и подошел к вытяжному шкафу. Сквозь воду, начинающую закипать в большом цилиндрическом стакане, была видна капля воды, отчаянно бьющаяся в узком пространстве между плиткой и дном стакана. Она каталась взад и вперед, меняя форму как амеба, жужжа и испуская мелкие пузыри.

-- Чего ты там нашел-то, голубчик?

-- А вот, посмотрите, Афанасий Лукьянович, обычная капля воды, такая же точно, как эти неподвижные брызги на раковине, ведет себя, как живая.

-- Чего-чего?

-- Синергетический факт. Глядите, как она бьется, волнуется и рвется на волю. Как Мцыри.

-- Не пойму я тебя, Александр, что у тебя за ветер в голове, а? Делом бы занялся, да, вот мой совет, говорю...

-- Чем, чем?

-- Делом, говорю, да. То-то же.

-- С удовольствием, Афанасий Лукьянович, если бы знал, каким. Может, поможете. Вот вы, например, каким делом заняты?

-- Я, -- запнулся тот, -- в работах участвую, и еще я по линии профкома, и гражданская оборона на мне, да всего и не упомнишь, да. А тебя я, Александр, не пойму. Глянь, тебе уж под тридцать, а все менеес, диссертацию не пишешь, все каких-то морских ежей рисуешь, да. Ты не обижайся, я тебе это по-отечески говорю. Будто тебя ничего не волнует, голубчик. Я просто так не скажу, да.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать