Жанр: Научная Фантастика » Збигнев Ненацки » Я - Даго (Dagome Iudex - 1) (страница 3)


- Еду прямо на восток, - коротко ответил он.

- Это нам не по пути, - сообщил рыжебородый, - Мы купцы и идем к руянам, на север. Хотим продать им белого кельтского жеребца в священный храм.

Они врали. У них были щиты и мечи, так что это были такие же как и Даго воины. Возможно, они и вправду хотели продать коня в святилище руянов, но прежде всего им было приказано оглядеться в стране лютичей, называемых волками, и принести сообщения об укрепленных городах и боевых дружинах, о бродах через реки и путях через чащобы и болота.

- Я свободный человек и ищу службы, - заявил им Даго.

Поверили ли они ему? Если их выслали шпионить, то они должны были хорошенечко все наматывать на ус. Они сразу же приметили бедный кожаный кафтан Даго и даже то, что у него и шлема не было - непокрытая голова с длинными волосами. Щит у него выглядел бедненько, равно как и короткий меч, который по аскоманнскому обычаю висел на свисающем с плеча ремне, а не на поясе. Только вот среди вьюков они сразу же заметили длинный франконский меч. И тотчас же рыжебородый указал на него пальцем.

- Продай его. Сразу видно, что это работа Ульфберта со среднего течения Рейна. Хороший франкский меч. Ты добыл его в бою?

- Да, - кивнул Даго. - Я могу отдать его вам за этого белого жеребца.

- Он не продается.

- Но вы же говорили, будто ведете его к руянам, на продажу.

- Это так. Только в храме нам дадут за него больше, чем стоит франкский меч.

- Это кельтский жеребец? - спросил Даго.

- Да. Его купили у кельтов, и по-кельтски он зовется Виндос. Он уже объезжен, только всадника носит с неохотой - сбрасывает и кусает.

Даго почувствовал, что желает этого жеребца всем своим телом и душой, и что он должен его иметь, даже если ради этого пришлось бы потерять все, что у него есть.

Он встал от костра, подошел к своей лошади и из седельной сумки вынул золотую цепь с крестом, которую вместе с титулом графа подарил ему король Людовик Тевтонский, когда Даго победил непокорного королевского вассала из рода Нибелунгов. Он бросил цепь к костру, под ноги рыжебородому.

- Столько за жеребца? - вырвалось у одного из молчавших до сих пор воинов. Выговор у него был тоже твердый, тевтонский.

Рыжебородый послал ему выговаривающий взгляд, а потом сказал:

- Ты богат, господин. Это золото?

- Да.

- Рукоять меча тоже украшена золотом. В твоих вьюках может быть большое богатство. Ты что, ограбил какого-то богатого франка? Или ты и сам, может, какой повелитель?

- Может, - кивнул Даго. - Я родом из края спалов.

- Я много путешествовал, но о крае спалов не слыхал.

- Это далеко отсюда.

- В какую сторону?

- К восходу отсюда.

- Там края вендов и эстов. Об эстах я слыхал, потому что они торгуют янтарем и рабами. Про вендов же знаю, что они не ведают железного оружия. А может, господин, ты из какого склавинского племени, что имя свое от названия "слёва", болото означающее, взяли? Но более всего ты на аскоманна походишь, они большие любители грабить.

И после того он заговорил на языке тевтонов, языке старых саксов, но Даго притворился, будто его не понимает, хотя научился тевтонскому языку хорошо. Зато он внимал языку тела рыжебородого и взглядам, которые тот бросал двум своим товарищам. Ему стало ясно, что они и не думают продавать ему белого жеребца, что их охватила жажда наживы. Троим оружным он показался легкой добычей. Откуда им было знать, что край спалов когда-то принадлежал великанам, которых старый Глодр называл Гигантами, а это значило, что в Даго текла их кровь. Это великанша Зелы научила его сражаться на длинных и коротких мечах, использовать всякое оружие. Затем были у него и другие учителя в граде Бизиса и при дворе короля Людовика. Потому-то он не испугался, лишь, сидя с другой стороны костра, незначительно придвинул круглый свой щит и положил руку на рукоять Тирфинга. Он слушал, как рыжебородый распаляет себя для драки, обзывая Даго по-саксонски самыми оскорбительными прозвищами, и даже не дрогнул, когда тот внезапно сорвался со своего места и, вытащив свой меч из ножен, сделал к нему шаг. Рыжебородый замахнулся, и вот тогда снизу, сидя на месте, Даго ударил его своим Тирфингом прямо в брюхо, закрываясь одновременно щитом. Рыжебородый свалился на землю у костра, и вот тогда Даго вскочил на ноги и бросился на двух воинов, которые только-только подымались с земли, так как не считали, будто их участие в бою будет необходимым. Он взмахнул Тирфингом и отрубил от туловища голову, на которой был надет коровий череп. Кровь хлестанула прямо в костер. Третий стал отступать на четвереньках, затем поднялся и понесся в глубину леса. Даго не гнался за ним. Рыжебородый все еще был жив; он лежал скорчившись, схватившись руками за живот. Ему показалось, будто Даго желает его добить, и что-то пробормотал по-саксонски, но тот лишь вытер свой окровавленный меч о его кафтан, затем подошел к сложенным под дубом мешкам и рассек их несколькими ударами.

В них не было какого-то особого добра кроме овса для лошадей и еды. Белый жеребец был их единственным богатством. Даго забрал для себя немного еды, потом перерезал трем спутанным лошадям веревки на ногах, чтобы те могли разбежаться по лесу, и схватил белого жеребца под уздцы. Виндос воспринял его враждебно, пытаясь вздыбиться на задних ногах и раздавить

чужака передними. Но Даго научился от ромеев правильно обходиться с лошадями - вцепился в удила и успел накинуть на Виндоса уздечку. Затем он привязал его к веревке, второй конец которой закрепил на своей вьючной лошади. С поля битвы он забрал еще два франконских меча, принадлежавших рыжебородому и его спутнику с отрубленной головой.

Когда Даго подходил к тевтонцу, чтобы забрать его меч, рыжий попросил:

- Добей меня, господин.

Даго отрицательно покачал головой.

- Я не добиваю раненых. Мой меч уже получил одну свою жертву. А вдруг ты и выживешь? Если так случится, передай маркграфу Радбору, графу Теодориху и постельничему Мегинфриду, но прежде всего - Людовику Тевтонскому, что это я убил графа Фредегара, и то потому6 что граф приказал отравить меня из-за моей дружбы с Карломаном. Я, граф Даго, гонимый Жаждой Подвигов, иду в мир, чтобы стать повелителем народов, которые скрываются во мраке истории.

Закончив говорить, он увидал, что тевтонец умер. И тогда стало ему стыдно за свое бахвальство. Он вскочил на своего коня, схватил поводья запасной лошади и, ведя за нею белого жеребца, снова углубился в лес...

Теперь же, спустя четыре дня после тех событий, он сидел в тени старого бука и, отдыхая после поединка с Виндосом, глядел на другой берег Реки Забытья, где проживали многочисленные народы, погруженные во мраке исторических событий. Может и права была Зелы, говоря, что в каждом человеке, в котором течет кровь спалов, вечно торчит заноза стремлений к великим свершениям. Он не желал смерти этих людей, белого жеребца ему хотелось только купить. Их погубила лишь жадность и стремление к убийству. Ведь сколько воинов, остающихся на службе у крупных господ и непрестанно с кем-нибудь воюющих, просыпались однажды с такой вот жаждой убийства? Уже несколько лет дорога, по которой шел Даго, была покрыта телами убитых им противников. Он убивал, поскольку это надо было делать. Убивал, ибо в противном случае сам потерял бы жизнь. И всегда он прислушивался к себе, не пробуждается ли в нем то страшнейшее чувство удовольствия от самого убийства, из-за чего частенько дарил своим соперникам жизнь. Даго был охвачен чем-то гораздо более сильным странным, сладостным чувством, вызывающим впечатление вечной ненасытности - желанием властвовать, жаждой власти. Оно было сильнее даже кровной связи или родительской любви, самых крепких клятв или чувства благодарности. Ведь разве под Фонтенуа-эн-Пульс не столкнулись с собою три родных брата: Людовик, Лотар и Карл лишь затем, что каждый возжелал иметь императорский венец? Жажда власти заставляла безжалостно сражаться и убивать даже жену, мать, отца или сына, но она же учила так же прятать меч в ножны и проявлять милосердие. Первым жестом повелителя должна быть миролюбиво поднятая рука, в то время как вторая должна хватать нож. Так делал император Карл. Но потом внуки разодрали его громадные владения на части, поскольку каждый был отравлен желанием властвовать. Он, Даго, тоже возжелал овладеть белым жеребцом, после чего бросил золотую цепь. И только после этого - убил. Потому-то и не беспокоила его смерть этих саксов. Человек, желающий стать повелителем, должен научиться забывать о трупах на своем пути. Правитель должен иметь сотни глаз и сотни ушей; даже каменные стены могут рассказать о чьем-нибудь предательстве либо о чьей-то дружбе.

Кто-то донес Людовику Тевтонскому о том, что Даго полюбил сварливого его сына Карломана и тайно побратался с ним. Тогда они сказали друг другу, что если Карломан станет императором, он, Даго, подчинит себе народы за рекой Альбис и станет их королем. Но чей-то язык доложил об этом Людовику. Вот потому-то граф Фредегар и приказал подать яд Даго посредством красивой монашки Рыхильды. Как жаль, что этот сакс издох с распоротым брюхом. Он отнес бы Людовику и Карломану известие, что Даго, живой и здоровый, в одиночку направился на восход солнца, чтобы пробудить спящие народы и стать их повелителем, подобно тому, как много лет назад сделал это Моймир. Разве не для этого готовил его Главный Конюший, Василий? Чем живущие за рекой Вядуей народы были хуже тех, что жили дальше к югу и позволили объединить себя в Великую Мораву? За Вядуей, до самой реки Висулы дремлет множество великанов. Кто же иной может пробудить их к жизни и ввести в историю, если не он, Даго, сын великана Бозы из рода спалов?

Г Л А В А В Т О Р А Я

З Е Л Ы

Долго не имел он какого-нибудь имени, пока, наконец, бабка не сказала, что ему исполнилось семь лет - настала пора вступать в мир мужчин и получить имя. Быть может, даже такое, какое носил Дед, хозяин всего рода Землинов. Ему очень хотелось, чтобы ему подстригли его почти белые волосы, такие же длинные как у девушек. Ведь он умел уже так много: ловил рыбу на костяной крючок, метко стрелял из маленького лука и упражнялся попадать в цель камнем из пращи. Бабка начала готовиться к постриженному пиру, сытила мед, пекла ржаные лепешки и откармливала каплунов.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать